Страница 51 из 124
Эти суровые мужики оказались вовсе не из той кровавой шайки, что терроризировала деревню. Они принялись расспрашивать меня: кто я такой, откуда, куда топаю, что видел в посёлке, сколько там бандитов. Главный из них, хмурый, заросший щетиной мужик с глубоким шрамом над бровью, выслушав мои сбивчивые, полные ужаса ответы, крепко и с чувством выматерился, сплюнул сквозь зубы, потом молча снял с пояса замызганную армейскую флягу и бросил мне, приказав мне выпить из неё.
Я с большим подозрением уставился на эту флягу, полную мутноватой жидкости с неприятным химическим запахом. Сам понимаешь, дорогой читатель, что пить какую-то загадочную бурду из рук незнакомых вооружённых людей, пусть и не похожих на бандитов, совсем не хотелось… у меня под боком, вон он, свежий, чистый ручей журчит, набирай не хочу. Да и мой бедный, измученный желудок и так находился на грани полного мятежа и бунта после всех этих издевательств над организмом. Но один из мужиков, самый молодой и нетерпеливый, просто грубо схватил меня за шкирку и влил обжигающее содержимое фляги прямо мне в горло, зажав нос, чтобы я не выплюнул. Жидкость обожгла глотку и пищевод, как самый чистый медицинский спирт, а по телу прошла огненная, обжигающая волна, от которой выступили слёзы на глазах и перехватило дыхание. Но секунд через двадцать-тридцать меня накрыла совершенно неожиданная, удивительная волна… облегчения. Безумная, изматывающая усталость, которая навалилась тяжёлым свинцовым одеялом, вдруг отступила, словно её и не было. Мучительная, иссушающая жажда ушла, сменившись приятной свежестью во рту. Гул и писк в голове стихли, уступив место кристальной ясности мыслей. Осталась лишь лёгкая, едва заметная тошнота, но это было уже в тысячу раз лучше, чем то адское состояние, в котором я находился всего минуту назад. Мужики, заметив, что я пришёл в себя и даже смог самостоятельно сесть на бревно, снова принялись расспрашивать меня более детально: что именно случилось в деревне, сколько бандитов я видел, как они вооружены, куда увели женщин, кого убили из местных. И по их хмурым лицам я с растущей тревогой понял: мои ответы их совершенно не обрадовали. Они всё-таки вернули мне мой рюкзак, предварительно вытряхнув его содержимое на землю и проверив каждую вещь. А главный, уже гораздо менее враждебный и подозрительный, чем в начале нашей встречи, протянул мне обратно свою флягу, в которой ещё оставалось немного той самой мерзкой, но, как выяснилось, поистине чудодейственной жидкости, и подробно, по шагам, объяснил, как её правильно готовить и употреблять, чтобы не отравиться и не навредить себе. Запоминай, дорогой читатель, рецепт этого волшебного пойла, потому что оно ещё не раз спасёт тебе жизнь в этом безумном мире. Пойло это называется живчиком, и вот его точный рецепт:
— Один споран (на вид — это серая, неприглядная виноградина размером с крупную горошину);
— Пятьсот миллилитров любого крепкого алкогольного напитка (водка, спирт, самогон, даже коньяк сойдёт, лишь бы градус был высокий);
— Сок, сироп, простая вода или любой другой разбавитель по твоему вкусу, чтобы смягчить горечь.
Споран необходимо полностью растворить в алкоголе. Это может занять минут десять-пятнадцать, в течение которых жидкость будет мутнеть и менять цвет на неприятный серовато-зелёный. Затем полученную смесь нужно тщательно процедить через марлю или любую чистую ткань, чтобы избавиться от ошмётков и осадка. И только после этого можно пить, но не больше ста граммов за раз, иначе проблюёшь всё обратно.
А что такое, спросишь ты, эти загадочные спораны, которые нужно растворять в алкоголе? Отвечаю, хоть мне самому до сих пор противно об этом вспоминать: эти мерзкие виноградинки находятся в споровых мешках, расположенных на затылке у мертвяков. Да-да, дорогой читатель, ты не ослышался. Чтобы выжить в этом аду, тебе придётся не просто убивать заражённых, а потом ещё и копаться в их внутренностях, выковыривая оттуда маленькие серые шарики. Весело, правда? Конечно нет, ничего весёлого в этом нет, одна сплошная мерзость и брезгливость. Споровый мешок выглядит примерно как половинка мандарина или небольшой грецкий орех — такой же бугристый, твёрдый на ощупь. Если тебе, конечно, повезёт, и ты найдёшь нужные шарики внутри, потому что они есть далеко не в каждом заражённом. Собирай их, складывай в отдельный мешочек, потом растворяй в спиртном, процеживай, пей эту гадость и радуйся жизни.
Остальная часть потрёпанной тетрадки, после этого рецепта, содержала подробное описание различных видов монстров, их повадок, слабых мест и способов убийства. Веда, бегло пролистав эти страницы, практически проигнорировала их, ибо всё это она уже много раз слышала, а кое-что, самое страшное, даже успела увидеть собственными глазами.
Она долистала почти до самого конца и наткнулась на последнюю, самую короткую запись в этом дневнике, оставленную на последней странице. Долго не решалась её прочитать, крутила тетрадь в руках, откладывала в сторону и снова брала. Текст был очень коротким, всего в несколько строк, выведен неровным, дрожащим, почти нечитаемым почерком, словно человек писал его в дикой спешке, задыхаясь от ужаса и понимая, что это его последние слова.
Пожалуй, решила Веда, с неё на сегодня хватит впечатлений. Она не хочет и не будет знать, что именно происходило в последние часы и минуты его жизни, ведь финал она и так уже увидела собственными глазами, когда они только зашли в эту мрачную, пахнущую смертью башню. Тетрадь она молча отложила в сторону на грязный спальный мешок, и на её лице застыла глубокая грусть: не только о безвременно ушедшем парне, но и о том, как хрупка и быстротечна человеческая жизнь в этом новом, жестоком мире. Потом она тяжело вздохнула, натянула на себя найденное одеяло и, убаюканная мерным гудением генераторов, потихоньку завалилась спать, уступая место усталости и сну.