Страница 8 из 33
Глава 7
***
Пока летел в самолёте, не мог заставить себя усидеть на месте. Почувствовал снова мальчишеский максимализм. Странно это, когда тебе почти сорок, но с другой стороны…
Когда мне написала секретарь и сообщила, что билеты есть на ближайший рейс, и она уже заказала, быстро собрался и в аэропорту был через час. Я увидел Киру сидящей в зоне ожидания вместе с её подругой, но не подошёл. Удрала бы!
Почему-то чёткое понимание того, что с этой женщиной легко не будет, не раздражает меня, а, наоборот, подстёгивает к дальнейшим действиям!
Но когда мы вышли из самолёта, и она превратилась в натянутую струну, что-то сработало во мне. На подсознании! Я понял только то, что она знает водителя, которого заказала секретарь из каршеринга. Меня порадовало, что даже в этом захудалом городишке есть такая служба, но я слишком рано обрадовался!
Зачем мне вообще нужна эта заноза? Что в ней так тянет? Я ведь не настолько терпелив, чтобы сносить бабские истерики и закидоны. Но с Кирой всё работает в обратном порядке. Меня заводит её наглое, даже дерзкое сопротивление!
И да, я беспринципный до мозга костей, когда дело касается того, кто мне интересен. Я пробивал информацию по своим каналом на Зотову и её семью. Много чего интересного узнал, а в особенности, что сор из избы они выносят редко. За исключением невестки!
Но сейчас, смотря на брата Киры и на шикарную Маргариту Павловну, понимаю, что не зря всё хранится в доме. Честное слово, я был уверен, что такие экземпляры зажравшихся мажоров-переростков, которые даже в зрелом возрасте не могут осознать, что пора работать, а не быть пиявкой, меня бесят!
Мозг всё тщательно складывает по полочкам и ставит пометку «важное». Отличную способность не забывать, что мне нужно выяснить в первую очередь, было сложно выработать в себе, но это того стоило!
Итак, у моей ведьмы есть бывший, что вполне логично. Брат, который её бесит, впрочем, как и она его. Бабуля, с виду одуванчик, но рот как у акулы.
Остановись, Добрынин! Что означает «моей ведьмы»? Она не моя. Это только развлечение. Скучно мне стало, вот и хочу новых ощущений. Так ведь?
— А это что за?.. — спрашивает брат Киры и подходит к столу, окидывая меня взглядом, и резко останавливает себя, натыкаясь уже на мой взгляд.
— Смотрю, у тебя весёлая семья, милая, — говорю Кире, но продолжаю смотреть на Петьку, как я понял.
— Закачаешься, — отвечает в тон мне Кира и наконец-то садится на высокий барный стул у кухонного островка. — Бабуль, так что произошло с отцом?
— Сердце, Кирюш, — ответила Маргарита Павловна.
А я заметил, как Петька попытался открыть было рот, но сразу же захлопнул его, когда эта приятная женщина посмотрела строго на своего внука.
— Он ведь работает сейчас без отдыха. Кризис, санкции, расширение. Хочет всё успеть, да только кому это нужно, если вот такие вот, — и она зло кивнула на старшего внука, — придут и всё развалят!
— Это я развалю?! — визгливо заорал Петька, а меня передёрнуло. — Да я всю жизнь посвятил этому делу!
— Просиживая свои штаны в кабинете заместителя, — фыркнула Маргарита Павловна. — Только вот заменителем чего ты являешься, так и не выучил до сих пор, неуч!
— Бабуль, давай не при посторонних, — неожиданно по-деловому попросила Кира, а я скрипнул челюстью.
— Не слушайте Кирюшу, Маргарита Павловна. Она немного нервная сегодня, — ответил я и подошёл к этой занозе со спины.
— Хоть кто-то смог тебя заткнуть, — совершенно не опасаясь за свою жизнь, влез Петька.
Вот почему взрослого мужика и довольно солидного с виду я не могу назвать Петром? Бесит он меня.
— Петь, а я смотрю, тебя плохо учили общаться с дамами, — развернулся к этому идиоту.
— Добрынин, не влезай, — зашипела Кира, — я и сама могу разобраться.
— Кто Добрынин? Этот?! — и снова этот противный визг изо рта Петьки. — Так это ты всё подстроила? Дрянь!
— Пётр, закрой рот! — удар по столешнице и злой взгляд Маргариты Павловны заставил замолчать всех, а я немного скривился, как от зубной боли.
Вот есть же гниды, которые портят весь сюрприз. Кто же знал, что и здесь всё испортят!
— Мне закрыть? А ты знаешь, бабуля, — ответил в тон Маргарите Павловне Петька, — что этот Добрынин предложил выкупить у нас долю в бизнесе. А теперь заявился сюда! В роли кого, интересно?
— Будущего мужа, — ответил я уверенно, а вот Кира обернулась ко мне.
И если бы у неё была способностью испепелять взглядом, меня бы уже по ветру развеяло!
— Пётр, на сегодня с меня хватит твоего присутствия. Иди домой, к своей жене! — строго произносит Маргарита Павловна, а вот Кира продолжает пилить меня своим взглядом.
— Мне уходить? Мне?!
— Могу показать выход, — спокойно бросил этому уроду. Ненавижу мужиков-истеричек.
Но самое паршивое, что таких сейчас слишком много. Даже у меня в офисе иногда появляются такие, но быстро исчезают. Эмоции и их фонтанирование — это прерогатива женщин. Мы же берём, что нам нравится, и не истерим. Мужик — это тот, кто создаёт этот мир. А женщина…
— Слушай, Добрынин, ты слишком много о себе возомнил, — тихо начала говорить Кира, вот только её глаза полыхали огнём.
Сейчас бы её злость, да в нужное русло, но я подожду. Что-то мне стало слишком интересно узнать, что за тараканы скрываются внутри этой изящной фигурки!
— Бабуль, прости, но твоя внучка не самых строгих правил, и подцепила этот экземпляр в ресторане, — добавила Кира чуть громче, но, на удивление, я услышал только довольный хмык вместо осуждения. — И я его всё же выпровожу.
— Да пусть остаётся, Кирюш, — великодушно сказала Маргарита Павловна, подойдя к столу и поставив чайник с сахарницей. — Ну что тебе, жалко, что ли? Да и будет, чем отбиваться от назойливого внимания твоей маман. Или ты думаешь, она не составит сразу полный список тех, кто тебе подходит? Лучше уж тот, кого уже попробовала, чем шкафы с маленькими ключиками, — последнее она добавила, уже усаживаясь и сама за кухонный островок, и подмигнула мне.
— Я, вообще-то, здесь, — хохотнул в ответ.
— Так мы ничего и не скрываем, — довольно заключила Маргарита Павловна. — Я слишком долго живу на этом свете, чтобы следить за словами, мой мальчик.
Кира молчит, только её взгляд стреляет в меня молниями. А мне, как никогда, хочется схватить её и утащить в комнату. Я даже знаю, в какой первой позе буду драть её!
Но сначала чай, а потом всё остальное!
— Маргарита Павловна! — женский крик раздаётся ещё с крыльца. — Как вы посмели выгнать Петеньку!