Страница 96 из 117
Глава 41
33
Готовься к битве, Леди Любовь
Я стояла перед небольшим зеркалом в нашей с Элой каюте, ощущая тяжесть шелкового платья, которое выбрал для меня Калико. Ткань мягко облепляла плечи, нежный розовый атлас драпировался на груди, элегантно собираясь у выреза, который мягко спускался с моих плеч, словно нежная рябь на спокойной воде. Идеально завязанный бант покоился на моем левом плече, а его лента слегка ниспадала на руку. Рукава плотно облегали руки, чуть расширяясь у запястий, оставляя ровно столько ткани, чтобы она касалась кожи при каждом движении. То, как атлас мерцал в свете свечей, придавало ему неземное сияние — что-то, что другие могли бы счесть слишком изысканным для рук, запятнанных ожогами от тетивы.
Юбка ниспадала до самого пола, полностью скрывая мои сапоги, мягкий атлас слегка собирался складками вокруг ступней. Каждый раз, когда я двигалась, платье покачивалось вместе со мной, а ткань шептала что-то по деревянному полу, словно секрет.
Я слегка повернулась, и мой взгляд приковала спина, где ткань открывала обнаженную кожу идеальным изгибом. Открытый вырез удерживался дополнительными мягкими складками атласа, которые нежно охватывали мою талию и завязывались бантом на бедре. Я не привыкла чувствовать себя настолько открытой: прохладный воздух касался спины там, где платье не прикрывало её, напоминая мне, насколько это отличается от нарядов, которые я носила во дворце.
Атлас мерцал при каждом шаге, розовый оттенок ловил свет — мягкий и романтичный, но совершенно непрактичный. Лиф плотно прилегал, стягивая талию ровно настолько, чтобы чувствовать стеснение, но при этом выглядеть выигрышно. Это было не то платье, в котором пират мог бы проникнуть во дворец под прикрытием, чтобы украсть медальон у короля, желающего покончить с пиратством любой ценой; оно не подходило ни для боя, ни для бегства — оно было создано для чего-то совсем иного. Для чего-то, что я не могла до конца осознать.
Эла вошла в каюту; ее черные волосы блестели в тусклом свете, и она улыбнулась мне.
— Посмотри на себя! Ты так одевалась в замке?
Я вздохнула.
— Не совсем.
Выражение лица Элы изменилось, и она спросила:
— Ты нервничаешь из-за бала? Из-за того, что только ты можешь украсть медальон?
— Да, — призналась я, — но больше всего я нервничаю из-за того, как себя вести. Кем быть.
Эла тихо усмехнулась.
— Просто собой. Розовой Стрелой Девяти Морей.
Я улыбнулась ей, чувствуя, как на душе стало немного легче.
— Можно тебя обнять?
Эла рассмеялась и пошла ко мне. И когда ее руки сомкнулись вокруг меня, она прошептала:
— Мы будем там с тобой, Донна. У тебя за спиной, плечом к плечу, держа за руку.
— Спасибо, — пробормотала я.
— Но постарайся не выкрикивать свое имя. О Розовой Стреле сейчас слышали уже все.
Я не смогла сдержать смех. Эла отступила назад, ее лицо сияло.
— Мы просто играем в переодевания, как в ту ночь, помнишь? Это просто еще одна Ночь Многих Лиц, верно?
Я улыбнулась этому воспоминанию и кивнула.
— Ты можешь быть кем угодно в глазах всех тех людей во дворце, но при этом оставаться самой собой, — продолжила Эла. — Так тебе не придется нервничать из-за того, что сказать дальше. Ты просто Розовая Стрела под прикрытием, которая пытается украсть кусок золота.
Я рассмеялась.
— Хотя это не просто кусок золота.
Эла шутливо вздохнула с притворным раздражением.
— Ну да, всего лишь самый известный медальон в Четырех Королевствах. Кого это волнует?
Мои нервы натянулись еще сильнее, и я пробормотала:
— Я никогда раньше не делала ничего подобного.
Уголки губ Элы изогнулись в ухмылке.
— О, не поверю. А как ты читала все те запрещенные книги, о которых мне рассказывала, а? Маленькая воровка…
Я ахнула с притворным возмущением.
— Это не кража, если это ради моего образования!
— Ты как нельзя более права. Но как насчет тех сапог для капитана, ты не забы…
— Эла!
Она от души рассмеялась и направилась к двери.
— Мы пришвартуемся в одной из тех секретных пещер, о которых знает капитан.
Я усмехнулась этой мысли, и Эла это заметила.
— Да, даже не спрашивай, откуда он знает такие вещи.
Я тихо засмеялась и подошла к ней.
— Кстати, ты выглядишь прекрасно.
Эла сделала театральный реверанс.
— Благодарю вас, миледи.
Мы обе рассмеялись, и тут лицо Элы просияло, словно она вспомнила что-то важное.
— О! Я чуть не забыла. — Она достала из кармана своей длинной юбки розовый пигмент. — Нам нужно подправить твое лицо — твои розовые слезы всё смыли.
Я рассмеялась, пока она осторожно наносила розовый оттенок под моими глазами.
— Красиво. Теперь можешь плакать сколько угодно.
Я ухмыльнулась и потянулась за своей маской — изящной, розовой, с резными волнами — и повернулась к Эле за помощью. Она аккуратно поправила ее и надежно завязала ленты. Затем я помогла ей с ее красной маской, заметив те же морские узоры. Казалось, наши маски шептали всем вокруг: «Смотрите, идут пираты».
Эла слегка покружилась в своем красном платье и спросила:
— Как думаешь, я похожа на какую-нибудь леди Анастасию?
Я не смогла сдержать смеха.
— Безусловно. Могу я называть тебя леди Ана? Раз уж ты моя единственная любимая подруга при дворе.
Эла рассмеялась, ее глаза блеснули.
— Тебе дается разрешение, леди…?
Я помедлила, размышляя о том, кем я хочу быть сегодня вечером.
Готовься к битве, Леди Любовь.
Я улыбнулась.
— Леди Любовь.
Эла улыбнулась в ответ, подхватила меня под руку, и мы направились к выходу.
— Что ж, надеюсь, ты умеешь танцевать, Леди Любовь.
✽✽✽
Мы пришвартовали «Ребекку» в одной из тайных пещер Даллена, укрытые покровом ночи. Но даже в темноте Даллен сиял. Его не зря называли Королевством золота.
Город впереди мерцал так, словно солнце оставило здесь кусочек самого себя. Даже ночью это было видно: улицы, позолоченные золотом, крыши домов, сверкающие, как драгоценные камни в лунном свете. Вдоль дорог мерцали фонари, но настоящий свет исходил от самого города — постоянное напоминание о том, что именно здесь солнце светит ярче всего.