Страница 33 из 102
— Подмешали? — неуверенно спросил Ник. — Но Малышев же не завтракал.
— Вот именно, — в третий раз скучно произнёс Лют. — У него в желудке только всякая ерунда. Печёная картошка, пирог с курицей, сладкое что-то. В общем, жрал по ночам.
— Заставили? — предположил Ник.
— Хорошая версия, — кивнул Лют. — Только следов борьбы-то нет. И потом — кто? Та девица-горничная? На что ей убивать своего хозяина? Завещание он не переменял. Она с этого ничего не выиграла. Только хуже стало, ведь ей теперь новое место искать придётся. Потому что сестра этого Малышева её выкинет, как пить дать.
— А если ей заплатили? Или запугали?
Лют задумался, снова покрутил свою птичку. Потом медленно произнёс:
— Знаешь, надо проверить. Поехали. Если её ещё не выгнали, то успеем.
И они успели. Как раз к тому моменту, когда горничная Элли собирала свои пожитки и отправлялась на поиски нового места.
Стоило Люту и Нику войти в людскую, поздороваться и попросить разрешения осмотреть её комнату, как она швырнула узел на кровать и гаркнула:
— Давайте, ищите! Ещё обвините меня во всех грехах! Да я Филимошу любила побольше, чем некоторые! — Тут она зыркнула на сестру почившего купца, стоявшую в дверях.
Та вспыхнула и тоже сорвалась на крик:
— Да как ты смеешь! Девка дворовая! Да тебя, гулящую, в приличный дом теперь никто не примет, будешь мыть полы в кабаках!
— Дамы, спокойно, — развёл руки Лют и даже изобразил подобие дружелюбия. — Мы во всём разберёмся. Давайте не ссориться.
Дамы разошлись по разным углам комнаты, как борцы на арене.
— Элли, вы давно здесь служите? — будто бы между прочим спросил Лют, осматривая окно, пока Ник открывал шкаф, попутно принюхиваясь к слабому аромату недорогих духов с жасмином.
— Пять лет, — ответила горничная, глядя в сторону и сцепив руки.
— Кто ваши родители? — Лют заглянул под кровать.
— Отец давно умер, а мать живёт в Кунавино. Я закончила Ольгинскую школу для девочек. Мне повезло сюда наняться.
— А то бы прачкой гнулась, — прошипела Авдотья.
Элли снова на неё зыркнула так, будто готова была вцепиться в горло. Лют и Ник встретились у кровати, на которой лежал не завязанный до конца узел с вещами. Пара платья, бельё, дамские штучки, красивая тёмная шаль, набор для вышивания, леденцы в плоской баночке.
Лют поднял и развернул шаль — чёрная кружевная, переплетённая серебряными нитями. Авдотья фыркнула и отвернулась. Ясно, подарок купца Малышева любовнице.
— Вы постоянно проживали в доме? — наконец спросил Лют, аккуратно складывая шаль.
— Да, — кивнула Элли. — Иногда навещала мать, но не часто.
— Когда в последний раз вы у неё были? — спросил Лют, натягивая перчатки.
— Не помню, — сдвинула брови Элли. — Кажется, на Масленицу.
— А сейчас куда отправитесь? — светски спросил Лют, давая понять, что визит окончен.
— К ней и поеду, — опустила взгляд Элли. — Рекомендаций тут не будет, так что придётся дальше самой пробиваться.
— Мы вас подвезём, — улыбнулся Лют. — Мы теперь тоже направляемся в Кунавино, так что нам по пути. Собирайте вещи, ждём вас во дворе. Ник, помоги барышне.
Элли быстро завязала свой узел, и его подхватил Ник. По пути из дома Лют продолжал расспрашивать Авдотью:
— В последнее время к вам нанимались новые люди?
— Нет, уже год как, — покачала головой Авдотья.
— Может, кто-то делал неожиданные визиты? Незнакомые вам купцы? Или ваш брат с кем-то тайно беседовал? — продолжал выспрашивать Лют.
— Нет, не припомню, — снова ответила Авдотья.
Лют остановился и спросил, звучал уже жёстче:
— Кто бы в доме в ночь гибели вашего брата?
— Я, Элли, кухарка, дворник, управляющий, — стала загибать пальцы Авдотья.
— Собрать всех в шеренгу, — внезапно скомандовал Лют.
Ник сразу понял, что предстояло — тест на сок рогатки золотистой на руках. Если долго на коже его не держать, то вреда не будет, а вот следы останутся на неделю или даже больше. Увы, чемеричная вода ничего ни у кого не показала. Все ладони прислуги купца Малышева оказались чистыми. Умел купец выбирать людей.
Только это его не спасло. Кто-то же помог ему отправиться на тот свет. Лют отпустил бывших слуг Малышева и открыл карету для Ника и Элли.
— Я знаю, кто его убил, — заявила Элли, стоило всем разместиться в карете.