Страница 14 из 246
— Кто причинил тебе боль.
Она замирает и впивается в меня взглядом. Впервые с тех пор, как я ее знаю, она потеряла дар речи. Прежде чем она успевает ответить и в конце концов признаться, откуда взялась эта тьма, которая таится в ее глазах, к нашему столику кто-то подходит.
— Эм… извините. — Блондинке, должно быть, около сорока. Девушка рядом, вероятно, ее дочь, потому что похожа на нее как две капли воды. – Вы Дж. Дж. Бернетт? Писатель?
Все эмоции исчезают с лица Далии, словно кто-то нажал на выключатель. Она откидывается назад с бутылкой в руке. Ей этот ритуал известен лучше, чем кому-либо другому, потому что за последние несколько месяцев Далия достаточно часто наблюдала подобное, когда мы были вместе.
— Точно, это я! – Я поворачиваюсь к ним с лучезарной улыбкой. — Чем могу помочь?
— Я же говорила! — вскрикивает дочь, игриво хлопнув мать по руке.
Она достает из сумки одну из моих книг. В твердом переплете. Первое издание. Судя по бороздкам на корешке, ее читали не раз.
— Не могли бы вы оставить автограф?
— Конечно. У меня как раз есть идеально подходящая для этого ручка.
Я спрашиваю ее имя и ставлю подпись быстрыми отточенными движениями.
— О, кроваво-красные чернила. — Мать и дочь переглядываются, широко раскрыв глаза. — Как здорово!
— Если начистоту, я теперь использую только этот цвет, после того как моя читательница обвинила меня в том, что моя подпись — черного цвета — не настоящая, а напечатанная. — Я протягиваю женщине ее экземпляр.
— Огромное спасибо! Это моя любимая книга! — Она прижимает ее к груди, словно сокровище. — Почти всем, включая мою дочь, больше всего нравится «Джентльмен-убийца», но я без ума от книги «Связь». Будет вторая часть?
«Только если мне удастся нарыть еще компромат». —
Но я благоразумно оставляю эту мысль при себе и небрежно улыбаюсь.
— Посмотрим.
— Спасибо.
— Это ваша девушка? — спрашивает дочь, с любопытством разглядывая Далию.
— Подруга, — спокойно поправляет она.
Они еще раз благодарят нас и прощаются.
— Что? — Сделав глоток виски, я замечаю скептическое выражение лица Далии.
— Кровавые чернила? — Она поднимает брови. — Тебе обязательно нужно выделиться, да?
— Конечно. — Улыбнувшись, я чокаюсь с ней и осушаю бокал одним махом. — Кровавые — для шоу, черные — для скучной бумажной работы, темно-синие — для моей коллекции секретов. — Я достаю из кармана пиджака мою самую драгоценную вещь — небольшой черный блокнот — и поднимаю его вверх.
Моя жизнь тщательно расписана от путешествий и распорядка дня до цвета моего нижнего белья и ручек. Только когда все распланировано до мельчайших деталей, этот часовой механизм под названием жизнь может функционировать. Только таким способом могу функционировать я.
Взгляд Далии мечется между блокнотом и моим лицом. За все время она ни разу не спросила, можно ли взглянуть на него, и я очень это ценю.
— Так какие семейные тайны ты на самом деле использовал для «Связи»?
— Это, моя дорогая подруга, ты узнаешь только через мой труп. — С самодовольной улыбкой я вновь убираю блокнот.