Страница 70 из 127
Мы молча доходим до экипажа, садимся и отправляемся к дому. В карете висит все то же непреодолимое напряжение, что чуть не заставило нас поцеловаться. Снова. Чтобы хоть немного развеять его, я решаю сменить тему.
— Ты ведь знал, да? — спрашиваю я Бьерна, нарушая тишину.
— О чем? — он удивленно смотрит на меня.
— Что герцога не будет.
Бьерн тяжело вздыхает, выдерживает мой разочарованный взгляд и отвечает:
— Знал. А зачем он тебе?
— Посмотреть ему в глаза и высказать все, что я думаю об этом самодуре, — фыркаю я. — И попытаться ему объяснить, что мне непременно нужны документы. Особенно теперь.
Бьерн разглядывает меня, как будто немного расстроен.
— Но ведь герцог обещал, что документы будут у тебя, — говорит он. — Разве этого мало?
Он знает. Читал письмо? Или сам говорил с герцогом? Почему-то это бесит.
— Раз ты это знаешь, то знаешь и условия, на которых этот тип готов мне выдать документы. Отказаться от всего!
Бьерн кивает.
— И ты считаешь это нормальным? — меня почему-то очень злит, что Бьерн не на моей стороне. — Это шантаж! Он хочет отобрать у меня все, ради чего я работала семь лет!
— Элиз, подумай головой, — устало произносит Бьерн. — Тебе нужна новая жизнь. Чистый лист. Пока ты цепляешься за эти патенты, ты связана с Левенсами. Ты уязвима. Отказ от претензий — это плата за безопасность. Ты сама хотела оставить прошлое в прошлом!
— Он просто мстит мне за побег! — всплескиваю руками я. — И ты… ты его защищаешь!
— Я защищаю тебя! — рычит он. — Этой фабрике осталось всего ничего. Зачем она тебе, если ты можешь начать новое?
— Это мое детище! И я не собираюсь его дарить ни Францу, ни герцогу!
— Ты упрямая, безрассудная… — начинает Бьерн, но экипаж останавливается.
Мы приехали. Очарование вечера окончательно разлетелось на мелкие осколки.
Я вылетаю из экипажа и бегу к дому. Бьерн догоняет меня в тот момент, когда я уже открываю дверь и собираюсь перешагнуть через порог.
— Мы не закончили! — рычит Бьерн, словно дракон.
— Я закончила! — кричу я, срывая маску и швыряя ее на стол. — Я не подпишу этот отказ! Пусть герцог подавится своими условиями. Я найду другой способ.
— Какой способ? — Бьерн нависает надо мной. — Ты не понимаешь, с чем играешь!
— Я не играю! Я борюсь за свое! — я тычу пальцем ему в грудь.
Дом вокруг нас начинает вибрировать. Стулья мелко дрожат, посуда в серванте звенит, как колокольчики на ветру. Но мы так увлечены ссорой, что не замечаем предупреждений.
— Ты невыносима! — рявкает Бьерн.
— А ты… слишком любишь контроль!
Мы одновременно делаем шаг через порог, и в момент, когда наши стопы уже должны коснуться коврика у двери, мы понимаем, что этого не происходит. Зато я точно осознаю, что пола под ногами тоже нет, и мы с Бьерном вместе летим в темноту.