Деклан

— Ну, ты меня сегодня утром довольно сильно вывел из себя, я просто возвращаю должок.

— Не смеши меня больше. — Он слегка улыбается мне, и его взгляд смягчается. Он сжимает мою руку и на мгновение закрывает глаза. — Ненавижу, когда от обезболивающих у меня в голове полная неразбериха.

Занавеска отодвигается, и входит доктор Генри с улыбкой.

— Как самочувствие? — спрашивает она.

— Мне станет лучше, когда уберете обезболивающее из капельницы.

— Вы только перенесли операцию, — говорит доктор Генри. — Какое-то время вам понадобится обезболивающее.

— Брехня.

Она проверяет его жизненные показатели, поправляет капельницу и просит его оценить боль по шкале от одного до десяти.

— Один, — говорит Деклан. — Заканчивай с морфином.

— Хотите вместо этого таблетку?

— Да.

Доктор Генри закатывает глаза.

— Тут пара офицеров хочет задать вопросы по поводу ограбления. Вы готовы?

— Нет, — решительно говорит Деклан. — И позже не буду готов.

— Если вы не испытываете боль, не думаю, что смогу им отказать. Не уверена, что они уйдут, пока не поговорят с вами.

— Мне нечего сказать.

— Можете им так и сказать.

Доктор Генри бросает на Деклана многозначительный взгляд, прежде чем вернуться за занавеску.

— Они уже спрашивали меня о тебе, — я провожу большим пальцем по его ладони и испытующе смотрю на него.

— Что ты им сказала?

— Ничего. Я ничего не знала, как и сейчас.

— И мы собираемся сделать так, чтобы это продолжалось. Я не хочу, чтобы они тебя беспокоили.

Через несколько минут занавеска шелестит, и мы оказываемся лицом к лицу с Лонгбоу и Слоаном.

— Нам нужно задать тебе несколько вопросов, — говорит Лонгбоу.

— Мне нечего сказать, Лонгбоу.

Деклан смотрит на мужчину, прищурившись.

— Кирни, человек мертв, — говорит Слоан. — Ты же понимаешь, что мы не можем просто так уйти отсюда, не получив ответов.

— О, он что, помер? — Деклан качает головой. — Что ж, это сэкономит налогоплательщикам деньги на тюремное содержание.

— Он был убит выстрелом в голову. — Лонгбоу засовывает большие пальцы рук за пояс. — Да, он мертв. И у нас есть зарегистрированный на тебя пистолет, из которого недавно стреляли. Я примерно представляю, что скажут по этому поводу баллистики. Ты должен мне хоть что-то рассказать, Дек.

Я удивлена такой фамильярности.

— Все очень просто, — говорит Деклан. — Я шел по улице, какой-то мудак на меня напал и попытался забрать кошелек. Он меня пырнул. Я его застрелил. Самозащита.

— Были ли свидетели?

— Я был один.

— На улице никого не было?

— Видимо, нет. Все как в тумане.

— Ты знаешь его имя?

— Случайный грабитель номер один, — говорит Деклан. — Так будет указано в титрах, когда снимут фильм о моей жизни.

Слоан смеется, a Лонгбоу злобно смотрит на него.

— Похоже, его избили, — говорит Лонгбоу. — Ты сделал это до или после того, как выстрелил ему в висок?

— Понятия не имею, о чем ты говоришь, — говорит Деклан. — Возможно, его избил парень, которого он ограбил до меня. Может быть, судмедэксперт его уронил.

— Дек...

— Знаете что? — Деклан слегка приподнимается, сжимая зубы. — Как насчет того, чтобы вам двоим просто обсудить все это с моим адвокатом? Мне больше нечего сказать.

— Если это дойдет до суда, — говорит Лонгбоу, — будет лучше, если ты будешь сотрудничать с нами сейчас.

— Вы, чертовы ублюдки, знаете, что это не дойдет до суда, — говорит Деклан, — так что перестаньте тратить моё время.

Деклан отказывается говорить что-либо ещё, и два офицера наконец сдаются и уходят, пообещав вернуться утром.

— Тебе лучше пойти домой, — снова говорит мне Деклан. — Я в порядке, и они просто хотят понаблюдать за мной, чтобы я отдохнул.

— Что ж, мне придётся остаться, чтобы убедиться, что ты сможешь отдохнуть. — Я приподнимаю бровь, глядя на Деклана, когда он устремляет на меня взгляд. — Я никуда не уйду, так что привыкай к этому.

— Упрямая.

— Когда это необходимо.

— Где Брайан?

— В приемной, насколько я знаю. Хочешь, позову его?

— Просто скажи ему, чтобы присматривал за этим дерьмом, — говорит Деклан. — Я поговорю с ним завтра.

Я передаю Брайану послание от Деклана, и Деклана переводят в отдельную палату с раскладывающимся креслом, чтобы мне было где спать. Как только устраивается, он просит меня достать его телефон из сумки с личными вещами. Я удивляюсь, обнаружив внутри смартфон.

Деклан забирает его у меня и начинает нажимать на экран.

— Кому ты пишешь? — спрашиваю я.

— Шону.

— Я не знала, что у тебя есть смартфон.

— Я нечасто им пользуюсь.

Ему требуется мгновение, чтобы закончить сообщение. Мне кажется странным, что я никогда раньше не видела этого телефона, и я думаю, не скрывал ли он его намеренно от меня. Вполне возможно. Интересно, что ещё он скрывает — вероятно, довольно много.

Меня это беспокоит. Очень. Это напоминает о том, что я очень мало знаю о человеке, за которого вышла замуж.

— Можно посмотреть твой телефон? — выпаливаю я.

— Зачем?

— Я хочу знать, какая музыка тебе нравится.

— В моём телефоне нет музыки.

— Почему?

— Я использую его для работы.

Я прищуриваюсь, глядя на него. Деклан вздыхает и протягивает руку ладонью вверх, на которой лежит телефон.

— Смелее. Перерой там все. У меня нет переписок, и помимо номера Тиган, там нет женских номеров.

Я слегка прищуриваюсь, забирая у него из руки телефон. Он не заблокирован, и Деклан не врал насчет отсутствия сообщений. Кроме текста «все хорошо», который он отправил Шону, в истории телефона всего четыре диалога. Все они входящие, краткие и загадочные, и он ответил только на одно сообщение от Тиган. У остальных даже нет имен. Единственная музыка на устройстве — какая-то классическая пьеса, которая, вероятно, шла в комплекте с музыкальным приложением.

Я просматриваю остальное. В основном это стандартные приложения, которые идут в комплекте с телефоном, но среди них есть один неожиданный сюрприз.

— У тебя есть игры.

— Всего пара.

— Candy Crush

3

? Серьезно? — смеюсь я.

— Эй, даже мне иногда становится скучно на работе.

Я не особо в это верю, но что-то в том, что Деклан играет в дурацкие телефонные игры, расслабляет меня.

— Теперь счастлива? — спрашивает он, забирая телефон обратно.

— Вовсе нет.

— Почему нет?