Страница 10 из 16
Просто так.
Ничего не требуя взамен.
Во время наших прогулок или посиделок в кафе мы часто разговариваем по душам. Вернее, Руслан больше говорит, а я в основном слушаю.
Мне сложно ему открыться; тяжело признаться, почему развелась и почему не хочу иметь ничего общего с отцом своего ребёнка.
Знаю, что Руслану хочется знать правду, но, видя, как я закрываюсь, он быстро меняет тему на какую-нибудь шутливую и в два счёта поднимает мне настроение.
С ним весело. Даже не так. С ним очень-очень весело! У Руслана великолепное чувство юмора, он — мастер импровизации, рядом с ним я смеюсь до слёз.
С Егором так не было. Ему важно, как он выглядит со стороны, что о нём подумают, что скажут. Бывшего мужа больше всего волновал статус, но теперь-то я понимаю, что по большей части этот статус — всего лишь образ.
А с Русланом легко, рядом с ним я не чувствую подвоха. Он такой, какой есть: ни грамма фальши и лжи.
Как-то раз он обмолвился о своей бывшей девушке, с которой расстался полтора года назад, и с тех пор его сердце свободно. Подробностей расставания я не знаю, но по обрывкам фраз догадалась, что он не смог простить её измену.
У нас одна и та же боль. Наверное, поэтому мы понимаем друг друга без слов. Стоит только посмотреть в глаза и всё становится ясно.
— Зайдём на обратном пути в магазин? — спрашиваю соседа во время очередной вечерней прогулки.
— Конечно, — соглашается Руслан и, будто вспомнив что-то очень важное, добавляет: — Хорошо, что ты сказала про магазин. Бабуля просила купить молоко и дрожжи. Будет печь пироги.
Ох, знаю я, что это за пирожки.
Фирменная выпечка Екатерины Матвеевны никого не оставит равнодушным. Добродушная соседка постоянно меня угощает, и мне бы стоило почаще отказываться, чтобы не располнеть, но разве это возможно?
Это такая вкуснотища, что язык проглотишь.
На кассе Руслан забирает мои пакеты с покупками, бросив в один из них молоко и дрожжи. Надо бы напомнить соседу не забыть их забрать, когда подойдём к квартире.
Наслаждаясь хорошей погодкой, мы также прогулочным шагом направляемся к дому.
— Насть, ты всё ещё его любишь? — неожиданно спрашивает сосед.
Опешив, я замедляю шаг, а потом и вовсе останавливаюсь.
— Своего бывшего мужа. Любишь?
Этот вопрос вводит меня в оцепенение, как снег посреди июля. И, главное, зачем меня об этом спрашивать? Я в разводе, я готовлюсь стать мамой, у меня чудесные соседи, работа, со мной всё хорошо. Егор со своей силиконовой Николь в прошлом, вот пусть там и остаются.
— Это просто вопрос, Насть, — подходит ко мне Руслан и пристально, упрямо смотрит в глаза. — Ты столько лет была в браке, мне хочется понять: остались ли у тебя к нему чувства или нет?
Остались?.. Или нет?..
Всё это время я так люто ненавидела Егора, не могла забыть его подлые поступки, а что с любовью?
Десять лет брака за спиной — это же воспоминания, сожаления, привычка, в конце концов.
А теперь?.. Что теперь я чувствую к бывшему мужу?
Задумавшись, прикладываю руку к груди и понимаю, что… ничего.
Сердце стучит ровно.
— Нет… — судорожно выдыхаю. — Чувств не осталось.
Руслан интуитивно чувствует ложь, считывает людей на раз два, и сейчас он должен понять, что я говорю правду.
В его карих глазах загорается огонёк, а губы растягиваются в улыбку, которую он даже не старается скрыть хотя бы ради приличия.
Поднявшись на седьмой этаж, мы выходим из лифта. Руслан всё ещё улыбается, и у меня на душе светло и спокойно.
