Страница 66 из 139
Бабушка дернулась, и я шарахнулась назад, испуганно вжав голову в плечи, и, кажется, при этом даже перестала дышать. А старушка повертела головой по сторонам и вернулась к прежнему занятию. У меня чуть отлегло на душе, я вошла на кухню и робко опустилась на табурет напротив призрака.
— Ау, — уже более смело сказала я. — Ку-ку.
— Ох, ты боже мой! — вскрикнула старушка и уставилась наконец на меня во все глаза. Ее заплаканное морщинистое лицо со впалыми щеками исказилось страхом. — Чур меня!
— Вы меня видите?
Я вдруг почувствовала, как отступает страх, и на душе становится спокойно: со стороны старушки не исходило угрозы или зла.
— Вижу, миленькая, — всхлипнула бабушка. Голосок ее был тоненький, дрожащий, и она слегка шепелявила. — Как же так? Вы что, тоже меня видите?
То, что мертвая обращается ко мне на вы, буквально выбило почву из-под ног. Это никак не вязалось с моими представлениями, пусть и очень скудными, о явлениях умерших. Это вежливое обращение призрака почему-то тронуло меня до глубины души.
— Да, вижу, — ответила я, постаравшись вложить в голос побольше мягкости. У старушки задрожала нижняя губа.
— Как же так, как же так? Меня ж обычно никто не видит…
— Ну, я вроде как… кхм… медиум, — пробормотала я.
— Медиум? Это что ж значит? Это не тот, что с покойниками говорить умеет? — зачастила старушонка. — А я думала, это все сказки.
— А я думала, что призраки — это сказки, — усмехнулась я.
— Призраки… — Бабушка задумалась и вдруг удивленно спросила: — А что ж я, призрак?
— Да, — еще более удивленно ответила я. — А вы не знали?!
Старушка горько вздохнула.
— Я, милая, решила, что с ума сошла… Думала, мне все кажется. Думала, может, лежу где-то при смерти, а это все мерещится, как наваждение, и не помру никак…
Она пожевала губами и с минуту сидела молча. Какое-то время тишину нарушало лишь ее прерывистое от долгого плача дыхание.
— Ведь ничего делать не могу: ни вязать, ни готовить — за что не возьмусь, ничего в руки не дается. Думала, что снится мне моя квартира, и тут все разные люди, много людей, новые и новые. Ох, запустили ее, а ведь такая чистенькая была квартирка, уютная… Эх, умерла все-таки, значит. Как ни болела, а померла…
Недавний панический ужас перед этой несчастной старенькой женщиной казался мне сейчас чем-то далеким и фантастическим. Сейчас я не испытывала ничего, кроме жалости.
— Вы давно здесь? — Я решила перейти к делу.
— Да бог его знает. Думаю, что да. Очень много людей сменилось. Все незнакомые. А внученьки моей так и не видела.
После этих слов она снова заплакала. А я подумала, что возможно, копать нужно будет в этом направлении. Раз есть внучка, надо ее отыскать. Может, она не смогла попрощаться? Вдруг потому и застряла? Или они поругались, и кто-то должен был попросить прощения, а не попросил?.. Эти теории были слишком туманны, но я пока слабо представляла, как и с чего мне начать.
— Если честно, это мой первый опыт общения с… потусторонним миром, — замявшись, призналась я. — Я только знаю, что вы тут застряли, чего быть не должно. И я хочу вам помочь. По крайней мере, попытаюсь.
Выражение лица старушки сложилось в смесь трагичности и признательности.
— Мне только нужно понять, почему вы тут до сих пор. Вы помните, как… как…
Я снова запнулась, потому что язык не поворачивался спросить, мол, помните ли вы, как стали покойницей. Старушка мне помогла.
— Как умерла-то? Помню, миленькая, очень хорошо помню, — с очередным тяжким вздохом сказала она и беззвучно постучала желтоватыми ногтями по клеенке. Мне показалось, что кончики ее пальцев при касании утопали в поверхности стола. — Только эти воспоминания у меня и остались. Очень уж невеселые воспоминания, вот и плачу. Поверила я одной женщине, думала, добрая она, помочь хочет, а она… мерзавка… уморила меня она, бесстыжая. Насмерть уморила.
Она снова принялась всхлипывать — так горько и жалостно, что у меня защемило сердце. А в мыслях творился полный сумбур. Я думала о том, что вот я, Ульяна, сейчас разговариваю с человеком, который умер бог знает сколько лет назад. Вижу его перед собой, как живого. Что произошло? Как странно повернулась жизнь! И ведь когда я искала квартиру, меня в нее тянуло. Принято считать, что люди с чувствительностью к паранормальному, находясь в «дурных» квартирах, испытывают довольно неприятные ощущения. А меня в эту буквально тянуло! Я ее еще с улицы приметила, все бродила вокруг да около. И все мне в ней казалось уютным.
А потом старушка, наплакавшись, рассказала мне свою историю.