Страница 81 из 124
Глава 26
Глава 26 Где герои сталкиваются с нечеловеческим коварством врага
Швейцар проводил их взглядом, утупившись в покачивающиеся округлости.
Некоторые неочевидные нюансы работы швейцаром
Танерийцев Даглас нашёл.
И удивился. То есть вчера вот ещё они прятались, а сегодня, значит, идут по лесу, направляясь к усадьбе, и тащат какой-то тюк.
— Дагги? — Персиваль материализовался в трёх шагах. — Что там?
Танерийцы явно чем-то пользовались, потому что запах их размывался, оставляя в воздухе едва заметные дорожки.
— Танерийцы, — тихо произнёс Даглас и вытянул лапу. — Что-то тащат…
Добравшись до опушки, танерийцы уронили тюк, один распрямился, огляделся и махнул рукой в сторону леса. Стало быть, возвращаются.
— Что за…
— Я за ними пройду, — решение Даглас принял быстро. — А ты посмотри, что они там приволокли.
И зачем?
Возражать Персиваль не стал, только бросил:
— Осторожней. Танерийцы хорошие следопыты…
Но не настолько, чтобы выследить барса. Даглас скользил в тенях, не выпуская чужаков из виду, но и не приближаясь настолько, чтобы быть замеченным. Он не столько видел их, сколько чуял.
А и вправду опытные.
Тот, что идёт впереди, явно моложе. И одарённый, пусть даже сила его заперта внутри, но кое-что ветер доносит. И такое, довольно знакомое, хотя уловить суть не получается.
Странное.
Второй старше. Двигается мягко, перетекая из тени в тень. И это не дар — опыт.
Даглас довёл их до полянки в самой глубине леса. Сунулся было ближе, но шерсть на загривке дыбом поднялась. И он отступил, чтобы, прищурившись, разглядеть мелкие искорки силы в иглице и листве. Стало быть, сторожки поставили?
Или сигнальную сеть?
А вот третьего Даглас услышал издалека. И не только он. Вот поднялся, повернулся старший, нахмурился недовольно. Сказал… чтоб, а язык Даглас не понимает.
Плохо.
Очень плохо. Но по интонации ясно, что старший третьим недоволен.
Он вышел из чащи. Тот самый маг, надо полагать, который и оставил след. Этот силу скрывал, но небрежно. Старшему ответил тихо, поклонился, но как-то… будто вынужденно? И смотрит искоса, хмуро. Вот снова обмен фразами. И третий разворачивается, машет рукой, указывая куда-то в лес. Старший задаёт вопрос. И ответ довольно пространный, но не понятно, чего хочет этот третий. И что они собираются делать? Уйдут? Останутся? Если уйдут, то Дагласу надо за ними?
Но вот старший принял решение. Пара коротких команд. И самый молодой поспешно вскакивает.
Уходят!
Благо, ушли танерийцы недалеко. Похоже, прав был Персиваль, когда говорил, что их что-то да держало в здешних краях. Остановились они близ огромной ямины, что образовалась под корнями сосны. Вывернутая ветром, та легла на бок, но не упала, застряв в ветвях других деревьев. Да так и осталась. И только корни её, с кусками земли, с одеялом мха поверху, торчали над лазом этакой зеленой ладонью.
Хорошее место.
Маг встал на четвереньки и… да, не только с металлом ладит, он и с землёй управляется неплохо. Яму углубил, расширил. Выполз, махнув рукой, мол, отличное место для отдыха.
Командир снова осмотрелся.
Поёжился…
И взгляд его рассеянный на долю мгновенья остановился на старом дубе, в ветвях которого Даглас и притаился. Чует? Если опытный, что взгляд чует… чтоб.
Заметит?
Плохо. Танерийцы могут и дальше уйти. Останавливать? Об этом Персиваль ни слова не сказал. Провожать…
Даглас потянулся и зарычал, громко так, предупреждающе. Рык его вырвался из глотки, заставив танерийцев подскочить. И воздушная плеть ударила по кустам.
Вот теперь можно спрыгнуть, шумно, так, чтобы люди заметили. Пусть решат, что ненароком спугнули зверя.
Нырнув в кусты, Даглас выбрался с другой стороны поляны. Отлично. Танерийцы обустраивались. Командир бродил, раскидывая искры сторожевых заклятий. Тот, первый, сидел на корточках над ямой, в которой разгорался огонёк. А третий в кустах шарил.
Зверя искал?
Даглас хмыкнул и, встав на задние лапы, поднял передние так высоко, как мог. Когти вошли в древесину. И это оказалось неожиданно приятно. Он медленно потянул лапу вниз, наслаждаясь тем, как расползается кора.
И повторил.
И снова…
И очнулся, уже когда от коры остались жалкие лохмотья. Да чтоб всех танерийцев! Увлёкся. Он крутанулся, фыркнул, убедившись, что танерийцы никуда не делись и теперь втроем склонились над костром. Переговариваются? Ухо улавливало речь, но вот понять смысл не получалось.
Ну и ладно.
Даглас рысью бросился по следу. Всё-таки Персиваль, наверное, беспокоится.
Персиваль сидел на пенёчке, подперев подбородок ладонью. Поза его выражала задумчивость и даже мечтательность. А у ног Персиваля вытянулась…
— Это что? — от удивления Даглас сел.
И как-то неудачно сел. Жесткая шишка пробила мех и впилась в кожу. Хвост раздражённо хлопнул и попал прямо по лежащей перед Персивалем свинье.
— Свинья, — сказал Персиваль.
— А почему она такая?
То есть танерийцы подкинули к усадьбе свинью? Даглас, конечно, слышал об их коварстве, но всё же в его воображении оно проявлялось несколько иначе.
Но свинья имелась.
Лежала вот. Такая… свинская, пожалуй. Тощеватая, конечно. С чересчур длинным телом, вытянутой же мордой, в которой угадывались собачьи черты, но круглый пятак всё же не оставлял сомнений в видовой принадлежности животного. Впрочем, смущал даже не вид, скорее облик.
— Не знаю. Я вот думал, что мне привиделось. От стресса. Если бы ты знал, насколько нервная у нас работа… в целом, если так, то свиньи — это не самое страшное, что может привидеться, хотя, конечно, лучше бы без них.
Без них точно не получится, поскольку одна конкретная свинья уже имелась.
— Потом, правда, вспомнил кое-что… помнишь, я рассказывал про увлечение герцога. Боевые кабаны для армии?
— Помню, — Даглас кивнул, с трудом удержавшись, чтобы не лизнуть шерсть на плече. Как-то она не так блестела.
Нет, он не будет вылизываться! Не будет, и всё тут.
— На боевого не похож, — сдержанно заметил Даглас.
— Да… боевые должны были по задумке достигать веса в полтонны, иметь непробиваемую шкуру и клыки. Но… вдруг он не только боевыми занимался?
— А ты не знаешь?
— Кто я такой, чтобы знать? — философски откликнулся Персиваль. — Я лишь обычный сотрудник Тайной службы. И знаю лишь то, что положено. А что не положено… то не положено.