Деклан

— Можете рассказать, как они появились?

— Это пустяки, — говорю я.

— И всё же я хотела бы знать.

— Это не имеет значения.

— Для меня имеет.

Мои плечи напрягаются, когда я сжимаю руки в кулаки.

— Послушайте, это, чёрт возьми, не имеет значения, ладно? Просто немного... бурного секса. Они появились не прошлой ночью.

— Бурный секс?

— Да. — Я смотрю на неё с неприязнью. Мне не нравится, как она на меня смотрит, будто я идиотка. Я знаю, что она подразумевает. — Со мной всё в порядке. Деклан меня не бьёт, он не такой.

— Я этого не говорила. — Она слегка наклоняется вперёд. — Почему вы об этом заговорили?

Подлая манипуляторша.

— Не могли бы вы рассказать, что произошло вчера вечером?

Я качаю головой.

— Снаружи дежурит пара полицейских. Они хотели бы поговорить с вами. Возможно, будет проще, если сначала вы поговорите со мной.

— Нет.

— Что ты помнишь, Кера? Можешь описать мужчин, которые тебя похитили? Расскажи, как ты попала в больницу. Ты помнишь, как долго ехала в фургоне?

— Я не помню! Я не помню! Просто оставьте меня в покое!

— Вам нужно с кем-нибудь поговорить, Кера, — говорит Элизабет, вырывая меня из моих воспоминаний. — Я вижу, что в вашей голове сейчас много всего происходит. Я позвонила доктору Джолли. Насколько понимаю, вы уже работали с ней раньше.

Я не хочу встречаться со своим прежним психотерапевтом и вообще не хочу разговаривать. Однако эта женщина, очевидно, не примет отказа. Что мне сейчас нужно, так это чтобы она ушла.

— Я бы хотела подождать и поговорить с ней, — тихо говорю я. — Вас это устроит?

— Конечно, — говорит она. — Боюсь, я не могу говорить за полицейских снаружи.

Она похлопывает меня по руке, прежде чем встать и направиться к двери. Я не смотрю ей вслед. Уже слишком поздно. Я уже ушла в себя. Я снова погружена в свои мысли.

— Если вы не позволите себе вспомнить, что с вами произошло, как думаете, вы когда-нибудь сможете начать исцеляться?

Дженнифер Джолли постучала ручкой по блокноту.

— Как воспоминания помогут с этим? — Я не отвожу глаз от своих рук, лежащих на коленях. Я не хотела снова видеть ее разочарованный взгляд. — Со мной всё в порядке. Я всё время говорю вам, что я в порядке.

— Но это не так.

— Миссис Кирни?

Я не поднимаю взгляда, когда мужчина и женщина в форме подходят к моей кровати. Я помню, как они пытались войти раньше, но доктор их прогнал.

— Миссис Кирни, я детектив Уоррен, — говорит мужчина. — Нам нужно задать вам несколько вопросов о событиях, которые произошли вчера вечером.

Вчера вечером. Неужели это было только вчера? Если бы получилось вернуться в прошлое хотя бы на день, смогла бы я всё исправить? Смогла бы не подходить к столу Деклана? Смогла бы я сказать водителю такси отвезти нас с Кэти в другой бар? Можно ли вернуться к утреннему завтраку в постели и провести день дома, а не идти куда-то вечером?

— У нас есть несколько свидетельских показаний, но мы хотели бы услышать вашу версию событий. Можете рассказать, что вы помните?

События вечера проносятся через фильтр алкогольного бреда в моей голове. Завтрак, корона, поход по магазинам, мартини, шоты, Деклан...

— Миссис Кирни, — Уоррен перебирается на край кровати, поближе ко мне, — нам нужно знать, что произошло.

— Где Деклан? — спрашиваю я. — Где мой муж?

— Он под стражей, — говорит Уоррен.

— Почему?

— У вас на теле синяки, миссис Кирни, и свидетели утверждают, что между вами и вашим мужем произошла ссора.

Я смотрю на говорящую женщину, пытаясь вспомнить, упоминала ли она свое имя.

Она молода. Интересно, это её первый рабочий день.

— Деклан не причинял мне вреда. — Я снова смотрю на матрас. — Это недоразумение.

— А пистолет, найденный при нём?

— Что?

— Молодая женщина мертва, миссис Кирни. — Детектив Уоррен смотрит на меня, его челюсть напряжена, а лоб нахмурен. — Я понимаю, что она была вашей подругой. Человек, который это сделал, должен предстать перед правосудием, прежде чем он сделает это снова. — Он наклоняется пока не оказывается на уровне моих глаз. — Кера, разве вы не хотите справедливости для своей подруги?

— Деклан не стрелял в неё.

— Вы можете сказать, кто это сделал? — спрашивает Уоррен.

— Я не знаю.

— Не могли бы вы сказать, почему у мисс Джексон в руках был пистолет или где она его взяла?

У меня внутри всё сжимается. Я не знаю, как поступить. Деклан не причинил вреда Кэти, но она, очевидно, решила, что он собирается это сделать, иначе не достала бы пистолет. Я даже не знаю, на чьё имя зарегистрировано оружие, и зарегистрировано ли оно вообще. Всё, что я могу сказать, кажется неправильным, и я не хочу говорить ничего лишнего.

— Кера?

Как по команде, в дверях внезапно появляется Деклан.

Я смотрю на него. На его лице грубая щетина, и он одет в ту же одежду, что и вчера вечером. Наши взгляды встречаются, но я не могу понять незнакомый взгляд в его глазах.

Страх? Грусть? Паника? Не могу разобрать.

— Мне нужно поговорить с женой, — властно говорит Деклан, входя в комнату и вставая между детективом и кроватью.

— У нас ещё остались вопросы.

— Мне сказали, что ты в тюрьме, — тихо говорю я.

— Меня выпустили. — Деклан осторожно протягивает руку и кладет её мне на предплечье. — Всё хорошо, детка. Всё будет хорошо.

Я медленно качаю головой.

— Это не нормально, Дек. — Мой голос срывается. — Это не нормально! Это не так!

Деклан садится рядом со мной и обнимает меня. Я хочу сопротивляться. Я хочу кричать, что это всё его вина, что он был там с этим... этим человеком. Но это не его вина.

Я знаю, что это не так.

Это моя вина.

— Это всё моя вина! — кричу я. — Она... она приехала раньше только потому, что у меня день рождения. Она не должна была здесь быть. Она приехала сюда ради меня...

Деклан крепко меня обнимает. Я хочу оттолкнуть его, но его хватка крепкая, тёплая и знакомая. Я прижимаюсь к нему и рыдаю в его рубашку, пока он разговаривает с детективами.

— Слушайте, моей жене сейчас явно не до этого, так что вам, ребята, нужно уйти.

— Нам нужны ответы, мистер Кирни. — Уоррен расправляет плечи и пытается выпрямиться, но Деклан встаёт, возвышаясь над ним. — Я могу вызвать её повесткой, но было бы гораздо проще, если бы вы оба сотрудничали.

— Что ж, я привезу её в участок с нашим адвокатом, когда ей станет лучше. А сейчас вам нужно уйти.