Деклан

Шон встаёт и жестом указывает на Деклана, который освобождает руку моего отца и помогает ему подняться. Пистолет исчезает где-то в пиджаке Деклана, и он занимает место позади своего босса.

— Давайте рассуждать здраво, хорошо? — Шон непринужденно откидывается на спинку кресла, а мой отец тяжело опускается на диван рядом с мамой. — Твой долг всё равно будет погашен юной Керой. Мне просто нужно понять, кто ей больше всего подходит.

Шон задумчиво потирает подбородок, а отец сидит, красный от смущения, и потирает плечо. Мама даже не пытается остановить слезы, текущие по ее лицу. Хотя моё сердце колотится, я стараюсь сохранять самообладание. Если мне придётся выйти замуж за парня на двадцать восемь лет старше меня, я выйду. У меня все равно нет выбора.

Если я откажусь, отец, вероятно, убьет меня. Если нет, то Шон. Или, вернее, он заставит Деклана сделать это.

— Не думаю, что ты сможешь позволить себе все эти маленькие синие таблетки, Лукас. — Шон смеётся, а Лукас качает головой. Он пожимает плечами и снова смотрит на меня. Он медленно облизывает губы, пока Шон продолжает: — Мне придётся придумать другой вариант.

Мама и папа смотрят на свои руки, сцепленные перед собой. Я сижу неподвижно, не свожу глаз с улыбающегося лица Шона, который ещё раз оглядывает комнату, а затем смотрит через плечо на крепкого мужчину позади него.

— Сколько тебе лет, Дек? Тридцать с небольшим?

— Тридцать два, сэр.

Деклан слегка прищуривается.

— Неплохо. У тебя есть смокинг?

— Да, сэр.

— Какие у тебя планы на завтра?

Деклан бросает взгляд на своего босса. Я вижу, как напрягаются его предплечья и как он облизывает губы, прежде чем ответить.

— Какие скажешь, босс, — говорит он.

— Что ж, — говорит Шон, вставая и кладя руку на широкое плечо Деклана, — мне нужно, чтобы ты женился вон на той молодой леди.

Снова используя сигару как указку, Шон направляет зажженный конец в мою сторону, ухмыляясь своему прихвостню. Я слышу, как Деклан что-то бормочет себе под нос, но не могу разобрать слов.

— Конечно, я серьезно, — тихо говорит Шон. — Как часто я шучу?

Горло Деклана дёргается, когда он пристально смотрит на своего босса. Между ними идет безмолвная битва, но выражение лица Шона не меняется. Деклан сжимает пальцы в кулак, но лишь на мгновение.

— Как пожелаешь, босс.

— Именно так и желаю.

Шон откидывается на спинку кресла и улыбается всем присутствующим по очереди.

Возможно, он пытается казаться дружелюбным, но его глаза заставляют любого усомниться в этом.

Деклан кивает и устремляет взгляд в пол. Он снова сжимает руку в кулак, а затем скрещивает руки на груди. Я вижу, как напрягаются мышцы его предплечья сквозь рубашку. Деклан поднимает глаза и на мгновение встречается со мной взглядом, а затем снова смотрит на своего босса.

— Моя дочь, — рычит отец, — не выйдет замуж за какого-то грубияна.

— Твоя дочь тебе не принадлежит, — отвечает Шон с улыбкой. — Ее жизнь принадлежит мне. Разве я не дал это понять? Она выйдет замуж за того, кого скажу, или я сделаю так, что жених всадит ей пулю между глаз. Такой вариант тебя больше устроит?

Я наблюдаю, как Деклан переводит взгляд на своего босса, разводит руки в стороны и приближает ладонь к поясу.

К пистолету.

— Кормик, — произносит мама, касаясь руки моего отца. Другой рукой она сжимает мою ладонь.

— Все в порядке, пап, — повторяю я. — Правда, все в порядке. Я не против.

Если я буду продолжать говорить это, возможно, это станет правдой. Деклан снова смотрит на меня, но его лицо непроницаемо. Понятия не имею, о чем он думает.

— Нет, — тихо говорит папа, но в его голосе нет сопротивления. — Ты должна была жить в достатке, здесь, а не выходить замуж за какого-то случайного...

Голос отца затихает, когда мама крепко сжимает его руку. Он смотрит на меня, его глаза полны ужаса, а рот слегка приоткрыт, но у меня нет слов, чтобы утешить его. Я слегка улыбаюсь, надеясь, что этот жест его успокоит.

Внутри оцепенение и шок противостоят панике.

— Мистер О'Коннор принял тебя за простолюдина, Дек. — Шон цокает языком по нёбу. — Будем надеяться, что он больше не совершит таких ошибок.

Отец складывает руки на коленях и, побежденный, склоняет голову. Мне слишком хорошо знаком этот взгляд. Такой же у него часто бывает, когда он возвращается из Вегаса или Атлантик-Сити.

— Ох, не грусти так! — Шон снова улыбается и обращается к Нилу, веля налить всем выпить. Нил раздал стаканы с ирландским виски всем, кроме меня, а Шон продолжает: — Как насчет такого варианта: ты отдашь мне деньги, которые был должен моему отцу на момент испытаний твоей маленькой девочки, с процентами, наличными, прямо сейчас, и мы забудем обо всем этом.

Я бросаю взгляд на отца. Понятия не имею, сколько денег он должен Фоли, знаю только, что сумма значительная.

— Тиган, — Шон поворачивается к своей сестре, математическому гению, — начиная с первоначальной суммы и рассчитывая проценты по обычной ставке в тридцать пять процентов, за последние пять лет, сколько мистер О'Коннор должен?

Тиган смотрит в пустоту всего несколько мгновений.

— Четыреста двадцать три тысячи шестьсот пятьдесят четыре доллара. Если округлить.

— Приличная сумма. — Шон громко присвистывает. — Деньги у вас в кармане, мистер О'Коннор?

Папа не отвечает.

— Ну, значит, сыграем свадьбу.

Мои мысли несутся с бешеной скоростью, но я никак не могу разобраться ни в одной из них. Шон совсем не похож на того человека, которого я знала раньше. Он несдержан и недружелюбен. Раньше он казался почти покорным рядом со своим отцом. Теперь всё иначе.

Словно что-то в его голове переключилось после смерти отца, и он стал совершенно другим человеком.

Безумный психопат.

— Ваше здоровье! — Шон поднимает свой бокал, а затем быстро осушает его с очередным смешком.

Неужели это происходит?