Страница 68 из 90
Глава 50. Куда это вас понесло?
Десять лет назад. Арвенхольм.
Ей повезло, что Сара снова была в гостях у очередного ухажера и не застала этой некрасивой сцены. Алисия стояла посреди комнаты, все еще дрожа от унижения и ярости. Было немного совестно убегать, не предупредив подругу. Сара была единственным светлым лучом за эти годы, и бросить ее вот так, без объяснений, казалось предательством.
Но оставаться здесь она больше не могла. Каждая секунда в этих стенах, пропитанных ложью, была пыткой. Академия, бывшая когда-то храмом знаний и ее спасением, превратилась в золотую клетку. А Кассиан — в тюремщика.
Темной ночью, когда даже луна скрылась за тучами, она собрала немного вещей — только самое необходимое. Несколько простых платьев, туалетные принадлежности, блокноты с заметками. Ее сбережения были скромными — большую часть стипендии она исправно отправляла маме, оставляя себе лишь на самое необходимое.
Она не оставляла записок. Какие слова могли выразить эту боль, это предательство? Пусть он гадает. Пусть ищет. Пусть почувствует хотя бы тень той пустоты, что он оставил в ее душе.
Но просто выйти за ворота было нельзя. Кассиан быстро хватится и отдаст приказ обыскать каждый уголок. Нельзя оставить следов.
Она закрыла глаза, вызывая в памяти образ миссис Элвиры, помощници библиотекаря. Невысокая, сутуловатая женщина с седыми волосами, убранными в строгий пучок, в простом сером платье и с очками на кончике носа. Алисия видела ее тысячу раз, много часов провела рядом, сверяя каталоги. Она знала каждую морщинку на ее лице, каждый жест. Это не составило никакого труда.
Магия перетекания была сложной, но не требовала огромной силы — лишь точности восприятия и визуализации. Алисия почувствовала, как ее кости слегка сжимаются, кожа грубеет и покрывается сеточкой морщин, волосы тяжелеют и серебрятся.
Через минуту в зеркале на нее смотрело усталое лицо миссис Элвиры. Алисия надела простое платье из своего мешка и накинула темный платок.
С этим лицом она вышла в ночной коридор и направилась к главным воротам. Она старалась дышать ровно и идти неторопливо.
— Элберт, открой, будь добр. И закажи мне повозку.
Стражник, молодой парень, зевнул.
— Так ночь на дворе, миссис Элвира. Куда это вас понесло?
— Аукцион редких книг, милок, — ответила она, делая вид, что поправляет очки. — Прибыть нужно к утру. Все расходы пообещал взять на себя лично профессор Торн. Срочное поручение.
Имя преподавателя подействовало безотказно. Элберт тут же проявил усердие, открыв малые ворота и послав одного из своих товарищей будить извозчика.
Алисия ждала, глядя на темные улицы спящего Арвенхольма. Она не оборачивалась на величественные шпили Академии. Смотреть туда было все равно что смотреть на свежую могилу. В ней было все — и первая любовь, и вера в себя, и мечты о будущем.
Когда повозка подъехала, она молча забралась внутрь. Дверца захлопнулась. Кучер щелкнул вожжами.
Экипаж тронулся, увозя ее прочь от места, которое было ее домом, и от человека, который был ее всем. Алисия сжала в кулаке горсть монет — все, что у нее было.
Она не знала, что делать дальше. Лишь бы только больше никогда не видеть Кассиана Торна.
Она ехала, прижавшись лбом к холодному стеклу, и смотрела, как за окном рождается новый день, не приносящий ей ни надежды, ни облегчения. С разбитым сердцем и абсолютной, несокрушимой уверенностью, что Кассиан Торн — монстр, которого она любила всей душой.
Алисия молилась всем богам, которых знала, чтобы это хоть когда-нибудь прошло. Чтобы она смогла разлюбить его.