Страница 102 из 104
Что сделать? Я замер, пытаясь лихорадочно сообразить: а законные жены вообще так поступают? Это… это входит в рамки приличий?
— Мне очень холодно, а ты такой горячий… согрей меня…
Сначала я услышал только «горячий» и «согрей». Оказывается, в её исполнении эти простые слова превращаются в зубодробительные головоломки для моего несчастного мозга. Признаю, Ху Ян, благовония у тебя действительно мощные. Я не припомню, когда в последний раз соображал с таким трудом.
Зачем её согревать?.. Ей холодно? Ну да, логично. Мой мозг, спотыкаясь, наконец-то выдал верную цепочку рассуждений: это необходимо для спасения её здоровья. Чистая медицина. Я даже припомнил наставления из свитков о выживании в походах — при ранении или обморожении тепло человеческого тела действительно лучший лекарь.
Всё правильно. Мы на поле боя за её жизнь. Я решительно потянулся и расстегнул поясной ремень… Но мы ведь, дьявол возьми, не в бою!
Фэнфан, не дожидаясь моих дальнейших раздумий, просто выхватила ремень у меня из рук и не глядя швырнула его в сторону. Мой боевой пояс — гордость, доставшаяся мне от учителя, вещь, с которой я привык сдувать пылинки — позорно приземлился у подножия стойки с доспехами.
Как символично.
Кажется, вместе с этим ремнем в угол улетела и вся моя хваленая выдержка.
Тааак…пора бы уже прекращать это….безумие
Но кто меня спрашивал? Что бы я там ни решил прекращать, этот ураган по имени Фэнфан уже накинулся на меня. Она принялась развязывать мои одежды с такой скоростью, будто от этого зависел исход сражения, распутывая завязки и распахивая один слой ханьфу за другим…
Что она творит?!
Нет, это уже переходит все границы.
Так бесстыдно не может вести себя даже законная жена!
Она распахнула всё, добравшись до самой кожи, и со всего размаху прижалась ко мне своим мокрым телом. Её ледяные ладошки бесцеремонно распластались по моей спине, пробираясь под одежду…
И этот стон… удовольствия?..
Я вздрогнул.
Весь мой тщательно выстроенный, ладно выстраданный монолог о приличиях окончательно вылетел из головы. Все те мудрые наставления и суровые запреты, что я хотел сказать ровным тоном, рассыпались в прах.
Руки так и замерли в воздухе — то ли я в последнем порыве благоразумия пытался её оттолкнуть, то ли просто беспомощно хватался за пустоту, пытаясь обрести хоть какую-то опору в этом внезапном хаосе. Что я хотел сказать? Какие слова подобрать, чтобы остановить это безумие?..
Ах, да… Но в этот момент она прижалась щекой к моей груди и едва ли не замурлыкала. Контраст моего жара и её ледяных объятий был сродни тому, как если бы я голой кожей рухнул в снег: резкий, отрезвляющий и одновременно лишающий воли удар. Рассудок просто отключился, оставив меня наедине с этим первобытным, пугающим чувством.
Нет..
Надо это прекращать…
Обязательно.
Сейчас же.
Она подняла голову и посмотрела на меня таким взглядом, что я так и застыл с открытым ртом, окончательно перестав соображать. Оказывается, я на автомате снова протянул руку — и осознал это только тогда, когда она опять вложила свою голову в мою ладонь. Что вообще должен значить этот жест?! Она прикрыла глаза и пробормотала:
— Вот бы ты всегда был таким послушным…
Послушным? Я?!
— Пожалуйста, боги, пусть он еще немножко ничего не соображает и слушается только меня.
Я медленно переваривал эту новую информацию. Ничего не соображающим? Почему она так решила? И тут до меня дошло. Я вспомнил её бормотание про «чудо-духи»… Она всерьез думает, что я нахожусь в глубоком трансе и лишен воли.
Я невольно усмехнулся про себя. Она считает, что я «не соображаю» из-за каких-то благовоний, пока я стою здесь, едва дыша от близости её тела и не зная, как унять сердцебиение.
Я стоял, чувствуя, как её холодные пальцы на моей спине окончательно стирают остатки здравого смысла. А в чем она, собственно, не права? Кажется, я действительно сейчас соображаю гораздо меньше, чем мне хотелось бы верить. И, видит небо, мне очень хочется верить, что всё это — лишь коварное действие благовоний Ху Яна.
И эта её манера говорить сама с собой… Она делала это только тогда, когда считала, что её никто не слышит. Со стороны это казалось глупым, неосторожным, но для меня в этом было нечто бесконечно родное. Я ведь тоже в детстве разговаривал сам с собой, когда остро нуждался в поддержке и понимал: если не выплеснуть это, можно сойти с ума.
Я помнил, как делился всеми переживаниями с Ху Яном. Когда он был рядом — мы говорили часами, а когда его не было — я представлял, что рассказываю всё ему. Он действительно был моим единственным другом. С братьями всё было иначе: нас с пеленок учили не сближаться, не открываться, видеть в родной крови прежде всего конкурента.
А потом мы выросли….
Но сейчас, слушая её бормотание, мне нестерпимо хотелось сдаться. Просто поддаться этому течению и посмотреть, куда оно вынесет… Она всегда умела обезоруживать меня своей непосредственностью…
Но идиллия длилась недолго.
Фэнфан вдруг оглянулась, словно что-то выискивая, и решительно потянула меня за руку к столу. Одно это движение мгновенно вернуло меня в действительность, словно пощечина.
На столе лежали донесения, тайные доклады, карта империи с моими личными отметками. Я не ждал гостей в этих покоях. Её решительность, с которой она тащила меня именно туда, прошила меня ледяным холодом.
На мгновение мне показалось, что всё это — то что сегодня происходило — всего лишь искусная игра. Неужели она шпионка, решившая, что я окончательно «поплыл» и потерял бдительность?
Это отрезвляло лучше любого ливня.
Опять я вижу то, что хочу увидеть, а не то, что есть на самом деле! Возможно, Ху Ян снова затеял свои игры, и она — его лучший инструмент?
Внутри закипала холодная, острая ярость.
Ну что ж, моя принцесса…
Раз ты так хочешь подойти к столу — давай подойдем.
Сейчас мы всё и проясним.
Она решительно подошла к столу и замерла, жадно разглядывая всё, что там лежало.
Я усмехнулся про себя, ощущая горький привкус разочарования. Не зря учителя вдалбливали мне в голову, что плотские желания затуманивают разум — и вот оно, доказательство, прямо передо мной!
Ну же, давай, моя принцесса… или «госпожа», как ты там хотела чтоб тебя назвали?
Начинай.
Может, тебе нужна помощь?
Подсказать, что и где искать?