Страница 41 из 57
Глава 17
Паршивое настроение было под стать погоде, что серым небом нависла над Калининградом. Ветер с Балтики принёс не только прохладу, но и почудил, устроив небольшой шторм. И толпы отдыхающих ринулись в парк развлечений, в музеи и на выставки. Но с опаской поглядывали на дождевые тучи и, наверное, поэтому, раскупили почти все зонты.
Вот только Ольге на это было наплевать. Такой ссоры с сыном у неё не было никогда. И такой напряженной атмосферы дома тоже. Саша почти не разговаривал с ней. Утром что-то буркнул за завтраком и, не сказав привычного «пока, до вечера», ушел на работу.
Обида на сына, на то, что он даже не попытался её понять и уж тем более порадоваться её счастью, горечью осела на дне души. Безразличие и апатия, вот что Ольга испытывала сегодня. И благо Лариса была в отпуске, иначе от расспросов бы не отвертелась. А говорить ей не хотелось, ни с кем.
Вернувшись вечером домой, она переоделась в простые джинсы и футболку, сняла с вешалки легкую ветровку и сунув ноги в балетки, кивнула Зевсу:
- Пойдём, мой хороший? Чего дома сидеть?
Подросшего щенка дважды упрашивать было не надо. Вскакивая со своей лежанки, он сунул морду в коробку с игрушками и, выудив из неё мячик, радостно завилял хвостом.
На улице Оле стало спокойнее. Свободнее что ли и легче. На стадион они не пошли, свернули в противоположную от него сторону, к лесополосе. Сюда горожане нередко выбирались на пикники. Беседки и мангалы вдоль вымощенных дорожек, были отлично оборудованы всем необходимым для отдыха. Но Оля миновала их, уводила Зевса к высокой траве на самой окраине парка. Вот здесь он и гонялся за мячом; резвился вволю, никому не мешая, и с азартом отдаваясь простой собачьей игре. Они потеряли счёт времени. Радовались переменчивому солнцу, что, то выбегало из-за плотных облаков, то снова пряталось в густой вате. Наверное, Оля просто оттягивала возвращение домой. Поэтому и решила сменить маршрут: не поворачивать на ту тропинку, которой они сюда пришли, а обогнуть пустырь и зайти в город на пару кварталов дальше от её собственного дома.
Но и тут они с Зевсом не скучали. Разделили на двоих пару пирожков с мясом и сосиску в тесте. Вот только от кофе пёс отказался, скуксив морду, ворчливо отвернулся в сторону. Но терпеливо ждал, когда хозяйка освободит стаканчик и нальёт ему воды. Однако допить до конца не получилось. Сильный порыв ветра за несколько секунд нагнал на небо хмурые тучи. Мелкие холодные капли в мгновение ока переросли в ливень, что стеной дождя обрушился на город. Охнув, Оля осматривалась по сторонам, выглядывая укрытие. И нашла его во дворе, на детской площадке, куда и побежала, потянув за собой Зевса.
- Сейчас, мой мокрёныш, подожди, - высовывая нос из-под навеса песочницы, Оля пыталась угадать, когда все если не закончится, то хотя бы немного утихнет. – Ещё чуть-чуть и побежим домой. Хорошо?
Пёс вздохнул и прижался мокрым боком к бедру Оли.
Но даже через полчаса дождь и не думал утихать. Всхлипывая и вытирая ладонью мокрые щёки, она поёжилась от холода:
- Ещё пять минут, хорошо? И тогда плевать на всё, и так вымокли до нитки…
Но в эту самую минуту Зевс поднял морду, потянул носом воздух и, виляя хвостом, ринулся из-под укрытия к только что припарковавшейся машине. Мужчина, что вышел из неё, видимо присел перед собакой, потому что Оля перестала их видеть. А потом, выпрямляясь, обогнул автомобиль и направился в её сторону.
- Олег…
Удивление на её лице смешивалось с непониманием. А вот Мальцев был сосредоточен, собран и зол.
- Оля, - его голос, словно раскат грома, прогремел над её головой, - что ты тут делаешь? Промокла вся… Почему сидишь тут? Почему в квартиру не зашла?
- В квартиру?
- Да, ключи. Я же дал тебе ключи.
- А мы?.. – только теперь она сообразила, в каком именно дворе нашла убежище от дождя. – Мы, я не думала…
- Идём, - протянув руку, Олег сцепил пальцы на её запястье, насмешливо качая головой. – Мышь моя полевая, не хватало ещё простудиться.
Промокшие балетки были безнадёжно испорчены. И Оля бы не удивилась, что, просохнув, они бы все развалились или расклеились. Но расклеиться была готова и она. Растерянная и потерянная, стояла в прихожей, не решаясь пройти в квартиру. И Зевса удерживала, боясь, что они могут наследить и испортить идеальную чистоту этого мужского мира.
А вот Олег суетился. Повесив на вешалку камуфляжную куртку и скинув кроссовки, коротко бросил Зевсу: «Сидеть», и метнулся в ванную. И Оля услышала шум воды, бьющей о чугунное дно. Сначала сильный, а потом приглушенный.
Появившись перед ними через несколько секунд с большим полотенцем в руках, которое, как Оля думала, он приготовил для неё, Олег снова отдавал быстрые приказы:
- Раздеваешься и залезаешь в ванну. А я пока Зевсом займусь.
- В ванну? Но зачем? Я, мы немного обсохнем и пойдём. Может, и дождь утихнет.
Но она чихнула, прикрывая нос ладонью. А Олег сурово поджал губы и покачал головой:
- Быстро в ванную.
- Но в чём же я?..
- А кто сказал, что ты куда-то пойдёшь? В ванну! И не заставляй меня запихивать тебя туда силой. Где стоит машинка, ты знаешь, видела. Действуй.
Но Оля упрямилась, сама не понимая, почему. Да, забота и внимание были приятны, но, она не собиралась оставаться тут до утра. И мало ли, что там Мальцев себе возомнил. Он вытирал собаку, но, бросив на Олю ещё один рассерженный взгляд, зарычал, и, оставляя полотенце на полу, всё так же сидя на корточках, развернулся к ней. Подхватил под колени, закинул на плечо, не сильно, но вполне ощутимо шлепнув по заднице, понёс в ванную.
- Больно же! – Оля взвизгнула от неожиданности. И8 услышала в ответ:
- Зато эффективно, - аккуратно опуская её на мягкий коврик, спросил: - Так, сама разденешься или мне помочь?
- Сама, командир несчастный.
Он обернулся уже у двери:
- Командир, да, согласен. Но почему же несчастный? Счастливый! Очень даже.
Усмехаясь и понимая, что настроение немного улучшилось, Оля, косясь на дверь, запустила в машинку своё бельё, надеясь, что пока она нежится и отогревается в ванне, оно успеет постираться. Остальные вещи оставила на потом. С наслаждением вдохнула древесный аромат густой пены, что воздушной шапкой громоздилась поверх воды, и забралась внутрь. Райское, горячее наслаждение укутало её, снимая напряжение и позволяя расслабиться. Понимая, что ей нравится такая забота, Оля прикрыла глаза и улыбнулась.