Жертва и другие

Задавая такой вопрос, Гуров искоса, незаметным боковым зрением одновременно наблюдал за Кривовым. И явственно увидел, а больше того — почувствовал, как Кривов буквально-таки сжался в комок, услышав вопрос о секте. Он явно не ожидал такого вопроса — это Гурову было понятно. И, кажется, он опасался на него отвечать. Но вот почему — этого-то Гуров пока что не понимал.

— Какая еще секта? — отозвался наконец санитар. — Не знаю я никакой секты! Вот еще придумали — секта! И это тоже вы хотите на меня повесить? Не выйдет! Я не при делах! Ни насчет убийства, ни насчет секты! Не знаю я ничего!

Это был уже не просто отрицательный монолог, это была истерика. Почти истерика: санитар, похоже, держался из последних сил.

— Ну, не знаешь, стало быть, не знаешь, — миролюбиво произнес Гуров. — Какой прок пытать человека, который ничего не знает? Или врет, что не знает! — Здесь Гуров резко сменил тон с миролюбивого на жесткий и требовательный. — Вижу, врешь… — Здесь тон вновь стал спокойным и отстраненным. — Что ж… Тогда буду рассказывать я. Все как было.

Гуров отошел от окна, уселся за стол, для чего-то рассеянно поиграл компьютерной мышью, хмыкнул, еще раз с сомнением взглянул на мышь и начал говорить:

— Итак, жил-был на свете славный парень Серега Кривов. Жил в одиночестве, поскольку недавно откинулся с зоны и не успел обзавестись близкими знакомствами. Впрочем, кое-какими знакомствами он все же обзавелся, но об этом позже. Он устроился на работу санитаром в психиатрическую лечебницу, снял квартиру. Жизнь как будто бы налаживалась, если бы не одно «но». Этим самым «но» были те самые знакомые, о которых упоминалось чуть выше. Серьезные это знакомые, суровые, в отдельные моменты так и вовсе беспощадные… Да… Как именно славный парень Серега Кривов с ними свел знакомство, это не так и важно. Сейчас важно другое: отделаться от этих знакомых оказалось не так-то просто. А может, славному парню Сереге Кривову и не хотелось рвать с ними знакомство — как знать? Может, это ему в чем-то было выгодно… Вопрос только, в чем именно заключалась такая выгода. Но об этом опять же позже…

Гуров умолк и перевел дух. Пока он говорил, он одновременно наблюдал за Кривовым, как тот станет реагировать на его рассказ. По всему получалось, что реагирует он так, как надо, — смятенно и нервно. А это означало, что Гуров на правильном пути. И он продолжил свой неторопливый рассказ:

— Нет, кое-что об этих знакомых сказать можно. Это некое подобие секты. Правила в этой секте строгие, зачастую жестокие. Вплоть, понимаешь, до убийства… И вот. В эту-то секту славный парень Серега Кривов угодил, что называется, по полной программе. Под самую завязку. Ведь вот даже, он выбрил голову, как ему было велено, и нанес татуировку на левое плечо — опять же, как ему было велено. Думаю, все это особые отличительные сектантские знаки. Ну да и это до поры до времени неважно. Важно сейчас вот что. Однажды славный парень Серега Кривов получил от кого-то важное задание. От кого именно? Наверное, от того, кто угнездился на самой верхушке секты. У любой секты, насколько я понимаю, должен быть вождь и учитель, ну, стало быть, таковой имеется и в секте «Другие».

Гуров опять умолк — произносить длинные монологи все-таки дело непростое, тут без передышки не обойтись. Передохнув, Гуров продолжил:

— Так вот, о важном задании. Сереге Кривову нужно было выкрасть из учреждения, где он трудился санитаром, некоего субъекта — иначе говоря, больного, который мнит себя гениальным изобретателем, — вместе с его изобретениями. Вернее сказать, вместе с чертежами изобретений, если таковые имеются, ибо вряд ли где-нибудь можно найти готовое изобретение сумасшедшего изобретателя… Для чего это сектантской верхушке понадобилось? Ну, тут напрашивается одно-единственное правдоподобное объяснение. Дело в том, что…

Гуров вдруг сам себя оборвал на полуслове, внимательно взглянул на Кривова и сказал, больше обращаясь к самому себе, чем к санитару:

— А может, все было и не так. Не совсем так… То есть славный парень Серега Кривов сам предложил такое хитрое дело — выкрасть из лечебницы больного вместе с чертежами. А? Думаю, все именно так и было. Выслужиться решил Серега или, может, подзаработать… Ну и вот, Серегина идея пришлась главарям по вкусу, а дальше — дело техники. Что стоит уговорить доверчивого больного? Уговорил, передал его из рук в руки неким типам — насколько я понимаю, своим сподвижникам, — и дело сделано. Не совсем, конечно, потому что надо было еще и подстраховаться. Как-никак речь шла об убийстве, а это дело опасное и притом громкое. Значит, лучше залечь на дно. Пересидеть, переждать… А затем исчезнуть из города. Скорее всего, с новыми документами на другое имя. Да вот только получилась незадача: Серегу выследили и повязали. И вот сейчас он здесь, этот славный парень. Ну так для чего вам понадобился несчастный больной вместе с его изобретениями? А, кажется, понимаю! Как же! Чтобы запутать следствие, не так ли? Чтобы сбить полицейских со следа. Что ж, все по-своему логично и правильно. Пока полиция будет разбираться, что к чему, пока будет ломать голову над тем, при чем тут флешка с бредом безумного изобретателя, пройдет немало времени. Как раз столько, чтобы славному парню Сереге Кривову спокойно исчезнуть из города. А может, и не только ему, а и тем, кто задумал и исполнил преступление. Кто убил Зухру Мажитову…

Гуров вдруг умолк, подошел к санитару и резко дернул его за ворот — так, чтобы его глаза оказались на уровне глаз Гурова. Чтобы, значит, можно было говорить, глядя подозреваемому прямо в глаза, и чтобы подозреваемый не имел возможности отвести взгляд.

— Ну так за что убили девчонку? — свистящим шепотом спросил Гуров. — Я спрашиваю — за что ее убили? Или, может, это ты ее убил? Я спрашиваю — это ты ее застрелил?

— Не я! — истерично выкрикнул Кривов. — Я ее не убивал! Я лишь сделал то, что мне велели, — подговорил на побег изобретателя! И передал его из рук в руки!

— За что ее убили? — все тем же тоном спросил Гуров. — Кто ее убил?

— Я не знаю! — Кривов пытался высвободиться из цепких пальцев Гурова, но у него ничего не получалось. — Я и вправду не знаю! Это все генералы! Это они приказали!..

— Кто такие генералы? Где их искать? Сколько их?

— Я не знаю! Я никогда их не видел!

— Не врать! Я сказал — не врать! Ну, кто такие эти генералы?

— Не знаю! — Теперь в голосе Кривова слышалось отчаяние. Похоже было, что он и впрямь не знает этих самых генералов.