Страница 33 из 244
Все три старушки остановились, разом оглянулись и, увидев участкового, заулыбались.
— Петенька! — хором сказали они. — Откуда ты тут взялся? Надо же! А мы тебя и не заметили!
— Да вот, случайно проходил мимо, а тут вы. Дай, думаю, окликну. — Данис пошел на маленькую хитрость, чтобы не говорить, что он следовал за старухами целенаправленно. Иначе было не избежать множества лишних вопросов, а у Даниса сейчас не было времени на лишние разговоры.
— А что такое? — спросила она из старух — Марья Игнатовна. — Что ты от нас хочешь, Петенька?
— Надо поговорить на одну тему. Важная тема, можно сказать, секретная! — Тут Данис опять применил своего рода хитрость: он знал, как старухи любят всякие секретные разговоры. Просто-таки хлебом их не корми, а дай посекретничать!
— А что за секрет? — спросила Августа Генриховна. — Сдается, ты недавно был у магазинов… Почему же не подошел к нам там?
— Там много народа, — улыбнулся участковый. — Какие могут быть секреты, когда много народа?
— Понятное дело, — с важным видом произнесла третья старуха — Елизавета Карповна. — Секретные разговоры — они любят таинственность.
— Ну, а я о чем говорю! — поддержал старуху участковый. — Какие уж тут секреты, когда кругом посторонние люди!
— А может, пойдем ко мне? — предложила Елизавета Карповна. — Посидим, пошвыркаем чайку. Там и поговорим о твоих секретах…
— И рад бы, да не могу! — сказал на это участковый. — Нет времени… Да оно можно поговорить и здесь. Народу поблизости никого.
— Что ж, можно и здесь, коль ты так хочешь, — с некоторым неудовольствием произнесла Елизавета Карповна. — Хотя, конечно, у меня было бы куда как лучше. Там-то нас, пожалуй, никто бы не подслушал…
— Да и тут никто не подслушает! — заверил участковый. — Кому тут подслушивать?
Конечно, он с радостью пошел бы к Елизавете Карповне на чаепитие, но у него и впрямь времени было в обрез. Чаепитие — дело долгое, а если старухи не скажут ему ничего этакого, то ему придется совершать обход дальше. Придется обойти все улицы, а тех улиц столько, что со счету можно сбиться. А вечер — вот он, на подходе.
— Так что же тебе нужно? — спросила Марья Игнатовна.
— Помощь мне ваша нужна, — сказал Данис. — Без вашей помощи мне просто никуда! Хоть, понимаешь, в реку головой!
И это была еще одна хитрость со стороны Даниса. Он прекрасно знал, с какой готовностью старухи обычно откликаются на его просьбу о помощи — особенно если дело касается всяких секретов и тайн. Старухи — они такие любопытные…
— Слышал я краем уха, как вы говорили о чьей-то лысой башке… — вкрадчиво начал участковый.
— Ох, Петенька, и не говори! — всплеснула руками одна из старух — Елизавета Карповна. — Уж такие страсти, такие страсти! Уж мы не знаем, что и думать!
— Видели-то мы его мельком, всего-то два раза! — вступила в разговор Марья Игнатовна. — Страшный такой, похожий на зверя! И главное — с лысой головой! Вот как есть лысая, хоть бы волосинка на ней! И он нас увидел тоже, да! Увидел, зыркнул на нас и скрылся. И с той поры больше не показывается.
— Но мы-то знаем, что он и сейчас там! — добавила Августа Генриховна. — А где же ему быть еще, коль больше из дому не выходил? Там он и есть. А почему он там и не выходит? А потому, что он прячется, вот почему! А от кого он прячется? Добрый человек прятаться не станет. Не от кого прятаться доброму человеку!
— И голова-то у него как есть лысая! Как колено! Это почему же такое? — риторически вопросила Марья Игнатовна.
От такой сумбурной информации голова у Даниса в буквальном смысле пошла кругом. Кто прячется? Где прячется? Давно ли прячется?..
— Погодите! — замахал руками участковый. — Не все сразу. А то ведь я вас не пойму. Давайте так: я стану вас спрашивать, а вы отвечайте. Чинно, ладно, не перебивая друг дружку. Договорились?
— Какой-то ты, Петенька, бестолковый! — негодующе заявила одна из старух. — Неужто ты нас не понимаешь? Ведь все просто…
— Конечно понимаю, — примирительно произнес Данис. — Но тут такое дело… Тут следствие. Ну а коль следствие, то, стало быть, вопросы должны задаваться по очереди. И ответы на них тоже должны быть по очереди, а не хором.
— Ты нас не учи! — Марья Игнатовна протестующе взмахнула рукой. — Молод еще нас учить! Без тебя знаем, что такое следствие! Видели по телевизору.
— Ну тем лучше, — сказал Данис, стараясь скрыть улыбку.
Постепенно и исподволь все разъяснилось. Оказалось, что вчера у Августы Генриховны случилось праздничное чаепитие в честь ее именин. Никого, кроме самой именинницы и двух ее подруг — Марьи Игнатовны и Елизаветы Карповны, — на торжестве не было. По случаю хорошей погоды чаепитие происходило на веранде дома, в котором проживает Августа Генриховна. А с той веранды, надо сказать, открывается вид на соседний дом. Хочешь или не хочешь, а все равно обратишь внимание на то, что творится в этом доме. А в том доме с недавних пор поселились новые жильцы. Старые жильцы, вишь ты, продали дом другим людям — ну те в нем и поселились. Обыкновенное дело. Обыкновенное-то оно, может, и обыкновенное, да вот только какими-то странными оказались те новые жильцы. Ни тебе здравствуйте, ни до свидания, ни иных прочих добрососедских слов. Все они, понимаешь, сами по себе, те новые жильцы. А и всего-то их двое — муж и жена. Августа Генриховна уже и рукой махнула на тех жильцов — хотя вначале, конечно, она всячески пыталась наладить с ними добрососедские отношения. Ну а коль уж они того не хотят, то что ж… Насильно мил не будешь. Тем более всякие люди проживают на свете, и судить их за то, что они всякие, — самое последнее дело. Нехорошее дело, греховное.