Страница 51 из 68
Весь предшествующий месяц Айша проводила семинары моральной подготовки Мурада к предстоящему мероприятию. Весь его прошлый образ жизни, круг общения, незнание традиций и обычаев доводили его порой до исступления. Самым серьезным тоном он заявлял, что никуда не поедет и ни с кем знакомиться не будет, что знает, как обычно подшучивают и издеваются над зятьями на таких мероприятиях. На что Айша приводила целый список доказательств, что такого не будет. В такой момент Мурад обнимал жену и спрашивал, обязательно ли проходить этот ритуал «посвящения в рыцари». В ответ Айша спрашивала, а как он собирается, в таком случае, познакомиться с ее семьей? На что Мурад отвечал, что будет поддерживать отношения на расстоянии, делами и деньгами. Такой расклад событий Айшу не устраивал. Она хотела, чтобы муж стал частью ее дома так же, как и она уже успела стать частью его. Айша знала в лицо всех родственников Мурада, а он по фотографиям знал только ее самых близких. В таких условиях и с такими данными она и работала несколько последних недель, объясняя Мураду, как себя вести, что говорить и чего не делать категорически. Один плюс был в его пользу – его неразговорчивость. Ему предстояло по большей части молчать, а это было для него привычным состоянием.
Наряд Айши был подготовлен матерью Мурада, Зулихан. После свадьбы свекровь и невестка сблизились, и все же Айша не могла до конца понять ее характера. После общения с Зулихан у нее оставалось чувство какой-то неполноты – то ли недосказанности, то ли неуслышанности. При своей исключительной ненавязчивости, привычки держать всех на некотором расстоянии и не углубляться в дела и проблемы окружающих, Зулихан производила впечатление радушной и общительной женщины, и была щедрой и готовой отстоять честь семьи в решающий момент. Так, стеснительность и скромность Айши при ответе на вопрос, как бы она хотела выглядеть на своем празднике, были отметены, как проявленные не к месту. В один из походов по магазинам по обоюдному желанию выбор пал на бежевую классическую рубашку идеального кроя с жабо и широкими манжетами. А попытка Айши расплатиться не была принята.
– Дорогая моя, у меня никогда не было дочери! – с укором обратилась Зулихан к невестке. – Да и сын у меня только один, – улыбнувшись и немного задумавшись, она добавила: – И ты мне его вернула! Так что не отказывай мне в этом удовольствии!
Спустя неделю, в будний день Айше позвонила свекровь и велела срочно собираться в магазин. Через полчаса после звонка она была уже в квартире сына. Чаи распивать, по ее словам, не было времени, поэтому они спустились к машине. Поехали в магазин тканей. Прямо от входа вокруг них закружилась продавщица, предлагая чай, кофе и каталоги с ассортиментом тканей. В результате спустя пять минут Зулихан уже со знанием дела расхаживала по магазину, а это означало, что ее терпению слушать продавщицу пришел конец. Айша рассматривала каталог, когда свекровь появилась перед ней с рулоном белого атласа в руках. На вопросительный взгляд невестки у Зулихан уже был ответ:
– Я вижу тебя в той рубашке и белой юбке с завышенной талией, – с серьезным видом заявила она. – Купим бежевые туфли и светлый платок. А в руки возьмешь свой клатч. Ну, как тебе? Вроде классика, как тебе и нравится! – почти на одном дыхании выдала она.
– Должно получиться красиво, – согласилась Айша. Ее подкупали живость и искренний интерес свекрови. Перед Айшей стояла элегантная женщина с утонченным вкусом и сложившимися взглядами на жизнь, которая относилась к ней благосклонно, и Айша, в самом деле, не боялась положиться на нее в выборе наряда. Так был оформлен заказ на юбку и сняты мерки. И в знаменательный день Айша выглядела так, как ее себе представляла свекровь. Зулихан с утра приехала, чтобы помочь с подготовкой к мероприятию. Когда Айша закончила со своим туалетом и посмотрела на себя в зеркало, глаза стали на мокром месте. Она была в восторге не столько от себя, сколько от осознания, что это результат заботы и внимания матери Мурада.
– Мам, спасибо, мне так все нравится, – в порыве нахлынувшей нежности Айша бросилась к свекрови, обняла и поблагодарила ее.
– Мне тоже нравится, – Зулихан умела принимать комплименты, благодарность и подарки. Особенно, когда она была довольна результатом своих стараний.
В это время к ним вышел Мурад. Только сейчас Айша поняла, что не приняла в его сборах никакого участия, все хлопоты взяла на себя Зулихан. Черный костюм и белоснежная накрахмаленная рубашка выгодно подчеркивали статность Мурада. А на левом запястье виднелись часы, из-под которых к пальцам тянулись вены – еще одна причина, по которой он нравился Айше. Голову покрывала тюбетейка, которая придавала некоторую смиренность и чистоту дерзкой внешности Мурада. Так они и отправились. Напоследок Зулихан сфотографировала их раз десять, заставляя позировать то в одной комнате, то в другой.
День пролетел на одном дыхании. Айша чувствовала себя королевой, благодаря вниманию, которым окружила ее семья. Она бегала из одной комнаты в другую, стараясь пообщаться со всеми. Взрослые женщины хотели узнать условия замужества, отношения новых родственников, а девушки пытались выудить подробности ее знакомства и жизни с Мурадом. И первым, и вторым Айша снисходительно улыбалась и отвечала на вопросы, не вдаваясь в подробности. Сестры периодически забегали в комнату, где сидели парни, и, заливаясь смехом, возвращались передать какой-нибудь обрывок из разговора или рассказать о том, как стесняется Мурад. Потом новоиспеченного зятя позвали в комнату к девочкам. Тут он чувствовал себя раскованнее. Сестры представились ему, заставили его поесть. Несмотря на то, что они своими шутками создавали непринужденную атмосферу, Мурад так нервничал, что едва притронулся к еде.
Вечер наступил очень быстро. Айшу позвали переодеваться. Ася привела ее в спальню, где со свойственной ей любовью к порядку на кровати были разложены сарафан-футляр старо-розового цвета, молочного цвета блуза под него и шарф с летним принтом из роз на фоне зеленых листьев, который живо перекликался с остальными вещами. Айша переоделась и вышла из спальни, начался второй круг комплиментов и восторгов по поводу ее наряда.