Страница 2 из 157
Эстер шумно выдохнула. Лавина облегчения немедленно смешалась со взрывом раздражения.
— А сразу нельзя было обозначиться, Сенмут?! — голос зазвенел от злости. — Я что, по-твоему, кисейная девица, которая при каждом шорохе падает без чувств? Сейчас я тебе покажу, на что я способна!
Сенмут отбросил со лба тёмную прядь и усмехнулся — щека ещё саднила, но глаза откровенно смеялись. Боль явно не портила ему удовольствия.
— Каюсь, ждал, что ты сползёшь по стеночке в обморок, а не отправишь меня в нокаут, — он потрогал скулу и скривился. — Хотя... в некотором роде мне это даже льстит.
— Льстит?! — Эстер взмахнула руками. — Да я сейчас чуть коньки не отбросила!
— Зато ты мгновенно взбодрилась, — с довольным лицом парировал Сенмут. — Кстати... у меня беда. Пропал кот.
— Что?! — Эстер аж задохнулась возмущением. — Ты вламываешься посреди ночи, доводишь меня до паники... и всё ради кота?!
— Не простого кота! — Сенмут поднял палец с напускной многозначительностью. — Цезаря.
Она вперила в него взгляд, силясь понять, издевается он или говорит серьёзно.
— Сенмут, не будь ты моим лучшим другом, я бы тебя уже выкинула из окна. И о твоём существовании никто бы даже не вспомнил!
— Да я это обещание уже лет десять выслушиваю, — отмахнулся он с ухмылкой. — Ну так что, подсобишь вернуть пушистого дезертира?
Эстер картинно закатила глаза и с трагической миной рухнула на край кровати.
— Боюсь, рассчитываешь ты зря. Твой Цезарь, скорее всего, прямо сейчас задаёт пир в дебрях моего олеандра.
— В олеандре?! — Сенмут подпрыгнул, будто его током ударило. — Он же тащится от этих кустов! Сидит небось где-нибудь, чихает и глазеет на луну, возомнив себя поэтом-романтиком!
— О, величайший из владык! И как я только не предугадала визит столь августейшей особы?! — Эстер с напускной торжественностью отвесила шутовской поклон, тут же выпрямилась и ткнула в Сенмута исцарапанной рукой. — А про меня ты вообще вспомнил? Можно хоть капельку жалости? Я тут едва седых волос не нажила из-за твоего бесценного Цезаря!
— До седины, может, и не дошло, зато физиономию мне ты разрисовала от души, — мгновенно парировал Сенмут, гордо подставляя пылающую скулу. — Ты только глянь — чистое произведение искусства!
Эстер не выдержала, прыснула и закрыла лицо ладонями.
— Ты всё-таки невыносим.
— Зато чудовищно обаятелен! — Сенмут театрально развернул плечи. — Погоди-ка… — Он вдруг замер и резко обернулся. — Слышала?
Эстер вскинула голову. В углу что-то зашевелилось. Тень метнулась за кресло, и в тишине прорезалось тихое, но крайне выразительное «мр-р-р!».
Они инстинктивно прижались друг к другу, плечом к плечу, прямо дуэт горе-сыщиков из дешёвого триллера, и оба уставились в чёрный провал под столом.
— Кис-кис-кис, Цезарь… радость моя, ты куда запропастился? — заворковал Сенмут. — Вылезай, я ни капельки не сержусь!
Эстер с трудом подавила смешок.
— Ты и вправду веришь, что этот мохнатый хулиган купится на ласковые уговоры? Может, сразу арию ему споёшь под балконом?
Ответить Сенмут не успел — из-под стола пулей вылетел огненный рыжий снаряд. Цезарь, с очумелым выражением морды и хвостом, раздувшимся до размеров беличьего, взмыл в воздух, снёс груду книг, чуть не опрокинул настольную лампу и микро-ураганом понёсся к портьерам. Ткань забилась, точно сорванный ветром парус.
— Ах ты ж!.. — охнул Сенмут и метнулся следом, в прыжке ловко сгребая кота. — Стой, шельмец! — Он притиснул пушистого дезертира к груди.
Рыжий кот уставился на Эстер так, словно она была главным злодеем всей его кошачьей саги. В янтарных глазах застыла безмолвная претензия от имени всего звериного братства.
— Боишься эту суровую леди? — проворковал Сенмут, укачивая кота, как новорождённого. — Не дрейфь, кроха, я тебя никому не отдам!
— Суровую?! — Эстер так резко дёрнула бровями, что они едва не улетели за линию роста волос. Она замахнулась на Сенмута, однако тот с балетной грацией отскочил вбок, не выпуская пушистого нарушителя.
Дверь с треском распахнулась. Внутрь ворвалась Сунан — смерч рыжих кудрей и полыхающих, как жар, глаз.
— Подъём, Эстер! — завопила она, но тут же застыла, обозревая открывшуюся картину: Сенмут, сжимающий кота, Эстер с занесённой для оплеухи ладонью, раскиданные тома и дрожащая штора. — Ничего себе... Я, выходит, к самому сладкому. — Она прищурилась и сложила руки на груди. — И что за моноспектакль тут разыгрывают?
— Цезарь нашёлся! — торопливо отрапортовал Сенмут, гордо выставляя рыжего пройдоху.
— Твой кот — ходячий катаклизм, — мрачно отчеканила Сунан. — Ты в курсе, что он устроил с моей новой кроватью? Там теперь провал размером с целый мегаполис!
Сенмут мгновенно нахохлился, изобразив вселенскую обиду.
— Как у тебя язык поворачивается такое про моего Цезаря?! Он — наследник кошачьей династии! — провозгласил он пафосно, приподнимая кота, будто представлял его высочайшей аудиенции.
— Наследник династии? — прыснула Сунан. — Да он наследник помоечных авантюристов!
Эстер не выдержала — прыснула в ладонь, тщетно глуша хохот. Сенмут метнул в неё укоризненный взор, но механизм уже запустился: смех затопил комнату, подхватив каждого.
— И да, Сенмут, ты мне возместишь ущерб, — жёстко напомнила Сунан, не двигаясь ни на шаг со своей позиции. — Это даже не обсуждается.
— Ты у нас злопамятная, Су! — застонал он, ласково почёсывая кота за ухом. — Меня сегодня уже разок поколотили!
Сенмут метнул косой взгляд на Эстер, а та с непроницаемым лицом перебросила локон через плечо, всем видом демонстрируя полную непричастность.
— Минутку! — Сунан в один миг ожила и цепко ухватила Сенмута за оба плеча, словно прикидывая, сколько мраморная скульптура потянет на торгах. — Вот так глыба! — Она присвистнула с искренним восхищением. — Эстер, я аплодирую стоя! Ты умудрилась оставить автограф на этом базальтовом монолите!
— А ну пусти! — взвыл Сенмут, рефлекторно прижимая кота к груди. — Я тебе что, выставочный образец из музея диковин?! И хватка у тебя, замечу, прямо стальные тиски! — Он вдавился спиной в стул, отчаянно пытаясь вывернуться из мёртвого захвата.
— Так, цирк закрывается, — Сунан разжала пальцы и опять сцепила руки на груди. — Уноси отсюда себя и своего мохнатого сообщника. Нам пора приводить себя в порядок, а ты развёл тут драматический театр.
Эстер, сотрясаясь от сдавленного хохота, рухнула лицом в подушку.