Страница 83 из 157
Во втором были две переносные радиостанции «Телефункен», батареи, запасные лампы в бакелитовом пенале и шифровальные материалы.
Третий Копытин осматривал дольше остальных.
Внутри лежал разобранный заряд в металлическом кожухе, элементы крепления и устройство управления взрывом. Несколько деталей были упакованы отдельно.
— Для обычного подрыва дороги слишком сложно, — сказал Виктор. — Похоже, заряд собирались установить возле маршрута и привести в действие в нужный момент.
— Вскрывать дальше не будем, — решил Тихонов. — Дождёмся специалистов управления.
— Я могу хотя бы проверить взрыватель, — предложил Копытин.
— Нет, Витя, — ответил майор. — Пусть уже лежит себе спокойно.
Сулакшин осмотрел немецкие радиостанции.
— Обе целы, — доложил Семён. — Одна подготовлена к работе. В блокноте несколько расписаний связи и частоты.
— Значит, в нашем тылу их кто-то ждал, — сказал Тихонов.
— Похоже на то, — подтвердил Сулакшин.
Полковник разведывательного управления прибыл перед рассветом вместе с машинами, врачом и группой прикрытия.
Он сначала подошёл к пленным.
Командир лежал на плащ-палатке с закрытыми глазами. Катерина сидела рядом и следила за повязкой.
— Довезём? — спросил полковник.
— Если отправим сейчас, шанс есть, — ответила Катерина. — В дороге понадобится врач. Давление низкое, кровотечение может возобновиться.
Полковник повернулся к сопровождавшему его капитану.
— Командира грузить первым. Врач едет с ним. Радиста в отдельную машину, по два человека охраны на каждого.
— Есть, товарищ полковник, — ответил капитан.
После этого полковник подошёл к Тихонову.
— Потери? — спросил он.
— Потерь нет, товарищ полковник, — доложил майор. — У противника четырнадцать убитых, двое пленных. Командир и радист. Ушедших нет, район проверен до внешнего кольца.
— Документы?
— У радиста изъяты шифровальные таблицы, расписания связи и рабочий блокнот. У командира — карта, советские документы и два запечатанных пакета.
Полковник осмотрел трофейные радиостанции и третий контейнер.
— Это предназначалось для покушения? — спросил он Копытина.
— Скорее всего, товарищ полковник, — ответил Виктор. — Заряд сборный. Точное устройство станет понятно после разборки.
— На месте больше ничего не трогать, — приказал полковник. — Контейнер пойдёт специалистам целиком.
Он перевёл взгляд на автоматы группы.
— Как показали себя ваши доделки?
— Задержек не было, — ответил Штурмин. — Глушители работали нормально. В лесу слышны приглушённые хлопки и затворы, но направление определить трудно. По магазинам, ремням и креплению прицела есть замечания.
— Подробный отчёт подготовите после возвращения, — сказал полковник. — Расход патронов, дистанции, состояние оружия после боя, работа прицелов и глушителей.
— Есть, товарищ полковник, — ответил Алексей.
— По мине тоже отдельный отчёт, — добавил полковник.
— Подготовим, — сказал Копытин.
Пленных унесли к машинам.
Командир на несколько секунд открыл глаза. Он посмотрел на людей управления, контейнеры, связанные парашюты и остановил взгляд на Штурмине.
Немец ничего не сказал.
Санитары подняли носилки и понесли его к дороге.
Документы сложили в отдельные сумки. Сулакшин сам упаковал радиостанции, следя, чтобы при погрузке не повредили лампы и разъёмы. Третий контейнер закрепили в кузове отдельно от остальных трофеев.
Полковник отвёл Тихонова на несколько шагов.
— По первым документам видно, что группа имела сведения о маршрутах специальных колонн и нескольких московских объектах, — негромко сказал он. — В расписании есть связь с корреспондентом на нашей территории. Операция на этом не закончится.
Обратную дорогу почти не разговаривали.
Катерина уехала с тяжелораненым пленным. Сулакшин сидел рядом с ящиком, в котором перевозили трофейные радиостанции. Копытин несколько раз оглядывался на машину со специальным зарядом.
— Виктор, контейнер без тебя не разберут, — сказал Тихонов.
— Я ничего не говорил, Степан Григорьевич, — ответил Копытин.
— Ты уже пять минут смотришь на него через задний борт.
— Проверяю, хорошо ли закрепили.
— Хорошо закрепили, — сказал Тихонов. — Отдыхай.
Копытин прислонился спиной к борту и закрыл глаза.
Через несколько минут в кузове слышались только двигатель, удары колёс по колее и дребезг снаряжения.
На базу вернулись вечером следующего дня.
Полковник забрал Тихонова на доклад, остальных отправили сдавать оружие. Специальные «ППС–42» оружейники приняли отдельно. Алексей передал им магазины, записал номера автоматов и предупредил не трогать крепления прицелов до осмотра.
Катерина появилась позже остальных.
— Командира довезли, — сообщила она. — Прооперировали. Пока жив.
— Радист? — спросил Сулакшин.
— С ним всё проще, — ответила Катерина. — Разговаривать сможет, как только врачи разрешат допрос.