Страница 93 из 127
Глава 54
Дорогие читатели! Мне пришлось основательно поработать с историей, покрутить план, и я поняла, что то, что хотела рассказать чуть позже, стоит приоткрыть раньше. Плюс добавились пара сцен, которые я держала в голове, но поняла, что вам не рассказала. Поэтому прошу обратить внимание, что появились главы: Глава 14. Бьерн Глава 28. Бьерн Сбитую нумерацию поправлю в конце) Ну и… танцуем дальше? ________________________________ Какие гости! Я так ждала! Что теперь не знаю, как побыстрее дождаться ухода.
Мысленно проверяю, на мне ли маска — я уже привыкла ее надевать при любом выходе из дома. На месте. Что ж… Поговорим, гость ненаглядный.
Франц стоит в дверях, как король, которому все должны аплодировать только потому, что он прошел мимо. А раньше я принимала это за уверенность в себе — на самом деле просто самолюбование. Дорогой костюм, надменное выражение лица.
Я бросаю взгляд ему за спину, ожидая, что следом за ним явится Лидия, но… Ее нет. Естественно — ее сейчас наверняка разыскивает городская стража после визита к Карлу.
Снова смотрю на Франца.
“Знаешь ли ты, что ты такой же рогоносец, как я? Что тобой вертели и использовали, как ты меня? Только вот я даже с голой задницей могу выкарабкаться. Сможешь ли ты?”
— Так вот где обитает новая “звезда” косметических средств, — не дождавшись оваций, произносит Франц. — В пристройке к развалюхе?
В его голосе столько сарказма и яда, что я боюсь, он сам может захлебнуться.
Но и меня задеть словами он умудряется. Сердце пропускает удар, но я заставляю себя сделать глубокий вдох.
Ну уж нет! Я больше не та девчонка, которая поверила обещаниям красивой жизни и простила, когда поняла, что вместо нее ждет… ничего. И не та девушка, которая считала, что для счастья в семье нужно оберегать мужа и позволять ему чувствовать себя важным.
Я та, что будет сиять и властвовать. И плевать я хотела на пустые слова обиженного недомужика. Сцепляю пальцы перед собой в замок и делаю шаг вперед, показывая Францу, что я не боюсь его.
— Доброго дня, господин Левенс, — мой голос звучит прохладно и ровно. — Если вы пришли за кремом от раннего старения на нервной почве — могу вам помочь. Но все же посоветую целителя душ. Будет эффективнее. А если у вас беда с воспитанием — боюсь, тут мои средства бессильны. Все вопросы к вашей матушке.
“Так его!” — подбадривает Арнерия, которая впервые с той ночи подает голос.
Самое интересное, что Франц снова не узнает меня. Как на балу. Он смотрит прямо мне в глаза — и не видит Лизабет, свою наивную женушку. Он видит удачливую конкурентку, наглую выскочку. Его даже голос не смущает — а я и не пыталась его изменить!
— Дерзите, нира? — он проходит вглубь веранды, бесцеремонно беря в руки одну из баночек. — Смело для той, кто пытается торговать… чем-то, сделанным на коленке. У вас же и оборудования наверняка своего нет. Вы правда думаете, что сможете составить конкуренцию моей фабрике?
Я напрягаюсь, когда баночка оказывается в его руках: именно это выдало меня с Лукрецией. А Франц видел не одну несчастную этикетку, подписанную мной. Это же почти как подписать “Лизабет Левенс”!
Но его взгляд просто скользит по баночке, и он тут же ставит ее на место.
Ох, Всеблагой! Я впервые настолько рада, что мой муж ни на что не годный идиот.
Дом глухо ворчит половицами под его ногами. Я чувствую, как напрягается Лейла в углу, готовая броситься на защиту, но делаю ей едва заметный знак рукой. Это мой бой.
— Я не боюсь конкуренции, господин Левенс. И даже не думаю о ней, — я делаю еще шаг к Францу. Опасно, но это показывает силу, потому что сам Франц невольно пятится. — Моим средствам с новейшими формулами и ингредиентами устаревшие образцы с фабрик даже в сравнение не годятся. Особенно с фабрик, которые переживают не самые лучшие времена. Потерянные заказчики, утрата авторитета. Удивительно, не правда ли? Здание рушится, если убрать опорный камень.
Франц багровеет и начинает дергать воротник. Выдает себя с головой.
— Ты… самозванка, — шипит он, пытаясь набрать побольше воздуха в грудь. — “Королевская Звезда” поймет, что связалась с мошенницей. Они еще приползут ко мне. А ты…
— Ошибка — это недооценивать женщин, господин Левенс, — я выдерживаю его взгляд. — Может, вам подарить все же успокаивающую тканевую маску? За счет заведения, конечно. Вы все равно не сможете разобраться в компонентах. Да и… Не дотянете до патента на средство свои загребущие лапы.
— Ты… — он сжимает кулаки и чуть опускает подбородок, как бык, который собирается боднуть.
Ну правильно, что еще с рогами-то делать.
В этот момент напольные часы в гостиной издают оглушительный, зловещий «БОМ», а полка над головой Франца опасно кренится, сбрасывая ему на плечо землю из цветочного горшка.
— Кажется, гостеприимство моего магазинчика имеет пределы, — пожимаю плечами, пока Франц пытается отряхнуть свой бархатный камзол. — Если вы не выбрали ничего, то хочу напомнить, что тут не музей.
Он бросает на меня испепеляющий взгляд, полный ненависти и бессилия.
— Ты пожалеешь, — Франц щурит глаза. — Я уничтожу тебя. Раздавлю этот курятник. Ты еще приползешь ко мне просить пощады.
Ох, как же хочется сейчас закатить глаза. Но смысл? Все равно толком не увидит.
— Когда нет аргументов в споре, проще всего перейти к угрозам, — усмехаюсь я. — Дверь за вашей спиной.
Кажется, тут Франц уже совсем срывается, потому что его окончательно заносит:
— Ты пустое место, — орет он. — Ничто без твоего покровителя, купившего тебе договор с “Королевской звездой”. Кто он? Муж? Не помню таких влиятельных фамилий. А значит, ты просто ему наставила рога с кем-то посерьезнее. С кем? Неужели с герцогом?
Чувствую, как ногти впиваются в ладони. За спиной Франца открывается дверь и слышится злое покашливание Бьерна. Мой настоящий муж медленно оборачивается и чуть не приседает. А временный муж переводит на меня взгляд. Я киваю: я должна это закончить сама.
— Мой покровитель — мой талант, господин Левенс, — холодно отвечаю я. — То, чего вам, увы, так не хватает. Вы ведь привыкли выезжать на чужом горбу, не так ли?
Франц вздрагивает. Он явно не ожидал такого отпора, и сейчас очень хочет обойти не-наемника и покинуть веранду.
— Мне кажется, вам, господин Левенс, не помешали бы уроки этикета, — гремит Бьерн. — И если вы еще хоть на секунду останетесь в этом магазине, я стану вашим учителем.