Страница 67 из 157
Я кивнула, не в силах скрыть облегчение. Все еще не верилось, что этот кошмар подходит к концу. Лучше голодной в пустыне, чем сытой в пасти врага.
– Сейчас я выведу тебя через тайный лаз в саду. О нем никто, кроме нас с братом, не знает. Только учти: с твоим прибытием тут все изменилось. Стражники делают обходы, по ночам начали запирать ворота и двери – раньше такого не было.
Я понимающе пожала плечами. Еще бы. Даже Меритмут смотрела на меня слишком внимательно, словно ждала, когда я совершу ошибку. Хотя выглядела довольно добродушной женщиной. Наверняка за мной следили. Просто я была недостаточно внимательна, чтобы это заметить.
– Как только выйдешь за дверь – молчи, – строго сказал Хафра. – До того момента, пока не окажешься по ту сторону стены. Двигайся строго на Запад. По дороге будут попадаться колодцы – их вырыли еще по приказу Сенусерта III, когда готовились к войне. Перестала встречать колодцы – значит, сбилась с пути.
Я сжала кулаки. Все слишком быстро, слишком просто. Разве может быть так легко?
– Почему ты решил помочь мне? – не выдержав, задала я вопрос, который волновал меня целый день.
Хафра отвел взгляд. Его темные глаза на миг потеряли обычную хмурость, и в них мелькнуло что-то похожее на сомнение. Слишком долго он молчал, будто и сам не до конца понимал, что делает. Льняные одежды зашуршали, когда он дрогнул, а на скулах заходили желваки.
– Хочешь, чтобы я передумал? – Его голос был ровным, но в нем слышалась скрытая усталость.
Я торопливо замотала головой.
– Тогда на выход, живая мертвая. Да пребудет с нами Амон.
Как только мы вышли за дверь, в лицо ударил холодный ветер, будто пытаясь нас остановить. Хафра огляделся по сторонам, а затем, не оборачиваясь, быстрым шагом направился к саду. Справа теснились гостевые домики, и я, тоже убедившись, что между ними никто не слоняется на ночь глядя, бесшумно перебежала улочку, скрываясь за учебными и музыкальными Домами.
Юноша двигался так быстро и плавно, что со стороны напоминал ночного хищника, крадущегося в поисках добычи. Времени удивляться не было, но я отметила у себя в голове – это не первый раз, когда он ускользает от кого-то. Порой он резко поднимал руку, останавливая меня, осматривался, а затем продолжал путь. Я постаралась отбросить сомнения и просто доверилась ему – сейчас он был мне не врагом, а союзником.
Я так увлеклась бегством, что, не рассчитав шаг, врезалась в него, когда он резко остановился. Хафра молниеносно развернулся, глядя на меня таким строгим, пронзительным взглядом, что я невольно затаила дыхание. В его глазах вспыхнула тревога. И уже в следующую секунду я поняла почему – с площади за углом доносились голоса.
Он приложил палец к губам, а мои глаза расширились.
– Да воссияет твое лицо, сестра, – раздался глубокий женский голос, обволакивая ночь опасным спокойствием. – Как добралась?
Хафра нахмурился. Он тоже не понимал, кто это. Или понимал, но не хотел верить. Шаги. Тяжелые, размеренные. Точно не двое – трое, может, даже четверо.
– Здравствуй, Ситамон, – произнес голос, от которого у меня свело желудок. – Довольно быстро.
Я не сдержалась и схватила Хафру за рукав. Он едва заметно мотнул головой: «Один лишний звук – и мы оба умрем».
– Тия, – вырвалось у меня шепотом.
Хафра молниеносно закрыл мой рот своей широкой ладонью и прижал к себе, так крепко, что я не могла даже пошевелиться. Сердце гулко билось в груди, мешая подслушивать разговор двух самых высокопоставленных женщин Масерии.
– Оставьте нас ненадолго, – раздался спокойный, но властный голос царицы.
Тишина в ответ. Никто не сдвинулся с места.
– Можете перекусить в трапезной, – добавила Супруга бога доброжелательно. – Мы всегда рады гостям.
Послышались довольные, но сдержанные благодарности. Мужские голоса. Двое. Стражники? Их шаги медленно удалились, растворяясь в ночи.
– Гостеприимна как никогда, сестра, – фыркнула Тия, когда двери в трапезную скрипнули во второй раз.
– Так о чем ты хотела поговорить? – Ситамон проигнорировала язвительность царской жены. – Пойдем в храм, там нас точно никто не потревожит. Лишь Амон и я будем свидетелями твоим словам.
Шаги раздались гулким эхом среди каменных стен святилища. В этот момент хватка Хафры ослабла, и я воспользовалась моментом, чтобы вырваться. Он метнул взгляд на сад, затем пальцем указал на вход, ясно давая понять: «Отступаем».
Я колебалась, просчитывая шансы быть пойманной. Каждый вариант, который вспыхивал в голове, заканчивался тем, что меня ловят. Но отступать было поздно. Я решительно мотнула головой, пригнулась и юркнула к исполинским статуям богов, охраняющих вход в храм. Каменные гиганты возвышались над площадью, их лица выглядели заинтересованнее обычного, будто они действительно наблюдали за всем, что тут происходило.
Хафра метнулся было за мной, чтобы удержать от ошибки, но не успел. Я чувствовала его гневный взгляд спиной – он уже точно жалел о сегодняшнем решении помочь мне выбраться.
Прислонившись к каменной ноге Амона, я затаила дыхание. В глазах потемнело от страха. Я находилась в самом центре главной площади Института, и, если кто-то сейчас выйдет из своего домика или стражники решат подышать ночным воздухом, меня сразу заметят. Все мое нутро кричало, что надо вернуться к кормильцу, но жгучее любопытство оказалось сильнее.
– Мой муж возвращается домой, – донесся голос Тии. Женщины ушли вглубь храма, но в прохладном ночном воздухе я слышала их довольно отчетливо. – С гостинцем для Менхеперра.
На последние слова царица сделала особый акцент. Ситамон усмехнулась:
– Что ж, он будет доволен. Но ты явно не для этого приплыла сюда.
Повисла пауза.
– Латтания пала… так же, как и Освейские острова, – наконец глухо начала царица Тия.
Я сжала кулаки так сильно, что ногти оставили на ладонях полумесяцы.
– Небтауи передал приказ, – продолжила она. – Если дочери их правителей будут нарушать покой остальных почитательниц или, не дай боги, решат бежать или мстить…
Она замялась, будто не находя нужных слов. Ситамон ждала молча, а мое сердце гулко билось в груди, словно пытаясь предупредить об опасности.
Внезапно я ощутила движение рядом с собой. Не успев испугаться, я поняла, что это Хафра. Он все же подкрался ко мне и тоже начал внимательно слушать.
– Должно последовать наказание, в зависимости от тяжести содеянного, – наконец выдохнула Тия. – Отрезать нос, например. В худшем случае казнь.