Страница 24 из 193
В начале 9-го Владимир Ильич вызывал на квартиру. В продолжение 4-х минут диктовал. Чувствовал себя плохо. Были врачи. Перед тем, как начать диктовать, сказал: «Я хочу вам продиктовать письмо к съезду. Запишите!» Продиктовал быстро, но болезненное состояние его чувствовалось. По окончании спросил, которое число. Почему такая бледная, почему не на съезде, пожалел, что отнимает время, которое я могла бы пробыть там. Никаких распоряжений я не получила больше.
1923-й,
12 февраля
(запись Л. А. Фотиевой)
[28]
[Там же. – С. 485.]
Владимиру Ильичу хуже. Сильная головная боль. Вызвал меня на несколько минут. По словам Марии Ильиничны, его расстроили врачи до такой степени, что у него дрожали губы. Ферстер накануне сказал, что ему категорически запрещены газеты, свидания и политическая информация. На вопрос, что он понимает под последним, Ферстер ответил: «Ну вот, например, вас интересует вопрос о переписи советских служащих». По-видимому, эта осведомленность врачей расстроила Владимира Ильича. По-видимому, кроме того, у Владимира Ильича создалось впечатление, что не врачи дают указания Центральному Комитету, а Центральный Комитет дал инструкции врачам.
Говорил со мной все на те же 3 темы, сослался на головные боли. Я шутя сказала, что буду лечить внушением и что через два дня головные боли пройдут.
14 февраля
(запись Л. А. Фотиевой)
Владимир Ильич вызвал меня в первом часу. Голова не болит. Сказал, что он совершенно здоров. Что болезнь его нервная и такова, что иногда он совершенно бывает здоров, т. е. голова совершенно ясна, иногда же ему бывает хуже. Поэтому с его поручениями мы должны торопиться, так как он хочет непременно провести кое-что к съезду и надеется, что сможет. Если же мы затянем и тем загубим дело, то он будет очень и очень недоволен. Пришли врачи и пришлось прервать.
14 февраля, вечер
Вызвал снова. Затруднялся речью, видимо, устал. Говорил опять по трем пунктам своих поручений.
К этому времени врачи диагностировали у него тяжёлое атеросклеротическое поражение сосудов головного мозга. Его состояние характеризовалось периодическими улучшениями, но в целом он оставался прикованным к постели, постепенно теряя физическую активность.
Последняя болезнь В. И. разразилась 9 марта 1923 года, она выразилась в потере речи, в усилении паралича правой руки и ноги, захватила отчасти и левую сторону – В. И. долгое время не мог правильно направлять действия левой руки. Болезнь распадается на два периода. В первый период, продолжавшийся до июля, шло ещё ухудшение. Этот период связан с тяжёлыми физическими страданиями и тяжёлыми нервными возбуждениями, в июле было желудочное заболевание с повышением температуры. С этого момента, после некоторого времени большой слабости, началось непрерывное улучшение, хотя и очень медленное, которое было прервано лишь смертью»
[29]
[Воспоминания о Владимире Ильиче Ленине. В 10 т. Т. 2. Н. К. Крупская. – М.: Политиздат, 1989. – С. 356.]
.
Воспоминания Н. К. Крупской
К январю 1924 года Ленин находился в крайне тяжёлом состоянии. Врачи фиксировали ослабление сердечной деятельности, нарушения кровообращения и продолжительное угнетение функций мозга.
21 января после обеда больного осматривают профессора О. Ферстер и В. П. Осипов. Вскоре начался последний приступ болезни. Ленину дали бульон, который он пил с жадностью, потом успокоился немного, но вскоре заклокотало у него в груди…
«
Всё больше и больше клокотало у него в груди. Бессознательнее становился взгляд. Владимир Александрович
[Рукавишников В. А., медбрат. –
Примеч. авт
.]
и Петр Петрович
[Пакалн П. П., охранник. –
Примеч. авт
.]
держали его почти на весу на руках, временами он глухо стонал, судорога пробегала по телу, я держала его сначала за горячую мокрую руку, потом только смотрела, как кровью окрасился платок, как печать смерти ложилась на мертвенно побледневшее лицо. Профессор Ферстер и доктор Елистратов впрыскивали камфору, старались поддержать искусственное дыхание, ничего не вышло, спасти нельзя было»
[30]
[Там же. – С. 364.]
.
21 января 1924 года В. И. Ленин скончался.
Сейчас мы будем говорить о диагнозе и причине смерти В. И. Ленина, о которых можно судить по тем источникам, которые до нас дошли, они были проанализированы историками и медиками. Следует сказать, что далеко не все документы были изучены, потому что полная медицинская карта со всеми сопутствующими документами В. И. Ульянова имеет режим хранения с ограниченным доступом, поэтому просто получить её на руки практически невозможно. Однако многое было опубликовано, кроме того, уже имеются работы исследователей по этой теме, которые трудились в архивах. Посему говорить о причине смерти Ленина можно в общем довольно точно.
Кроме того, обратим внимание, что во времена Ленина ряд болезней мозга были, по существу, неизвестными, а многие средства диагностики ещё не были изобретены, например, такие как ангиография, разные виды энцефалографии, определение объемной скорости кровотока с помощью УЗИ и прочие. Что уж говорить об эффективных средствах лечения: шунтирование сосудов, ангиопластика и многие другие.
Я поясняю это на берегу, чтобы вы понимали одну простую вещь: сегодня мы будем говорить о результатах вскрытия тела Ленина, очень многое патологоанатомам об организме человека известно не было, поэтому некоторые исследования в теле вождя революции не проводились. И выводы медики сегодня делают по факту изучения совокупности проведённого, исследованного и известного. Однако только на это мы можем опираться вместо выдумывания очередной «искромётной версии» смерти Ленина, по типу тщательно скрываемого сифилиса или отравления лично Сталиным.
В ночь после смерти Ленина была создана комиссия, которая должна была заниматься организацией его похорон, в неё входили Дзержинский, Молотов, Ворошилов, Бонч-Бруевич и ряд других. Именно эта комиссия постановила пригласить известного патологоанатома А. И. Абрикосова для того, чтобы произвести вскрытие тела и до похорон забальзамировать его. Именно Абрикосов вскрыл тело, и именно его протокол вскрытия имеет в своём распоряжении историческая наука. Обширные цитаты из протокола имеются в открытом доступе, мы же перечислим основное, на что нам следует обратить внимание.