Страница 11 из 42
Глава 9
Что это сейчас было?
Стою у окна, обняв себя руками, смотрю на капли дождя, стекающие по стеклу.
Лето в этом году – совсем не лето.
По крайней мере пока.
Черт.. Может, правда попросить у Сан Саныча за свой счет?
Мне совсем не улыбается сейчас общаться с этим генералом Мироновым.
Нет, он реально ко мне подкатывал?
Язвой назвал. Два раза, даже четыре.
Кобель.
Да, я язва. По своей ли вине?
Просто, товарищ генерал, очень много вокруг было желающих меня спровоцировать, зацепить, указать мне мое место.
А я свое место и сама знаю.
И генералов таких, кобелирующих, повидала немало.
Точно, за свой счет надо.
Еще и танцы эти..
Юбилейный вечер санатория “Дубрава”.
На самом деле вечера и дискотеки у нас тут часто проходят. Ну, потому что развлекать контингент надо, всё-таки у нас не больница или госпиталь, у нас санаторий. И у нас лечатся и отдыхают.
Поэтому и танцы, и вечера, и концерты, и спектакли. И кинопоказы.
Всё это есть.
Я, правда, участия не принимаю. А девчонки ходят. И даже замуж потом выходят за пациентов, клиентов санатория.
Мне ходить – смысла нет.
Я замуж не собираюсь.
И развлекаться не очень-то люблю.
Но на юбилейный – придется идти, и даже в капустнике поучаствовать.
Иначе Сан Саныч не простит.
Но вечер через неделю. Время есть..
Или..
Да что со мной? Чего я так напрягаюсь из-за этого Миронова? Подумаешь – начальство! Генерал! Что я, генералов не видала?
У меня, между прочим, и знакомых навалом, и даже кум мой – генерал, Булатов, муж моей подруги, Ангелины из Свободного. Служила я там еще до поездки на Ближний Восток.
Так что, если что, защитить меня есть кому.
Защитить.. От чего?
Я же почувствовала, что Миронов на меня уже совсем по-другому посмотрел?
Почувствовала. Внутри всё сжалось, задрожало.
Непонятно почему.
Прохожу за небольшую ширмочку, у меня тут раковина, умывальник, а над ним зеркало.
Смотрю на себя.
Красивая ведь я. Даже очень.
Всегда была красивая, потом забила на себя, а сейчас..
Для своих лет выгляжу отлично, не скажешь, что мне сорокет.
Кожа гладкая, упругая, тон хороший. Губы свои пухлые, черты лица аккуратные. Ресницы длинные, брови, без всякого татуажа, свои темные.
И фигура ничего. Немного худовата, может. Раньше была более женственной, бедра круглее, грудь.. Хотя грудь и так хороша. Стоит – и ладно.
Зачем я себя разглядываю? Для чего это всё? Для кого?
Да, для себя.
Просто для себя.
Я красива. Я хороша.
Я самодостаточна.
И никто мне не нужен.
Тем более такой, как.. Неужели я даже мысль допустила, что этот Халк может..
Нет.
Никаких мыслей.
Да, он пил мой чай, ел мои конфеты, меня ел глазами.
Потом извинился.
— Я был не прав. И тогда, утром, в парке.. И.. Сейчас в палате тоже. Не прав. Признаю. Если позволите, хотел бы извиниться не просто лично, но.. в присутствии вашего начальства и.. подруг, подчиненных.
— Зачем?
— Потому что это правильно, Лидия Романовна. Я на вас наехал, и..
— Наехали вы, как вы выражаетесь, на меня в присутствии бывшего мужа. Извиняться в его же присутствии – не вижу смысла. Я ваши извинения услышала и приняла.
— Значит – мир, товарищ майор?
— Нейтралитет, товарищ генерал.
— Друзьями, значит, не станем?
— Друзьями?
Я не поняла его. Точнее, просто не понимала, что он хочет.
— Вы красивая женщина, Лидия Романовна, обычно я стараюсь с красивыми женщинами дружить.
— Это так называется, да?
Он засмеялся моим словам, потом прищурился.
— Умеете вы.. раскатать противника.
— Умею, товарищ генерал. Вы уж извините, но дружбы у нас всё равно не получится. Да оно вам и не надо.
— Может, это мне решать, надо или нет? – А вот в этот момент его голос, кажется, на пару тонов ниже стал.
— Для себя решайте, что хотите. Я для себя тоже решила. Еще чаю?
— Нет, спасибо, вкусно, но больше не хочу.
— Прекрасно.
— Вы меня так выставляете?
— Выставляю, да. Извините, работать надо, еще к главному зайти с отчетами.
— Только не увольняйтесь, пожалуйста.
— О, такого удовольствия я вам не доставлю, товарищ генерал.
— Я надеюсь.
— Прекрасно. Вас проводить до палаты?
— Спасибо, пока еще в состоянии идти сам.
Он встал, чуть покачнулся.
— У вас травма ноги? Коленный сустав?
— Есть такое дело.
— У нас очень хорошие специалисты, и физиотерапия прекрасная, я поговорю с Анной Михайловной о ваших назначениях.
— Спасибо, можете не волноваться, мы уже поговорили и.. осматривать меня тоже не надо.
— Это почему?
— Считайте, что это моя генеральская слабость. Не хочу быть беспомощным перед красивой женщиной.
— Я не женщина, я врач.
— Майор медицинской службы, я помню. И.. про Алеппо я тоже помню. И..
Он хотел еще что-то сказать, но посмотрел на меня пристально, прищурился.
— Не важно. Разрешите мне пригласить вас на танец, в субботу, на празднике.
— Извините, я не танцую.
— Сделайте исключение для меня, Лидия Романовна. Я вас прошу.
Я плечами пожала.
На этом и расстались.
И что это вообще было?
Генеральские капризы?
Ни в какой отпуск меня Сан Саныч, конечно, не отпустил. Да и какой отпуск? Приехала большая группа ребят молодых на реабилитацию. Многие на подготовку к протезированию. Работы у всего санатория прибавилось.
И забот.
Генерал Миронов оказался человеком дела. Сан Саныч только руками потирал. Новое оборудование. Строительство нового корпуса в ближайшей перспективе плюс реконструкция бассейна в основном корпусе. И еще много-много всего.
Я получила-таки должность заместителя главного врача, работы тоже прибавилось.
Бывший пару раз звонил сыну, требовал встречи, потом, неожиданно, пропал.
А Миронов..
Халк..
Был вежлив. Никаких попыток флирта ни со мной, ни с кем из персонала.
Альбина прибегала в мое отделение как в свое, я даже в шутку предложила ей поменяться.
— Ой, какая ты, Лидуш, душная! Я просто.. интересуюсь здоровьем пациентов. Ну и.. переопыление важно.
— Пере.. что?
— Ну, твои пациенты нуждаются в кардиологической помощи тоже. Можешь, кстати, ко мне заглянуть. Там у меня полковник Померанцев, ты его, может, знаешь, он тоже был там.. Еще генерал Свистунов..
— Померанцев?
Это был тот самый гад, который меня зажимал, требовал ласки, урод моральный.. Вот уж кого точно не хочу видеть!
— Альбин, твоим сердечникам вряд ли нужна травма. И у меня масса работы.
— Ну, конечно, ты же теперь начальство. Платье-то на вечер выбрала?
Ничего я не выбрала.