Страница 56 из 160
Дверь библиотеки распахнулась с грохотом падающей скалы. В проёме, залитом светом коридорных факелов, стоял Рейнар. Это была не просто вспышка ревности. Это был апокалипсис. Воздух мгновенно раскалился до температуры плавления металла. Запахло озоном, грозой и дикой, необузданной магией огня. Его мундир был застёгнут на все пуговицы, от чего широкая грудь казалась каменной стеной. Крылья сейчас были спрятаны, но тени за его спиной танцевали так, словно он вот-вот выпустит их, разнеся ветхие перекрытия библиотеки к демонам.
Золото его глаз превратилось в расплавленную лаву. Он переводил взгляд с Элиан на Рейнхарта, и это был взгляд хищника, у которого попытались отобрать его сокровище. Не пищу, не территорию — нет. Смысл жизни.
Ревность Рейнара всегда была страшной. Не истеричной, не жалкой. Она была тектонической. Она сотрясала основы. И сейчас он смотрел на Кайана Рейнхарта, как на таракана, который имел наглость выползти на чистую скатерть его реальности.
— Магистр Вэнс, — голос Рейнара прозвучал ровно. Слишком ровно. Так гудит земля за секунду до землетрясения. Каждое слово было обёрнуто в сталь и покрыто инеем. — Вы мне нужны. Срочно. Полигон. Безотлагательно.
— Декан, — она намеренно подчеркнула его титул, давая понять, что не потерпит командного тона, особенно при посторонних. — Я занята разговором с нашим новым коллегой. И, как видите, у нас научная дискуссия, а не светский раут.
— Это не просьба, Элиан.
Он произнёс её имя так, как будто имел на это право. Как будто оно принадлежало ему. И в этом единственном слове, брошенном в тишину библиотеки, было всё: страх, злость, мольба и угроза.
Кайан Рейнхарт, который всё это время стоял неподвижно, как статуя, медленно, очень медленно перевёл взгляд на Рейнара. Он не напрягся. Не испугался. Он сделал то, чего никто не делал никогда: он улыбнулся декану боевого факультета. Улыбка была вежливой, светской, но в ней читалось торжество. Торжество хранителя тайн над воином.
— Декан Рейнар, — пропел Кайан, и его бархатный голос контрастировал с грохочущей энергией дракона, как вода контрастирует с лавой. — Ваша репутация... летит впереди вас. Говорят, вы способны испепелить врага, не поднимая бровей. Впечатляюще. Но, боюсь, я не враг.
Глаза Рейнара сузились в щёлки. Если бы взгляды могли убивать, Кайан Рейнхарт превратился бы в горстку радиоактивного пепла.
— Моя репутация — результат практики, магистр Рейнхарт, — прорычал Рейнар, и воздух вокруг него задрожал от жара. — А ваша, как я слышал, — результат того, что вы слишком много знаете о вещах, которые должны быть забыты. И поверьте, я чую... вы пришли сюда не за учениками. Вы пришли сюда за ней.
Он кивнул на Элиан. Обвинение повисло в воздухе, как отравленный дротик.
Элиан встала между ними, чувствуя себя единственным живым щитом между молотом и наковальней. Её собственная магия, магия вероятностей, откликнулась на напряжение, запуская по венам покалывание адреналина.
— Достаточно! — её голос разрезал тишину, как хлыст. — Декан, я иду с вами. Магистр Рейнхарт, — она повернулась к Кайану и чуть не утонула в его фиалковом взгляде, — наш разговор не окончен. Мы обязательно обсудим Парадокс Лейбница. В более подходящее время.
Она схватила Рейнара за рукав и почти силком потащила его к выходу. Его мышцы были каменно-твёрдыми. Жар, исходящий от него, прожигал плотную ткань её мантии. В спину им ударил тихий, как шёпот призрака, голос Кайана:
— Непременно, магистр Вэнс. Я умею ждать. Я ждал этой встречи несколько лет.
В коридоре Элиан отпустила его руку, словно обжёгшись.
— Ты с ума сошёл?! — зашипела она, глядя на него снизу вверх. — Ты чуть не устроил магическую дуэль в хранилище бесценных книг! Что с тобой?!
Рейнар молчал. Он смотрел на дверь библиотеки, за которой остался его противник, и на его скулах ходили желваки.
— Кто он такой? — спросила она тише.
— Я не знаю, — выдохнул он, и его голос надломился, утратил сталь, став человеческим и страшно уставшим. — Я знаю всех. Всех боевых магов, всех тёмных лордов, всех шпионов. Но его нет ни в одной базе. Он — пустота. Белое пятно. Абсолютный ноль. И при этом... он смотрел на тебя, Элиан».
Рейнар схватил её за плечи, и его золотые глаза были так близко, что она видела в них отражение своего испуганного лица. «Он смотрел не как мужчина. Не как соперник. Он смотрел на тебя, как математик на уравнение, делающее его богом. Как на ключ. Ты — не женщина для него. Ты — переменная в его формуле.
Она молчала, чувствуя, как холодок страха смешивается с огнём его прикосновений.
— Я никому тебя не отдам, — прошептал он в её губы, и это было страшнее клятвы. — Ни человеку, ни демону, ни бездушному теоретику с серебряными глазами. Слышишь? Я сожгу эту Академию дотла, но не подпущу его к тебе.
И в этот момент Элиан поняла: то, что началось в библиотеке, — это не любовный треугольник. Это была война миров. И новый преподаватель запретных разделов теории явился в Академию не учить студентов.
Игра только началась.