Страница 6 из 55
Глава 4
Лиза открыла глаза, потому что затекла шея — диван в гостевой был старый, с дурацкой вмятиной прямо посередине. Телефон на тумбочке показал шесть утра. Будильник еще не звенел, но спать дальше было невозможно, в висках тупо стучало. Она кое-как встала, сунула ноги в тапки и потащилась вниз, на ходу поправляя сползающую лямку майки. На кухне было как в склепе — ни звука. Обычно Игорь в это время уже возился у раковины или гремел чашками, а тут тишина, даже холодильник не гудел, а как-то тихо сипел. Ну точно. Умотал.
Она ткнула пальцем в кнопку чайника, тот сразу зашумел. Рука по привычке дернула дверцу холодильника, и взгляд тут же уперся в эту несчастную утку под пленкой, которую она запекла. Лизе показалось, что от одного вида бледной птичьей кожи её сейчас вывернет прямо на кафель. Она с грохотом захлопнула дверцу, так что магниты на панели звякнули. Хватит. Никаких завтраков, никаких блинчиков и правильного кофе. Она нашла на полке банку с растворимой бурдой, сыпанула две ложки в грязную с вечера кружку, залила кипятком и села на подоконник, глядя на серый забор.
Минут через двадцать сверху зашлепали голые пятки. Артём ввалился на кухню, заспанный, лохматый, в мятых тренировочных штанах. Он даже не посмотрел на мать — сразу полез в шкаф, шурша пакетом с кукурузными хлопьями.
— Мам, а папа че, уехал? — спросил он, шумно зевая и пытаясь разлепить глаза. — Он же обещал мне шнур для приставки на тумбочке оставить, а там нет ничего.
— Уехал, Тём. По работе вызвали, срочно, — Лиза с трудом сглотнула горький кофе. Голос прозвучал как-то сипло, пришлось покашлять.
— Ясно. А придет когда?
— Не знаю. Там на объектах опять какая-то ерунда, проверка. Наверное, поздно будет.
Сын уселся на угловой диванчик, сразу уткнулся в телефон и принялся лениво гонять ложкой размокшие хлопья в тарелке, противно чавкая. Лиза смотрела на его вихор на макушке — точь-в-точь как у Игоря, — и внутри всё просто переворачивалось от какой-то глухой, детской обиды.
Тут на кухню зашла Алиса. Она была уже в школьной юбке, но до конца не причесанная — держала резинку в зубах и пыталась на ходу стянуть волосы в хвост. В руке, как обычно, зажат мобильник. Она остановилась у стола, окинула глазами пустые стулья и нахмурилась.
— Где отец?
— На объекте, Лис. Говорю же, вызвали рано.
— В 6 утра? — Алиса вытащила резинку изо рта и посмотрела на мать так, будто та ей сто долларов задолжала. Взгляд у неё в последнее время стал совсем колючим. — Он никогда так рано не уезжает. Даже когда в командировку мотался на склады, всё равно до семи дома сидел.
— Ну сегодня, значит, надо было, — Лиза дернула плечом и попыталась поставить кружку, но рука дрогнула, и кофе плеснулось на скатерть. Пришлось судорожно размазывать пятно салфеткой.
Алиса сделала шаг ближе к столу и понизила голос:
— Мам, хорош врать. Это из-за той бабы, да? Соболевой?
Чайная ложка, которую Артём держал в руке, со звоном упала в тарелку с молоком. Брызги полетели во все стороны. Сын замер, переводя испуганный взгляд с сестры на мать.
— Алиса, прикуси язык, — Лизе показалось, что у неё сейчас сердце через ребра выскочит. — Что за разговоры при брате?
— А че я такого сказала? Я не слепая. На прошлой неделе он телефон на комоде оставил в прихожей, а туда сообщение вылезло. На экране прямо. «Малыш, я соскучилась» и три сердечка. Ты его сроду «малышом» не называла, у тебя вообще другие слова. И вы целую неделю толком не разговариваете, только привет-пока.
Воздуха на кухне вдруг стало мало, как в закрытой коробке. Артём насупился, уставившись в свою тарелку, и начал ковырять пальцем край стола.
— Так, быстро марш одеваться. Оба, — Лиза резко поднялась, отчего стул со скрипом отъехал назад. — Обувайтесь и в машину. Живее, а то соберем все пробки у школы.
До школы доехали кое-как, радио бормотало какую-то дурацкую попсу. Алиса сразу воткнула наушники и уставилась в боковое стекло, всем видом показывая, как её все достали. Артём с заднего сиденья два раза спросил про выходные, но Лиза отвечала невпопад, едва успевая выжимать тормоз перед светофорами. В телефоне без конца вибрировал школьный чат, кто-то опять собирал деньги на учебники, и этот мелкий зуд в кармане злил еще сильнее. В голове вертелось только одно: как сказать им правду? Как объяснить, что отец больше не придет, и при этом не разрыдаться прямо в машине?
Сын буркнул «пока» и выскочил на ходу, а дочь просто хлопнула дверцей, даже не повернув головы. Лиза постояла пару минут на аварийке у забора, судорожно обшарила бардачок, нашла какую-то старую, полупустую пачку сигарет, которую прятала там бог знает сколько. Попыталась подкурить, но зажигалка выдавала только искры. Плюнув, она выбросила сигарету в окно, развернулась через сплошную и поехала в центр.
Офис Громова был в старом переулке, в кирпичной двухэтажке с облупившейся краской на наличниках. Кое-как припарковавшись у помойки, Лиза заглушила мотор, но выходить побоялась. Минут десять сидела в салоне, тупо глядя на облезлую деревянную дверь подъезда. Пальцы на руле аж свело, так сильно она в него вцепилась. Казалось, стоит сейчас выйти — и всё, старой жизни точно конец.
На улице поднялся сырой ветер, сразу полез под куртку. Лиза задернула молнию до подбородка, перебежала тротуар и толкнула створку.
В приемной пахло дешевым цитрусовым баллончиком и старой бумагой. Секретарша с жутким начесом даже не оторвалась от экрана.
— Ветрова? На одиннадцать? Проходите, Максим Сергеевич у себя. Вторая дверь по левой стороне, — махнула она ручкой.
Кабинет у адвоката оказался завален картонными коробками с архивами, на подоконнике дохла какая-то герань в пластиковом стакане. За столом сидел плотный мужик в помятой рубашке, рукава засучены до локтей. Лицо серое, под глазами мешки от недосыпа. Он как раз захлопнул какую-то толстую папку, бегло глянул на часы на стене и кивнул на стул.
— Присаживайтесь. Сразу к делу, у меня в двенадцать заседание в суде, времени в обрез. С чем пришли?
Лиза села, вцепившись в ремень сумки обеими руками.
— Мне развод нужен. Муж вчера ушел. Там… женщина другая. Надо как-то дом за мной оставить и детей. И счета поделить, я не знаю, как правильно.
Громов взял со стола карандаш, покрутил его в пальцах и швырнул обратно на бумаги.
— Муж кто? Чем занимается?
— Ветров Игорь. Фирма у него, «Ветров-Групп». Строительство, субподряды тут по району.