Завязка на любовь

Глава 9. Это уже не просто хобби

Полина

Оказывается, бабушкин книжный клуб – не простые посиделки за чашкой чая. Всё куда серьёзнее. Подготовка к встрече членов клуба начинается заранее. За неделю до встречи бабушка делает дежурный заказ местному кондитеру, и за несколько часов до прихода гостей ей привозят две коробки приготовленных накануне пирожных. Где-то дня за три бабушка заходит в цветочный на углу улицы и выбирает свежие цветы, которые ей доставят утром перед встречей книжного клуба. Прямо с утра приходит Людмила, бабушкина помощница по дому, и затевает генеральную уборку, Бернард едет за вином, а бабушка достаёт из буфета набор бокалов из тончайшего стекла.

— И у вас всегда так? – спрашиваю бабушку, когда та наливает воду в большую керамическую вазу.

— Что – так? – переспрашивает она, будто вся эта подготовка – обыденное дело.

— Цветы, вино, пирожные..

— Ах, ты про это! Да, мы с Бернардом хотим, чтобы нашим гостям было у нас хорошо. Но скажу честно, шардоне девяносто второго года мы ещё не пили. Всё же не на каждой встрече присутствует сам автор обсуждаемой книги, тем более если этот автор – моя внучка.

Позже я вбиваю в поисковике стоимость одной бутылки этого шардоне и где-то минуту стою с открытым ртом, смотря на высветившуюся на экране сумму.

В хорошую погоду книжный клуб проходит на террасе, но сегодня уже третий день льёт дождь, поэтому мы с Людмилой вместе накрываем стол в гостиной и зажигаем камин. Ещё пару дней назад затяжные дожди меня расстроили бы, особенно перед скорым отъездом, но сейчас я даже рада такой погоде. Позавчера из-за сильного дождя Юра снова предложил перенести нашу встречу. Не знаю, что он там придумал, но, увидев сообщение о переносе, я выдохнула. Вчера тоже лил дождь, Юра предложил встретиться хотя бы в кофейне, но я сказала, что ближайшие два дня буду помогать бабушке. Не соврала, я ведь и правда помогаю в подготовке к книжному клубу, но встречу отменила по другой причине.

Я злилась на себя, на ту шатенку, но особенно злилась на Юру. И пусть я сама выдумала, что могла бы заинтересовать его как женщина, но, увидь я его сейчас, точно накинулась бы с кулаками, как самая настоящая истеричка. Как влюблённая истеричка. Полная дура. Идиотка.

— Цветы давай поставим сюда, а малиновые корзиночки в центр, – руководит Людмила, и я в моменте чувствую благодарность к этой женщине: я слишком рассеяна, чтобы наводить красоту без подсказок. То же касается и книги. За эти три дня мне удалось написать лишь пару абзацев. В этом я тоже обвиняла Юру, меня бесил тот факт, что без него теперь не получается даже то, в чём я хороша. Краснополянский бариста, словно зараза, затронул все сферы моей жизни.

Первой дверь открывает Ирина Иосифовна. Накануне бабушка рассказала мне о каждой участнице клуба, поэтому я знаю, что Ирине Иосифовне шестьдесят девять лет, в прошлом она работала спасательницей и, несмотря на наличие молодого любовника, любит захаживать в женские стриптиз-бары. Следом за Ириной Иосифовной в звонок звонит Мария Павловна, у неё дома девять йорков и большая коллекция ковров, привезённых из разных стран. Вероника Николаевна приходит на собрание со своей племянницей Кариной. Карине тридцать один год, и, по словам моей бабушки, у неё ещё ни разу не было даже парня, в то время как у Вероники Николаевны к её пятидесяти семи годам количество ухажёров перевалило за второй десяток. В том, как бабушка рассказывала о жизни своих подруг, не было ни намёка на осуждение. Она вспоминала о каждой с улыбкой, а при упоминании каких-то фактов смеялась, покачивая головой из стороны в сторону. Во всём этом было так много любви, что мне уже тогда захотелось как можно скорее познакомиться с этими удивительными женщинами.

Ирина Иосифовна прямо с порога, широко улыбаясь, притягивает меня к себе, обнимает долго и крепко, так, словно уже заочно любит меня всем сердцем. Мария Павловна вкладывает в мои руки букет из диантусов. Вероника Николаевна и Карина, будто две канарейки, оживляют дом своими звонкими голосами. Вопросы сыпятся один за другим.

— Как тебе в Поляне, Полиночка?

— Инна, почему ты так долго скрывала от нас такую красавицу?

— Полиночка, а ты надолго в наших краях?

— Я принесла все твои книги, ты же подпишешь?

Домофон звонит в пятый раз, и мне не нужно смотреть в монитор, чтобы узнать, кто пришёл на этот раз. Жму на кнопку и первая толкаю дверь.

— Марта, привет! – встречаю я девочку и резко замолкаю, увидев стоящего позади неё Юру. А затем взгляд падает на его руки, а точнее на то, что в них – подсолнухи, перевязанные простой белой лентой.

— Привет. – Юра протягивает подсолнухи, и на мгновение я улавливаю в его взгляде незнакомую мне эмоцию. Он смотрит внимательно, вдумчиво, будто знает обо всём, что происходило у меня на душе все эти дни и что я и в самом деле его избегала. Лучшая защита – нападение. И я нападаю.

— Ты вроде не должен был приходить? – срывается неосознанно.

— Ты против? – прилетает встречный вопрос.

Юра буравит меня взглядом, как бы спрашивая, что вообще происходит.

— Нет. – И для убедительности добавляю: – Конечно, нет. Ты в курсе, что мы будем обсуждать любовный роман? Мой любовный роман.

— Да, и скажу тебе больше, я даже его прочитал.

— Прочитал? – Скрыть удивление не получается. Всё же Юра не совсем моя целевая аудитория. – И как тебе?

— Забегаешь вперёд, Поль, – стопорит меня бабушка. – Обсудим все вместе.

С появлением Юры и Марты в гостиной становится слишком шумно. Все смотрят на новеньких с интересом, на Юру особенно.

— Это твой молодой человек, Полиночка? – задаёт вопрос Вероника Николаевна, отчего мне сразу хочется провалиться под землю.

— Здравствуйте, Юра, – представляется парень.

— Марта, – вторит ему сестра.

— Юра помогает Поле писать её новую книгу, – тут же приходит на помощь бабушка.

— Ой, как интересно! Юрочка, расскажите подробнее!

Дальше разговор идёт о книгах, о нашем с Гордеем пари, Вероника Николаевна под руку уводит Юру в гостиную, и я облегчённо выдыхаю. Пока все усаживаются на диван, ставлю подсолнухи в вазу, так, чтобы те скрывали часть моего лица и я не видела Юру. Правда, через несколько минут Людмила заботливо переставляет их на подоконник, и их место занимает пирог. Что ж, попытаться всё равно стоило.