Страница 107 из 116
Убедительным показателем того, какое место занимает в венгерском фольклоре корпус материалов, связанных с ведьмами, может служить тематическое и типологическое богатство этого корпуса. В нем насчитывается несколько сотен типов и множество подтипов сюжетов, подробно характеризовать которые здесь, ввиду ограниченности объема, нет возможности. Нарративная палитра этих материалов включает почти дюжину больших тематических групп, каждая из которых сама по себе — целый фольклорный универсум. Много сюжетов посвящено вопросу о том, откуда берутся ведьмы. В восточной части венгерской языковой территории популярна апокрифическая история, согласно которой свои знания ведьмы получили от самого Иисуса Христа — в награду за то, что пожалели его (правда, ценой этого дара стала утрата ими надежды на потустороннее блаженство). Часто встречается в сюжетах рассказ о том, как ведьмы обретают свое умение: овладеть магическими знаниями можно, лишь совершив определенные ритуалы и выдержав определенные испытания; однако есть много фольклорных текстов, согласно которым это знание можно унаследовать — или получить, подержав умирающую ведьму за руку.
Поскольку ведьмы могут превращаться в животных, многие сюжеты отражают различные варианты такого перевоплощения. Чаще всего ведьмы отправляются в свои ночные походы в облике собаки, кошки, лягушки; в венгерском фольклоре нередко встречается и превращение ведьмы в колесо. К магическим способностям ведьмы относится и ее умение летать: на помеле, на пенькотрепалке, на чем угодно, а также с помощью каких-нибудь волшебных средств (например, «летучей мази») или особых заклинаний («Гоп-гоп, куда хочу, туда лечу!»). Как сообщается в фольклорных текстах, собранных в XX–XXI веках, больше всего ведьмы любят вредить людям, наводя порчу на домашних животных, магическими наговорами лишая соседских коров молока; противостоять этому можно, тоже прибегнув к магии (например, в день святого Георгия прикрепив на ворота веточку шиповника) или, после совершенного злодеяния, предприняв ответную магическую акцию (символическое сжигание ведьмы на костре, наказание кнутом и т. п.), ну, или попросив помощи у умудренного жизнью человека, колдуна, умеющего снимать порчу. Такие вещи, как наведение порчи на людей, навлечение болезней — все то, что являлось главным пунктом обвинения в ведьмовских процессах раннего Нового времени, — в современных фольклорных коллекциях встречаются значительно реже, тем не менее они все еще занимают определенное место — например, как орудие мести.
Еще один любопытный раздел в фольклорных текстах о ведьмах — рассказы о способах распознавания ведьм. С этим в значительной степени связано известное по всему Карпатскому бассейну поверье о «скамейке Луци»: смельчак, который соорудит такую скамейку и сядет на нее во время рождественского богослужения, сможет увидеть, кто у них в деревне ведьмы (те, кто сидит спиной к алтарю, кто, входя в церковь, наклоняет и поворачивает голову, чтобы не стукнуться рогами о притолоку).
Не менее широко распространен сюжет о том, как мужик ведьму подковал (ведьма по ночам принимала облик лошади, и деревенский кузнец смог поймать и подковать ее, — днем она появилась с подковами на руках, тем самым выдав себя). Истории о тварях, которые играют роль ведьминых помощников (черная кошка, лягушка с красным бантиком), также известны довольно широко, особенно в восточных районах проживания венгров. На поверья, касающиеся ведьм, во многих отношениях повлияли церковные демонологические учения, которые часто всплывают на поверхность в материалах ведьмовских процессов; иногда, по какому-либо случаю, с этими учениями знакомили свою паству и сами священники, тем самым способствуя более четкому формированию поверья в простонародной среде. Примерами тут могут служить такие сюжеты, как заключение договора с дьяволом или как сексуальные контакты с Сатаной (правда, в венгерских верованиях подобные сюжеты встречаются очень редко), а также тема ведьминых суббот (шабашей), которая, вобрав в себя некоторые другие бродячие сюжеты, стала одним из самых красочных компонентов венгерского фольклора. Народные байки о ведьминых забавах иной раз разрастаются едва ли не в целые новеллы. В венгерском фольклоре утвердилось несколько географических пунктов, которые известны как излюбленные места ведьминых шабашей; из них подлинно всевенгерской славой пользуются два места: гора святого Геллерта в Буде и Лысая гора в Токае.
По общему мнению, ведьма как прислужница и союзница сверхъестественных сил не может рассчитывать на загробное блаженство. Злодеяния, совершенные ею при жизни, вред, который она принесла людям, обрекают ее на тяжелую, мучительную смерть; умереть она может лишь при условии, что кто-нибудь (чаще всего кто-то из членов семьи) примет от нее ее магические знания. К умирающей ведьме и к ее гробу являются всякие нечистые звери; знаком ее пагубной греховности становится и ненастье, которое разражается во время ее похорон. Чтобы помешать ей приходить к людям с того света, ведьму хоронят лицом вниз; если это не помогает, то, выкопав труп, вонзают ей в сердце заостренный кол (ср. поверья о вампирах), — лишь такая мера способна положить конец ее вредоносной деятельности.
Венгерские народные сказки изображают ведьму исключительно как злобную старуху, обладающую нечеловеческой силой. Образ ее часто сливается с образом бабы — железный нос
[264]
[Баба с железным носом — примерное венгерское соответствие нашей Бабы-яги, у которой костяная нога.]
, как это произошло в том получившем широкое распространение сюжете, который вошел в венгерский фольклор под влиянием сказки «Гензель и Гретель» из коллекции братьев Гримм. В народных сказках ведьма, которая иногда является женой короля или мачехой героини, владея сверхъестественными способностями, воздвигает перед положительными героями препятствия в достижении их цели, старается уничтожить их, но каждый раз терпит неудачу и получает заслуженное наказание (ее привязывают к лошадиному хвосту или сжигают).
Ведьма. Гравюра. © Иштван П. Сатмари