Страница 28 из 68
Глава 4
– Я – никаких, – спокойно ответила она на испытывающий взгляд Мурада и задала встречный вопрос, – а ты каких боишься?
– Погоди, оставь меня, сначала с тобой разберемся. Хочешь сказать, что покаталась бы на любом из этих? – с нескрываемым скептицизмом спросил он.
– Ну да, а что тут такого страшного? Так говоришь, будто мы в Диснейленде, – видя, что насмешка не сходит с лица Мурада, решила добавить она, – в любом случае, на спор я покаталась бы на любом аттракционе, – с этими словами Айша гордо подняла голову и демонстративно отвернулась от Мурада.
– Сложно поверить, ну да ладно, – со смехом сдался молодой человек и пошел вперед.
– А мы еще не закончили, куда ты пошел? – Айша продолжала стоять в недоумении, ожидая его ответа на тот же вопрос.
– Что? – начал смеяться Мурад, прекрасно понимая, что она имеет в виду.
– Я не поленюсь повторно озвучить вопрос, так что не выйдет его проигнорировать, дорогуша. Каких аттракционов ты боишься?
– Никаких. Разве по мне не видно, что я априори не могу бояться? – конечно, довод был веский, поскольку перед Айшей стоял этакий двухметровый шкаф, но он явно чего-то не хотел говорить.
– Да ладно тебе, говори.
– Я боюсь высоты и не стал бы кататься на колесе обозрения, – после долгого разглядывания своей спутницы ответил, наконец, Мурад.
– Эта тайна уйдет со мной в могилу, – положив руку на сердце, торжественно произнесла Айша. Этот жест рассмешил Мурада.
Они продолжали гулять по парку. Мурад предлагал Айше прокатиться то на одном, то на другом аттракционе, ссылаясь на ее несомненное бесстрашие, что звучало с сарказмом. Получая отказ в ответ, он называл ее трусихой, пытаясь тем самым спровоцировать на действия. Так они ходили, шутливо издеваясь друг над другом, пока перед ними не оказался воздушный хоккей. Тут на Айшу возымели действие все провокации, и она приняла вызов своего молодого человека. Не веря своим ушам, Мурад помчался к очереди, чтобы купить жетон для игры. И вот спустя полчаса они встали напротив друг друга с условием, что играют на желание. В общем-то, Айша понимала, что ничего, преступающего рамки дозволенного, Мурад желать не будет, и, несмотря на это, адреналин начал зашкаливать у нее в крови. Айша ни разу не играла в воздушный хоккей, поэтому все шансы проиграть у нее были.
– Ты уже придумала желание? – спросил Мурад, светясь от счастья.
– Нет еще, если выиграю – придумаю, – к сожалению, Айша не совсем разделяла это счастье, заранее предчувствуя поражение.
На табло над игральным столом зажегся начальный счет «0 : 0», игра началась. Ничего особенно сложного в ней не было. И клюшка, и шайба легко скользили по поверхности стола, а со стороны игрока требовались лишь реакция и ловкость рук. Они только начали играть, а счет был уже 6 : 0 в пользу Мурада. Вокруг играющей пары собирались любопытные прохожие: судя по всему, они вели себя слишком эмоционально. Мурад ликовал и вслух размышлял, чего же ему пожелать. Айше же ничего не оставалось, как улыбаться в ответ. Но тут произошел переломный момент, она смогла отбить удар и попала в ворота, и на волне первой победы, поверив в себя, забила еще четыре гола подряд. Игра становилась все напряженнее, а эмоции – все громче. Следующий удар был за Мурадом, и Айша, испугавшаяся, что удача перешла на его сторону, начала отчаянно отбивать удары и посылать в ворота соперника шайбу за шайбой. На этой бешеной волне она довела счет до 9 : 7 в свою пользу. В это время атмосфера вокруг игрального стола накалилась так, будто эти двое не в хоккей играли, а торговали на бирже акциями какой-нибудь крупной корпорации. Следующие два тайма были самые напряженные, они оба готовы были лопнуть. Мураду удалось забить еще одну шайбу, но сразу после Айша поставила точку в этой схватке. Она не могла нарадоваться своей победе, хлопала в ладоши и смеялась, их зрители тоже расходились с улыбками на лицах, некоторые из них пошли за билетами на игру. Мурад, весь раскрасневшийся от азарта, как и Айша, смотрел на нее и улыбался.
– Ну что, какое твое желание? Я умею проигрывать, – пытался он не сдавать позиции.
– Ой, Мурад, я даже не знаю. Я же, в отличие от некоторых, не была столь уверена в своей победе, – Айша была настроена выжать из этой ситуации все соки.
– Ой, все. До конца жизни у тебя теперь есть повод издеваться надо мной, – Мурад понимал ее намерение самоутвердиться на этой победе.
– Ну почему сразу до конца жизни, всего лишь пару лет, – с этими словами Айша посмотрела на него, но взгляд ее сразу устремился на что-то позади. С этого фона к Мураду ее взгляд вернулся уже прищуренным, а губы – в задумчивой усмешке, и, если бы Айша была мультяшным персонажем, в этот момент на ее голове появились бы красные рожки. Мурад проследил за ее взглядом и повернулся всем туловищем в ту же сторону, чтобы посмотреть, что Айше пришло в голову.
– Не-е-ет, – с каким-то нервным смешком сказал Мурад, увидев прямо позади себя колесо обозрения, – нет, нет, нет!
– Да, Мурад, да – коротко и спокойно ответила Айша. – Я даже сама лично куплю тебе билет, – с этими словами она двинулась в сторону кассы.
– Давай любое другое желание, Айш. Я подарю тебе что угодно, сделаю, что хочешь, только не высота! – он был весьма и весьма серьезен.
– Не умеешь, значит, проигрывать, – начала было Айша, но Мурад не дал докончить.
– Хорошо, идем, – твердо заявил он и пошел вперед нее к кассе.
В очереди они простояли ровно пять минут, Мурад не обмолвился ни словом. Айша не знала, как себя вести, неловкое молчание сводило ее с ума. Несколько раз, бросив искоса взгляд на Мурада, она увидела, как играют желваки на его серьезном, сосредоточенном лице, и вообще струсила и пожалела, что настояла на своем. Пару раз Айша попыталась заставить себя сказать, что передумала, но и это было не в ее силах. Гордость не позволяла уступить, а разум подсказывал, что отношения с дорогим человеком – не поле битвы. К моменту, когда подошла их очередь, Айша так перенервничала, что была уверена – стоит им сойти с колеса обозрения, Мурад развернется и уйдет восвояси, ни разу не обернувшись. Был еще один расклад – как воспитанный человек он доведет это свидание до конца, но его номер никогда больше не высветится на экране ее телефона. И когда справа от Айши прозвучало «два билета на колесо обозрения», она готова была расплакаться и убежать.
– Я заплачу, – еле выдавила она из себя, открывая сумку.