Жертва и другие

Вот следователь Марк Борисович предполагает, что женщина могла быть адептом какой-нибудь тайной организации. Например, секты или чего-нибудь в этом роде. Ну, Марку Борисовичу легко предполагать — с него не убудет. В конце концов, не ему, а именно Шубенкову предстоит выяснять, действительно ли это секта, где она располагается, в чем ее суть… Ну и все такое прочее. И попробуй тут выясни, когда Шубенков никогда с этим делом не сталкивался, он о нем даже понятия не имел! Ловить всяческое ворье, хулиганов и всевозможных классических убийц он худо-бедно умел — его этому учили в полицейской академии. Да и последующая практика — тоже, надо сказать, неплохой учитель такому делу. Но какие-то сектанты, которые к тому же еще и убийцы с пистолетами иностранных марок… Это, знаете ли, совсем другое дело. Тут Шубенков, можно сказать, пас. Однако же кто станет его спрашивать, умеет он ловить таинственных сектантов или не умеет? Оперуполномоченный уголовного розыска — понятие универсальное. Он должен уметь разоблачить любого преступника, в какие бы одежды тот ни рядился и под какой бы личиной ни выступал. Хоть под сектантской, хоть, понимаешь ли, под марсианской.

Да, но как это сделать? С какого боку приступить к расследованию? Расследование всякого убийства — и Шубенков это прекрасно знал — всегда начинается с установления личности убитого. Ну или в данном случае убитой. И вот тут-то и таилась весьма серьезная закавыка. Покамест Шубенков не имел никакого понятия о личности убитой. Кто она? Местная ли жительница, приезжая ли? А может, ее и вовсе привезли в лесные окрестности Новореченска, чтобы тут убить? Могло быть так, могло — этак, а могло быть и вовсе как-то иначе, о чем Шубенков и понятия не имел. А между тем личность убитой надо было установить непременно — и чем скорее, тем лучше. Тем больше было надежды, что таким образом удастся выйти на след убийц, кем бы они ни были.

Но ведь и это было еще не все! Еще была флеш-карта с непонятными, просто-таки дурацкими чертежами и такими же пояснениями к ним. С флешкой-то как быть? Просто взять да и отмахнуться от нее? Мало ли что люди носят в карманах, и далеко не все содержимое карманов может иметь касательство к убийству. А если все-таки имеет? Если флешка вместе с ее дурацким содержимым — это след, который может вывести на убийц? Пускай даже пока и непонятный, необъяснимый, приводящий в недоумение, но след? А ведь могло быть и такое. Все могло быть…

Поразмыслив таким тягостным образом, Шубенков решил посоветоваться со своим непосредственным начальством, с начальником уголовного розыска.

— Что, ты уже раскрыл убийство? — такими словами встретил его майор Василий Сергеевич Степанищев, начальник местного угро. — Нет? А для чего же ты пришел? Что тебе непонятно?

— Товарищ майор, надо посоветоваться, — сказал Шубенков.

— Это о чем же? — приподнял бровь Василий Сергеевич.

— Есть о чем, — вздохнул Шубенков. — Только уговор. Я прошу выслушать меня не перебивая. Без всяких вопросов и тем более ехидных замечаний. А когда я закончу рассказывать, тогда и спрашивайте, если будет о чем спросить. Можете даже изливать на меня свое ехидство, если пожелаете.

— Ну, говори…

Шубенков говорил довольно-таки долго. Он рассказал и о разговоре с Марком Борисовичем, и о собственных терзаниях и недоумениях, и о предположительных таинственных сектантах, и, конечно же, о флеш-карте с таинственными чертежами и непонятными комментариями к ним. Рассказав, Шубенков выдохнул и вопросительно посмотрел на начальника уголовного розыска, ожидая его реакции.

Реакция Степанищева оказалась непонятной и в какой-то мере таинственной. Вначале он долго молчал, глядя куда-то в пространство. Затем так же долго и не говоря ничего смотрел на Шубенкова. Затем принялся хмыкать, крутить головой и зловеще усмехаться. Шубенков терпеливо ждал — а что еще ему оставалось делать? Наконец майор обрел дар речи.

— Гена, — с какой-то подозрительной интонацией в голосе сказал начальник. — Ты это чего? Что это взбрело тебе в голову? Какие сектанты? Какие чертежи? Какой, понимаешь ли, аппарат для чтения мыслей? Ладно бы Марк Борисович — он человек интеллигентный, а значит, с фантазиями. Но ты-то? Что ты тут несешь?

— Василий Сергеевич, да вы взгляните сами, — сказал Шубенков. — Флешка при мне.

— И взгляну! — пообещал Степанищев.

— И взгляните!

На столе у начальника уголовного розыска имелся ноутбук. В принципе, он был майору не так и нужен, поскольку был завален всякими бумагами, но все же он был. Глядя на Шубенкова уничижающим взглядом, начальник сгреб бумаги, открыл ноутбук, включил его.

— Кажется, работает, — сказал Степанищев. — Давай-ка сюда твою флешку.

— Возьмите, пожалуйста, — змеиным тоном произнес Шубенков. — И посмотрите сами…

Начальник посмотрел. Смотрел он долго — видимо, пытался вникнуть в содержание и постичь смысл. Но, похоже, не преуспел ни в том, ни в другом, потому что, вдоволь насмотревшись в монитор, он взглянул на Шубенкова и сказал:

— М-да… И вот это вы нашли в кармане убитой?

— Это и нашли, — подтвердил Шубенков. — Ну и что скажете?

— Мало ли что люди таскают в карманах, — сказал Василий Сергеевич. — Пошарь-ка в своих карманах — там ты тоже найдешь кучу всякой ненужной дряни. С чего ты взял, что эта флешка, а вернее, то, что на ней, имеет отношение к убийству?

— А если имеет? — возразил Шубенков. — Если все это каким-то образом связано между собой? Сметено в одну кучу — и убийство, и флешка, и сектанты, будь они неладны… Ведь и убийство-то необычное, разве не так? Выстрел из пистолета «беретта» в висок с близкого расстояния, а у убитой, между прочим, бритая голова. А если к этому добавить еще и татуировку?..

— Погоди-ка! — замахал руками майор. — Не тарахти! Тут, понимаешь, надо поразмыслить…

— Ну, а я о чем? Конечно надо! С тем-то я и пришел. Чтобы, значит, поразмышлять вместе. Одна голова — хорошо, а две…

— А две — хуже! — перебил Шубенкова начальник. — Говорят тебе — помолчи. Мне надо подумать.

— Ну, думайте…

— А ты, между прочим, не сиди зазря. Ты тоже думай.

— Да я думаю…

Думал Степанищев довольно-таки долго, но, похоже, ничего путного не надумал, потому что вместо готового решения он спросил у Шубенкова:

— Ну, и что ты думаешь делать в первую очередь?

— Много чего надо сделать в первую очередь, — вздохнул Шубенков. — Во-первых, нужно установить личность убитой. Так?

— Ну, так…