Хозяйка магазинчика "Сияй и властвуй"

Глава 38

Любовник любовницы моего мужа — а это уже звучит как что-то абсурдное — стоит и внимательно вглядывается в окна нашего с Бьерном временного жилища. Я задерживаю дыхание и перевожу взгляд на моего “мужа”.

Он узнал, точно узнал. Но тогда он соврал Карлу и пустил его по ложному следу, наверняка выгадав нам несколько дней. Видимо, либо Лидия, либо сам ее любовник оказались достаточно настойчивы в своей цели найти меня и закончить начатое.

— И кто такой этот… — тихо спрашивает Бьерн, замалчивая слово, которым хочет назвать Карла.

— Это главный технолог на нашей фабрике. Карл Петерсон, — так же почти неслышно говорю я. — По совместительству любовник той, с которой мне изменял муж.

Бьерн усмехается и качает головой.

— Ну и окружение у тебя было, — отмечает он. — Один лучше другого.

— Неправда! У меня был очень хороший управляющий и… адвокат, который согласен мне помочь с возвращением патентов на мои кремы, — пытаюсь защититься я.

— Вот ты вцепилась в эти патенты, — сетует Бьерн.

— Но их придумала я! — пытаюсь возмутиться, но мой “муж” поднимает руку и жестом показывает мне молчать.

Карл сплевывает, поправляет перчатки и плащ, которые кажутся в эту погоду совсем неуместными, и уходит в противоположную от нас сторону.

Бьерн не расслабляется. Он ждет, пока фигура Карла не скрывается за поворотом. Только тогда мой “муж” поворачивается ко мне.

— Ждешь еще три минуты, потом быстро идешь в дом, — командует он и, не издав ни единого звука, скользит следом за Карлом.

И снова я одна.

Улица пуста, только вдалеке слышны смех и музыка с ярмарки. Я стою и не понимаю, о ком больше переживаю: о себе, что Карл почти нашел меня, или о Бьерне, который тоже может попасть в неприятности.

Хотя какие неприятности могут быть для него вообще опасны? Я видела его в бою. Хотя я видела его и в воде, с опасными ранами…

Погодите-ка! Вчера Бьерн тренировался без рубашки, но ни следа тех самых ран я не заметила, хотя должны были остаться как минимум шрамы. Однако даже для них еще прошло слишком мало времени. Так не бывает. Или бывает… С его мазью. Но след-то все равно должен какой-то остаться! Как у меня на руке.

Он, конечно, пропадал куда-то, но я не помню, чтобы целительство достигло таких высот… Еще один вопрос в копилку многих, которые мне хочется Бьерну задать.

Я выжидаю оговоренное время, быстро пересекаю улицу, открываю дверь и проскальзываю внутрь, запирая дверь. Дом приветствует меня теплом и мерным, успокаивающим боем часов.

С заднего двора слышится обеспокоенное ржание, поэтому я первым делом иду туда, чтобы показать Грому, что со мной все в порядке.

“Этот навонял тут своим страхом и злостью, — ворчит конь, тыкаясь мордой в мою руку. — Я уж думал, придется ему копытом в лоб зарядить, если сунется”.

— Успокойся, — глажу я его по бархатной шее. — Карл уже ушел.

Гром фыркает.

“Такие возвращаются”.

— Тогда мне остается надеяться, что на тот момент у меня будет какая-то защита от него, — вздыхаю я.

“Она у тебя и так есть. Др-р-руг твой. Ты бы присмотрелась к нему внимательнее…”

Я прищуриваюсь, глядя на Грома.

— А ты у нас что, сводником, что ли, заделался? — усмехаюсь я.

“Просто в качествах мужчин разбираюсь лучше, чем некоторые”, — ржет конь.

— Это ты на кого намекаешь? — у меня аж брови поднялись.

“Ну уж не на прехорошенькую кобылку в моем старом стойле, — Гром мотает головой. — Она быстро разобралась, кто из коней лучше, и выбрала меня”.

Тут я не удерживаюсь и разражаюсь искренним смехом. Вот умеет же этот шутник с копытами поднять настроение.

Я переодеваюсь и некоторое время провожу со своим конем, расчесывая гриву, хвост и просто болтая, пока этого никто не видит. А потом возвращаюсь в дом. Я не знаю, когда вернется Бьерн, но все равно ставлю в печь овощной суп и два горшочка с мясом и картошкой на обед.

Чтобы не тратить время впустую, иду на веранду. Мой будущий магазинчик. Дом, кажется, одобряет мою идею. По крайней мере, сегодня он ведет себя тихо, только часы мерно отсчитывают секунды.

Я достаю припрятанную доску и краску, которую купила вчера. Вывожу название: “Сияй и властвуй”. Немного кривовато, особенно в том месте, где рука дрогнула, но от души. Потом будет доход, закажу что-то посимпатичнее, а пока лучше вложиться в товар.

Вешаю табличку на окно, чтобы было видно с улицы. Расставляю по полкам баночки, которые не требуют хранения на холоде, с простыми кремами. Часть баночек на полках пустые — просто для красоты. На стол в ряд выставила несколько крошечных пробных вариантов. Выглядит… уютно. Можно даже открываться.

Завтра еще подумаю, как организовать мне тут что-то типа холодного шкафа. Может, Бьерна спрошу, вдруг у герцога уже есть какие-то варианты?

Только я заканчиваю, как слышу снаружи смех и оживленные голоса. Я напрягаюсь, но часы тикают спокойно.

Выглядываю на крыльцо, не забыв нацепить маску.

Ко мне направляется целая делегация: Лейла, Мэг и еще несколько девушек, которые помогли мне бежать от бандитов. Они останавливаются у калитки, с любопытством разглядывая мою вывеску.

— А ты… смелая, — говорит Мэг, когда они вваливаются на веранду, мгновенно заполняя ее шумом, запахом дешевых духов и какой-то неуемной энергией.

— Как будто ты в самую первую встречу этого не поняла, — отвечает ей Лейла.

— А я думала, ты поспешишь сбежать со своим красавчиком, — произносит та, которую я посчитала главной среди них.

— Может, раньше бы и сбежала, — признаю я. — Но я решила, что пора что-то в жизни поменять.

— А мы пришли купить добавку! — девушка, у которой были обветренные губы. — Твой крем… это какая-то магия. Я вчера… кхм… работала с одним бароном. Так он сказал, что у меня кожа нежнее, чем у его жены!

Она облизывает губы, и я вижу, что крем сработал так, как надо. Пухлые, увлажненные и… определенно соблазнительные для мужчин.

— А мы с одной “подругой”, — Мэг делает в воздухе кавычки, — чуть не подрались. Она, как увидела мою баночку… А! И ополаскиватель для рта — тоже обалденный. Я его всегда сначала клиентам подсовываю. Только разбавляю, чтобы на подольше хватило7

Я едва сдерживаю торжествующую улыбку. Отлично, все работает идеально.

— В общем, мы за покупками! — подытоживает старшая. — Регулярными.

Я сначала хочу сказать, что без зазрения совести отдам им просто так, но потом решаю, что кое-что они все же могут для меня сделать.