Жертва и другие

Глава 13

Единственное, что мы можем знать, это то, что мы ничего не знаем, и это высший полет человеческой мудрости.

Л. Толстой

Вольжанский приехал в Жаворонки к обеду. Деревня оказалась очень живописным местом. Здесь имелось порядка десяти изб с красочными ставнями, много зеленых насаждений, конюшня, большая изба с надписью «Сельсовет», веревочные качели, колонка и даже маленькая церковь, выглядевшая как настоящая. Он прямиком направился в ту, которая имитировала сельсовет, справедливо полагая, что именно в ней расположилось здешнее начальство. Так оно и вышло. За деревянным столом сидел молодой мужик в русской рубахе навыпуск, но в джинсах и модных кедах.

На голове у него красовалась кепка из ткани в яркий цветочек. «Точно режиссер», — подумал Вольжанский. На окне красовались незамысловатые занавески в бабочках, на полу лежали домотканые половички, также имелись огромный деревянный сундук и даже настоящая прялка. Вряд ли, конечно, на ней председатель прял — скорее всего, для антуража стояла. Но этот факт не умалял креатива и исторической достоверности прялки.

— Добрый день, — изобразив рубаху-парня, поздоровался полковник с парнем. Тот поднял на пришедшего голову и сразу оценил «прикид» вошедшего. Александр Матвеич залез в материнский шкаф, где оказалось много прелюбопытнейших вещей. А именно: синие клеши то ли отца, то ли материного брата Василия, известного на всю семью модника, рубаха в красных петухах под эти самые клеши, джинсовая пижонская жилеточка и кепи. Кроссовки Александр купил самостоятельно, благо в наше время их сколько угодно, на любой вкус и цвет, включая винтажный стиль. За спиной у него, как у трубадура, висела гитара с фото девушек в стиле «семидесятые».

— И вам не хворать, — неожиданно открыто и по-настоящему приветливо улыбнулся парень. — Ко мне? С оказией или как?

— Наверное, к вам. Я бы хотел, чтобы вы меня посмотрели на предмет участия в спектаклях, мне знакомые рассказали, что к вам можно… И что вы честно платите. Я несколько лет играл в народном театре, правда, в другом городе. Меня зовут Александр. Можно без отчества, я не привык, — и полковник Вольжанский опять улыбнулся, насколько мог доверчиво. Дескать, вот он я, простой мужик, доверчивый и наивный. Просто Ваня-дурачок из сказки. А раз из сказки, значит, победитель зла и вообще молодец.

— Народный театр — это отлично. Сыграете что-нибудь?

— Конечно! — обрадовался Саша, снимая гитару со спины и присаживаясь на деревянный табурет.

И он сыграл, причем отлично — несколько песен из репертуара «Синей птицы» и раннего Юрия Антонова. Голос у Вольжанского был великолепный — почти баритон. Потихоньку в сельпо стали пробираться другие исполнители, услышав пение и движуху в избе. Через пять минут в дверях и на подоконниках уже стояли и сидели человек десять. Когда последний аккорд закончил свое короткое существование в летнем воздухе, раздались аплодисменты и крики «Браво!», Александр встал и смущенно поклонился.

— Василий, — режиссер встал из-за своего стола и протянул руку полковнику. — Вы приняты. Не буду заставлять вас читать стихи и прозу, я и так слышу, что дикция у вас отличная, а знание музыкального материала выше всяких похвал. Располагайтесь, ребята проводят вас до нашего общежития, здесь у нас домики для гостей, но в общаге комфортнее, поверьте. Там есть реальное электричество, нормальный туалет и вода из крана, а не из колонки или колодца. Наши-то клиенты немного зажравшись сюда приезжают, так что мы им предоставляем все прелести древнего деревенского быта.

— Я очень рад, что вам понравилось! Конечно, общежитие — это отлично, — сказал Александр и пошел вместе со своими слушателями на место дислокации, а девчонки наперебой рассказывали ему о том, сколько платят, что нужно делать и какие дураки иногда бывают клиенты. Пока они шли, смогли наблюдать рядом с одним из домиков следующую картину. Шесть девушек в ярких сарафанах пели хором и плясали:

Как по сенюшкам свет Марьюшка ходила,

Ой ли, ой люли, ходила,

Как по новым Ивановна гуляла,

Ой ли, ой люли, гуляла,

Все кедровые орешки она щелкала,

Ой ли, ой люли, щелкала,

А скорлупочки в окошечко кидала,

Ой ли, ой люли, кидала,

Во Ивановы кудри попала,

Ой ли, ой люли, попала!

— Сто-о-оп! Кто в лес, кто по дрова! Девчонки, ну вы же на свадьбе у лучшей подруги поете, а не на картошке после портвейна во времена СССР! — орала на них женщина в цветастой цыганской юбке и такого же южного типа внешности. — Еще раз!

— Это кто? — спросил Александр.

— Ой, это наша Роза Абрамовна, она клевая, в Одессе долго жила, такие анекдоты и случаи из жизни рассказывает, просто умереть со смеху можно! Она тоже режиссер, в основном по имитации свадеб. Через три дня к нам итальянцы приезжают, так что мордой в грязь упасть никак нельзя. Будем русскую свадьбу показывать. Без первой брачной ночи, слава богу. Такие вещи мы, разумеется, не делаем! Хотя один ушлый американец раз докопался, как пьяный до радио, дескать, я оплатил за полный обряд, а вы схалявили. Где простыня с соответствующими доказательствами невинности невесты и, собственно, лишение этой самой невинности в режиме онлайн? Судом пугал! — рассказала ему пухленькая хохотушка Анюта.

— Он что, идиот?

— Конечно. Они почти все идиоты, я имею в виду иностранцев. За редким исключением. В общем, наш юрист объяснил этому мистеру Смиту… или как его там, уже не помню, что в договоре конкретно такого пункта нет, так что пусть угомонится, пока мы сами его в суд не вызвали за домогательства в отношении артистов.

— И что он? — от души веселился Александр.

— Испугался! Затрясся весь, они же до смерти боятся там, у себя, обвинений в харасменте, как черт ладана. А про наши тюрьмы, которые не чета американским в плане условий содержания, они много страшилок за время пребывания в России услышали. Но мы пришли! Давай направление от Василия, а то тебя не заселят и белье не выдадут. А еще талоны на питание. Кормят, кстати, очень недурно. А еще на банкетах постоянно едим, приходится…

Общага оказалась и правда вполне приличной, как и питание. Уже к обеду Александра познакомили с Розой Абрамовной, которая очень обрадовалась явлению Саши народу и сценарию.

— Слава богу, у нас есть отец невесты! А то я уже думала-таки, что буду изображать родителя самолично! Александр, вы нас просто спасли!

— Рад стараться, а что делать нужно?

— Да ничего сложного, я вам дам сценарий.