Страница 14 из 19
Садовник кивнул и с шумом отодвинул стул. Он оказался крепко сбитым, широкоплечим, с длинными крупными руками, которые никак не мог никуда пристроить: то прятал за спину, а то сжимал спереди в огромные кулаки.
– Давайте-ка лучше присядем, – предложила чародейка. – А лапша ваша меня ни чуточки не смущает. Скажите лучше, что вы думаете по этому поводу?
– По какому? – садовник попытался пригладить встопорщенные волосы.
– Не глупи, – Рика усмехнулась. – Вот уж не поверю, будто ваша жена не поведала вам, что Служба дневной безопасности и ночного покоя заинтересовалась легендарным проклятием пикси?
– Это, конечно, да, – смутился Джош. – Сэра велела всё как есть рассказать.
– Вот и рассказывайте всё как есть.
– Насчёт пиксей?
– Именно, как вы выразились, насчёт пиксей.
– Он вам сейчас наговорит! – кухарка шутливо замахнулась на мужа полотенцем. – Ему только волю дай! Он же у нас что дитё великовозрастное. У самого внуки, а он в сказочки про человечков с крылышками верит.
– Ваше мнение уже выслушано и принято во внимание, – осадила её Рика. – Лучше помолчите, пока я вам рот заклинанием не запечатала!
– Ты, Сэра, и вправду лучше бы заткнулась, – садовник зыркнул в сторону жены. – Не видишь, мистрис коронер со мной говорить желают, а насчёт рта я очень даже за.
Кухарка фыркнула и демонстративно отвернулась к корзине с кукурузой. Взяла початок и принялась с безразличным видом шелушить зёрна.
Рике супружеские разборки слуг уже стали порядком надоедать, она с деловым видом раскрыла блокнот.
– Итак, господин Монси, лично вы являлись свидетелем манифестаций потусторонних сил в доме графини Сакэда?
– Чего? – подался вперёд садовник.
– Того, – передразнила его жена. – Мистрис Таками спрашивает, видал ты пикси или нет.
– А, – протянул Джошуа, – нету, самих не видал, а вот за ихними безобразиями наблюдать приходилось.
Чародейка сделала себе пометку и кивнула, поощряя продолжение разговора.
– Как эти мелкие пакостники молнию в сад притянули, сам, этими вот глазами видел. Оно как жахнет в иву, как громыхнёт! У меня уши заложило, полчаса потом звон стоял.
– Интересно, что вы во время грозы в саду делали? – чародейка отметила, что Джошуа Монси был свидетелем попадания молнии в клановое древо.
– Так любимые розы леди Элеонор только-только зацвели. Я их от дождя и ветра холстиной укрыть собирался, а тут эти паршивцы молнию притянули. Дерево хрясь – и напополам! Запылало, загорелось. Хорошо, тогда ливень знатный был, пламя погасил. Зато, пожалуйста, извольте ли видеть – врата в Неблагий двор открыты, ходи не хочу!
– Дубина ты старая! – наплевала на угрозу чародейки Сэра и вклинилась в разговор. – Подумаешь, молния в дерево угодила! Ты будто не знаешь: молния во время грозы завсегда по деревьям лупит, поэтому под ними от грозы схороняться нельзя. Ива нашенская здоровущая была, выше всех деревьев в округе. Молнию к себе само дерево притянуло, а не пикси твои, которых на свете вовсе нет.
– Молчи уж, знаток по всем вопросам! Тебя в саду в то время не было. Я же зловещее свечение ещё до молнии увидал: прямо сквозь поникшие ветви ивы мертвенный такой свет сочился.
Кухарка в сердцах бросила в корзину недоочищенную кукурузу.
– Пускай мистрис Таками рот даже навсегда залепит, но я скажу: не мог ты никакого света от ивы видеть, не мог – и всё тут. А коли видел, то с пьяных глаз. Думал, я не знаю про бутылку виски, на которой наклейка средства от ос красуется?
– Погодите, – некромантка повернулась к Сэре, – какова причина невозможности видеть попадания молнии в иву? Ведь ваш муж был в это время в саду.
– Быть-то был, да видеть не мог! – победный взгляд кухарки не оставлял сомнений, что у неё припрятан туз в рукаве. – Ты говоришь о любимых розах леди Элеонор? Это такие желтоватые, с алым отсветом по краям лепестков?
– Ага, они самые, – подтвердил садовник, – материковый сорт, «Румяная красавица» называется.
– Вот тебе и «ага», дуралей! Розы эти, госпожа чародейка, растут в новом саду вдоль южной стены дома, старый сад дальше. И коли мой муженёк утверждает, будто этих самых румяных красавиц укрывал, к старому саду он как раз задом стоял. Следовательно, никакого таинственного свечения или удара молнии он видеть не мог.
– Может, мы все вместе выйдем в сад, и вы мне покажете, где ива, где растут ваши розы. Прямо на месте и посмотрим.
Садовник почесал ухо.
– Вроде как не получится.
– Что же нам помешает? Пикси не велят? – иронично поинтересовалась Рика.
– Какие там пикси, – махнула рукой кухарка, – просто у нас в саду, что в новом, что в старом, снега много. Вас аккурат по талию будет, не пройти.
– Тогда потрудитесь расчистить в самое ближайшее время, – велела Рика. – Я проверю оба ваши сада на наличие магии.
– Мы, это… – снова замямлил садовник, – ну…
– В старый сад мы не ходим без особой необходимости, – пришла ему на помощь жена. – Я, конечно, ни в какую ерунду с проклятиями не верю, однако сэр Чарльз запрещал перешагивать через поребрик из песчаника. Вот мы и привыкли. Джош иногда туда хаживает бурьян с чертополохом повыдергать.
– Это не просьба, – Эрика выразительно дёрнула бровью, – это приказ коронера Кленовой короны. Чтобы к понедельнику всё было выполнено в лучшем виде!
Эрика с облегчением покинула дом графини Сакэда. На небе сияли звёзды предзимья, но их свет заглушали фонари, зажжённые на улицах столицы Островной империи. Ловить извозчика было лень, поэтому чародейка решила прогуляться. Она с удовлетворением ощущала, что хорошо выполнила свою работу на сегодня, и предвкушала первые настоящие выходные в своей взрослой жизни. Но настроение немного подпортил образ Вилохэда Окку, вынырнувший некстати из глубин подсознания. Отчёт. Завтра его ждёт король, видите ли! И этому, какому-то там по счёту сыну Дубового клана наплевать, что у Рики завтра нерабочий день.
– Тебе нужен отчёт, надушенный бездельник? – мстительно подумала чародейка. – Ты велел с ним не затягивать. Ну так будет тебе отчёт! Поглядим, насколько рано просыпаются по субботам древесно-рождённые лорды.
С самого детства Рике лучше всего думалось во время прогулок, вот и сейчас по дороге домой она принялась обдумывать и систематизировать все части своего будущего отчёта. Она дошла до дома, открыла входную дверь и прислушалась: всё было тихо, слышалось лишь таканье часов в холле. Но стоило чародейке закрыть дверь, как зажёгся свет и на неё обрушился разноцветный дождь конфетти из хлопушек.