Страница 27 из 33
Глава 20
***
Я летела назад в столицу. Самолёт мчал по небу со скоростью восемьсот километров в час, а я будто до сих пор стою в избе посреди леса и смотрю на мужчину, который похож на машину для убийства.
Даже когда появился брат Добрынина, я всё равно смотрела на Илью. Всего минута — и все лежали на полу. А ещё…
И снова дрожь и противная тошнота поднимаются по горлу. Я знаю, кто это был! И я прекрасно знаю, как мой братец умеет встревать в сомнительные компании. Вот только всегда позором была я, а на косяки Петьки смотрели сквозь пальцы!
Мы приехали домой на следующий день после того, как всю компашку, что пришла сделать нам сюрприз, увезли в СИЗО, а Петьки нигде не было. Отца должны были выписать к понедельнику, но мама уже вопила на всех, что её сынок пропал!
Как оказалось, он был в казино. Боже, даже такое есть в этом городке! И с чистой совестью просаживал то, чего у него никогда не было. Да и не будет! Его там и нашли.
А в доме, где за столом сидело сразу два Добрынина, стало слишком тесно! Бабуля пыталась ещё держаться, когда Владимир предоставил все доказательства того, что Петька — мудак и что это он хотел по‑быстрому срубить бабла, продав бизнес отца. Он ведь был должен серьёзным людям. И то, что он продал меня этим самым браткам только подлило масла в огонь, оставив меня виноватой ещё и в том, что это из-за моего возвращения налаженная жизнь моей семьи снова полетела в Тартарары.
Но когда дело дошло до того, что у братца есть ещё одна семья, где тоже двое детей, бабуля только хмыкнула, а вот маман включила всё своё актёрское мастерство.
И снова виноватой во всём осталась я! Ведь пока меня здесь не было, они жили отлично! И Петя бы так никогда не поступил.
Я промолчала, ожидая, что, когда папа приедет домой, он разрулит всю ситуацию, но отец снова взял самоотвод.
Бабуля провожала меня сегодня в аэропорт. Только она и поняла, что я собралась уйти по‑английски. С меня хватило пребывания со всеми под одной крышей и пяти дней разбирательств. Я сказала, что еду прогуляться, а она со мной увязалась.
— Это плохо — вот так сбегать, Кира, — тяжело вздохнула бабушка, когда я уже стояла у стойки регистрации и ждала свою очередь. — От себя ведь не сбежишь.
— Бабуль, ты знаешь, я сегодня вот чётко осознала, почему не приезжала сюда столько лет, — ответила я. — Я ценю своё одиночество и личные границы. Научили это делать. Жестоким уроком, между прочим, научили. Так что дальше — без меня, пожалуй.
— Отец снова расстроится, — вздохнула бабушка, но неожиданно сгребла меня в объятия. — Но лучше поезжай. Пусть твой богатырь ещё чуток побегает. Нравится мне, как он на тебя смотрит.
Я улыбнулась бабушке, стараясь не показывать, что думаю на самом деле. А вот сейчас сижу и анализирую. Нет, я не готова ни к семье, ни к чужому человеку рядом, ни, тем более, к Добрынину.
Чтобы он там ни говорил и как бы ни обещал меня наказать за непослушание, и что ему нужна только я — ложь всё! Ложь, в которую он сам поверил. А когда этот невероятно сексуальный и просто сногсшибательный мужчина поживёт со мной и всё переосмыслит, он поймёт, какую ошибку совершил. Вот только я не готова ждать!
Прикрываю глаза и снова вспоминаю момент, как мы стояли в избе Добрыниных, и Илья спокойно рассказывал историю своей семьи. В какой‑то момент я ему поверила. Даже допустила мысль, что и правда можно жить спокойно вдвоём. Но…
Я вздрогнула от объявления, что самолёт заходит на посадку, и все мысли разбежались в панике.
— Ну и правильно, — тихо вздохнула я и пристегнула ремни.
Я возвращаюсь в свою привычную жизнь. Возвращаюсь на свою должность, где меня слышат и выполняют приказы. Где я действительно босс.
Проезжая по городу, который уже полным ходом наряжается и готовится к праздникам, я даже не сразу соображаю, что уже действительно наступила зима. Календарная! И скоро Новый год!
Ну что, Кира, подарок ты уже получила. Осталась жива, взглянула в лицо своей боли и выжила! Гордись!
Теперь осталось только пережить сдачу всех отчётов и свалить куда‑нибудь. Я заслужила себе отпуск. Но кто бы мне сказал, что все мои планы снова разрушатся на корню!