Я открываю дверь в квартиру, сосед ставит пакеты на пол и, попрощавшись со мной, уходит к себе.
Неспеша разбираю продукты, на последнем месяце беременности это делать всё сложнее и сложнее, но я не унываю и не хандрю.
Настроение отличное, совсем скоро я возьму на руки своего малыша, и после этого настанет совершенно другая жизнь — полная смысла, радости, счастья и любви.
В дверь звонят, я, ахнув, упираю взгляд в пакет, куда Руслан положил молоко и дрожжи.
— Всё-таки забыл, — по-доброму ворчу и вынимаю его покупки.
Остановившись у двери, даже не думаю посмотреть в глазок, будучи уверена на сто процентов, что это пришёл Руслан.
Открываю дверь, с улыбкой смотрю прямо перед собой, но тут же отшатываюсь к стене.
Молоко падает из трясущихся рук, а тело сковывает холод, будто кто-то разом открыл все окна и устроил сквозняк.
— Здравствуй, любимая, — врезается в меня низкий приглушённый голос с характерной хрипотцой.
От ужаса готова крикнуть во весь голос, но крик предательски застревает в горле, и единственное, на что хватает сил, — издать сиплый звук, похожий то ли на стон, то ли на хрип.
— Егор?..
Его испытующий взгляд опускается на мой живот, который уже невозможно скрыть никакими одеждами.
— Да, это я, Настенька. Собирай вещи, родная. Мы едем домой.
Глава 12
Егор. Два дня назад
В последнее время я хожу сам не свой. На работе напряг, партнёры грозят проверками, а они мне сейчас ой как некстати. Одна радость — Николь, уж она-то умеет поднять мне настроение, но, увы, ненадолго.
Невольно сравниваю её с Настей, почему-то бывшая жена всё чаще лезет мне в голову, и чтобы не думать о ней, я трахаю свою любовницу.
Уже не потому что хочу, а потому что иначе не получается не думать о Насте. После развода я был уверен, что жена приползёт на коленях, начнёт извиняться и молить о прощении. Пойти против меня — роковая ошибка для такой, как Анастасия. А она-то, прожив со мной столько лет, должна была уяснить, что ошибок я не прощаю.
У всех мужчин есть любовницы, все изменяют, это в нашей природе, но другие жёны молчат, терпят, закрывают глаза.
Но Настя оказалась не такой.
В тот день, когда она стала свидетелем моей измены, я не узнал свою жену. Никогда не видел её такой; привык, что она мягкая, покладистая, ласковая, как домашняя кошечка.
И если бы она не устроила истерику, не стала бы выставлять меня идиотом перед Николь и грозить разводом, всё могло бы быть иначе.
Я вспылил и не жалею. Я наказал непокорную жену, которая возомнила себя выше мужа. И я всё жду, когда она перестанет корчить из себя обиженку и вернётся.
Потерять меня — её главный страх. Я хорошо знаю свою жену. Пусть мучается, страдает, задаваясь вопросом — приму я её обратно или нет? А я помучаю её молчанием, пусть окончательно осознает, как нужно обращаться с таким мужчиной, как я.
Николь — всего лишь развлечение, я бы никогда на такой не женился, хоть и вру ей, уверяя в обратном. После этих обещаний моя малышка особенно со мной ласкова и обходительна. Готова исполнить любой мой каприз, воплотить в жизнь самую смелую эротическую фантазию.
Возвращаюсь в свой огромный загородный дом. Последнее время он кажется абсолютно пустым.
— Егорушка! — бросается мне на шею Николь и впивается в губы жарким поцелуем, не забывая призывно постанывать.
Знает, что я это обожаю…
— Привет, малышка.
— Ты какой-то хмурый, — дует губки.
— Устал. Я работаю как лошадь.
— Как жеребец, любимый! Идём со мной, я помогу тебе расслабиться.
Она тянет меня в спальню, и я не прочь накинуться на любовницу и заняться грубым горячим сексом, но, если честно… приелось.