Страница 8 из 91
Получение анонимного послания — не единственное странное событие, случившееся с Генри Баскервилем за время его недолгого пребывания в Лондоне. Холмс просит сэра Генри рассказать о любых, даже самых неприметных фактах, и тот признается, что у него пропал башмак: накануне он выставил обувь за дверь своего номера — и ночью один из пары башмаков пропал. В тот момент Холмс не уделяет особого внимания этому случаю.
Но на следующий день, когда младший Баскервиль рассказывает, что вчерашний башмак не нашелся, да к тому же исчез еще один, из другой, более поношенной пары, детектив проявляет куда больший интерес к данному обстоятельству. Коридорный, вызванный на место происшествия, не смог объяснить этих таинственных пропаж.
Теперь Холмса встревожил рассказ Баскервиля, и на слова баронета, что, мол, истории с башмаками не стоит придавать значения, сыщик ответил довольно загадочной репликой:
— …Мистер Холмс, простите, пожалуйста, что я беспокою вас такими пустяками…
— А эти пустяки заслуживают, чтобы из-за них беспокоились.
— Вы уж очень серьезно к ним относитесь!
— Как же вы сами это объясняете?
— Я даже не пытаюсь объяснить. Со мной еще никогда в жизни не случалось ничего более нелепого и более странного.
— Более странного?.. Да, это, пожалуй, так, — задумчиво проговорил Холмс.
* * *
Впрочем, во время пребывания Генри Баскервиля и доктора Мортимера в Лондоне странные события, кажется, следуют одно за другим. Сразу после процитированного выше разговора Холмс и Уотсон выходят из дома вслед за баронетом и доктором и обнаруживают, что тех преследует кеб. Холмс бросается к нему, но кебмен подгоняет лошадь, и кеб скрывается из виду. Наши сыщики успевают заметить через окно экипажа лишь «густую черную бороду», да еще чей-то «пронзительный взгляд». Холмс разглядел номер кеба и приглашает кебмена к себе
[3]
[При сравнении пересказа П. Байяра с повестью А. Конан Дойла можно обнаружить некоторые расхождения. Сути авторских выводов они не меняют, но их поиск доставит внимательному читателю дополнительное удовольствие. (Прим. перев.)]
. Тот не в состоянии толком описать своего пассажира, который назвался сыщиком и посулил кебмену две гинеи, при условии, что возница точно и без лишних вопросов выполнит его приказания. Незнакомец проследил за сэром Генри и доктором Мортимером от вокзала до квартиры Холмса, а потом, когда детектив заметил слежку, скрылся. У вокзала Ватерлоо, куда незнакомец потребовал себя отвезти, он заплатил кебмену обещанную сумму, потом обернулся к нему и сказал: «Вам, верно, любопытно знать, кого вы возили? Шерлока Холмса». Наш сыщик посмеялся, а потом стал выяснять у кебмена, как выглядел его пассажир, но портрет оказался приблизительным и не слишком помогал расследованию:
— А теперь опишите мне наружность этого мистера Шерлока Холмса.
Кебмен почесал в затылке:
— Не так-то это легко. Лет ему будет примерно под сорок, роста среднего, ниже вас дюйма на два, сэр. Одет чисто, борода черная, лопатой, а лицо бледное. Больше, пожалуй, ничего не смогу вам сказать.
— Цвет глаз какой?
— Вот не приметил…
— Больше ничего не запомнили?
— Ничего, сэр.
* * *
Анонимное послание, пропажа башмаков и бородатый незнакомец, преследующий Баскервиля, — все это вкупе с рассказом доктора Мортимера придает лондонской части повествования тревожный характер.
Попытка Холмса найти объяснение таинственным фактам, сопутствующим прибытию наследника Баскервилей в Лондон, не дала результатов. Несмотря на тщательную проверку содержимого мусорных корзин в гостиницах, не удалось установить, где было написано анонимное письмо; похищение обуви тоже осталось загадкой.
Что касается бородатого незнакомца, Холмс заподозрил, что им мог быть Бэрримор, дворецкий Чарльза Баскервиля. Поэтому он отправляет в Баскервиль-холл, на имя Бэрримора, невинную телеграмму с вопросом, всё ли в особняке готово к приезду сэра Генри, а вторую телеграмму посылает начальнику почты с просьбой вручить первую адресату в собственные руки. Увы, телеграмму отдают супруге Бэрримора, так что план Холмса не срабатывает.
Изучение завещания сэра Чарльза тоже не помогает расследованию. Особняк отходит Генри Баскервилю, как и все состояние, за исключением незначительных сумм, завещанных людям из ближайшего окружения сэра Чарльза — например, чете Бэрриморов, доктору Мортимеру и некоторым другим — или отписанных на благотворительность. Наследство, полученное сэром Генри, приближается к миллиону фунтов. В случае смерти наследника состояние перейдет к дальнему родственнику Баскервилей, пожилому священнику. Доктор Мортимер однажды видел его в гостях у сэра Чарльза. По свидетельству доктора, это «человек очень почтенного вида и безупречного образа жизни», и он отказался переселиться в Баскервиль-холл, когда сэр Чарльз ему это предлагал, — словом, его трудно заподозрить в убийстве ради денег. Кстати, выясняется, что Генри еще не успел составить собственное завещание.
* * *
Генри Баскервиля нисколько не пугает нависшая над ним угроза, и он собирается ехать в семейный особняк. Холмс одобряет его план, но не советует отправляться туда в одиночестве; общество доктора Мортимера, который слишком занят своей врачебной практикой, не кажется сыщику надежной защитой. Холмс сообщает, что его удерживают в Лондоне другие дела, в том числе некое расследование, связанное с шантажом, и поэтому он не сможет составить компанию новому владельцу Баскервиль-холла. Зато предлагает в спутники доктора Уотсона: тот будет подробно информировать сыщика обо всем, что происходит в особняке.
Глава II. На болотах
Итак, Уотсон едет с Генри Баскервилем и доктором Мортимером в Девоншир. Ему предстоит самостоятельно вести расследование и сообщать обо всем в Лондон Холмсу. Уотсон располагается в особняке Генри Баскервиля, которого теперь обязан защищать. Местность кажется мрачной: из-за однообразия пейзажей — сплошные болота, торф и постоянные туманы, — а также из-за ее хмурых обитателей, причем опасения вызывают и люди, и животные. Выясняется, что среди пустошей бродит крайне опасный беглый каторжник. Кроме того, по ночам над болотами раздаются весьма странные звуки.