Хозяйка магазинчика "Сияй и властвуй"

Глава 36

Скала уходит, когда уже начинает темнеть. Перед этим он распрягает Грома и вычищает полностью его стойло. Хотя нет, он еще что-то делает с экипажем, но я не вникаю. Его молчание дает мне возможность не думать о том, как выстроить разговор, — я только оставляю ему ужин и пару пирожных.

Мои мысли целиком и полностью крутятся около предложения “Королевской звезды”. Конечно, я сразу отвечаю согласием, потому что в такие моменты упускать шанс нельзя. Тем более учитывая то, что Франц уже наведывался в “Звезду”, и, видимо, там ему уже отказали.

Но тем не менее это меня сильно беспокоит: встреча с аристократией — это всегда испытание. Надо доказать всем, что ты чего-то стоишь. Думаю, что именно из-за этого учредители решили воспользоваться именно этим событием: они и так имеют дело с женщиной, так ведь еще важно, чтобы она не была безродной.

Никогда не любила балы. Дочери знакомых семей с придыханием говорили о своем дебюте в свете, а я, помню, тогда чуть не сбежала… Впрочем, видимо, это моя любимая тактика — сбегать от всех проблем или стараться избежать их.

С Францем мы долго были нежеланными гостями где бы то ни было. В первую очередь из-за моего поступка и отлучения от рода. Все же к мужчинам у нас более снисходительное отношение: ну подумаешь, совратил и увел из семьи, но женился же! Вопрос, что женился до того, как узнал, что титула ему не видать.

А потом я и сама предпочитала тишину лаборатории и свои эксперименты. Или, наоборот, свободу полей и тишину лесов на прогулке с Громом. Жаль, что я тогда не знала, что он разговаривает, нам было бы гораздо веселее.

Если так подумать, то на балах за все семь лет я была всего несколько раз, и то каждый раз под бухтение Корнелии, которой всегда все было не так. Ну… Пусть с Лидией у них все будет так.

И этот бал будет для меня особенным, я уверена. А Франц… Он еще будет локти кусать.

Я составляю себе список того, что нужно сделать на следующий день, ставлю несколько заготовок для магазинчика и, пожелав дому спокойной ночи, под шум дождя ложусь спать.

Утро меня встречает снова ароматом свежесваренного кофе с добавлением корицы. Я думала, что после того утра, когда я обнаружила Франца с Лидией кофе вообще не смогу пить. Но… Что-то в этом напитке от Бьерна есть особенное, характерное только для него.

И это заставляет меня улыбнуться.

Но будет меня не только это. Еще… беседа двух низких голосов. И если один я точно узнаю — это мой могучий сосед по дому. То второй мне неизвестен.

Я не вижу разговаривающих из окна, как ни пытаюсь высунуться. Поэтому наскоро привожу себя в порядок, даже не забыв приколоть к воротничку симпатичную булавочку, купленную накануне.

— Ты сам бы первый высказал мне все, если бы я остался с ней на ночь, — слышу я незнакомый насмешливый хрипловатый баритон, когда подхожу ближе к задней двери.

— Мог бы спать рядом с Громом, — недовольно высказывает Бьерн. — Прекрасно знаешь, что это небезопасно.

— Э, нет, — смеется первый. — Даже когда я был подсобным рабочим у Лиры, я не спал с конем. К тому же на экипаж я поставил следящий артефакт, между прочим, твою разработку. И не понимаю, почему ты сам до этого не додумался.

— Не было у меня его с собой, — ворчит Бьерн. — А Лиз не нужен экипаж, чтобы куда-то сбежать, она прекрасно ездит верхом. И умения находить приключения ей не занимать.

— С Громом я договорился, — отвечает снова баритон.

Я как раз выхожу на крыльцо, чтобы увидеть, с кем же разговаривает мой не-наемник. Конечно, по ходу разговора у меня возникли догадки, но я не могла поверить, пока не увидела собственными глазами:

— Так вы… говорите! — охаю вслух я, за что получаю удивленный взгляд Бьерна.

Скала, как я его вчера обозвала, неловко хмыкает и потирает бороду указательным и большим пальцами.

— О чем она? — Бьерн становится еще более подозрительным.

— Элиз так переживала о том, что и как мне говорить, о чем спрашивать и так далее… Что я решил сделать вид, что немой, — объясняет Скала. — Надеюсь, вы простите, нира Элиз? В качестве извинения представлюсь — Вард. Друг Бьерна, готовый ради него не многое, но только не спать с конем.

“А что такого в том, чтобы переночевать со мной? У меня сухо, тихо. Не думал, что он такой привередливый, с виду кажется нормальным”, — вставляет свои возражения Гром.

Я замечаю, что на губах обоих мужчин появляется усмешка, что еще больше подогревает мои подозрения, что Бьерн все же слышит коня. Но теперь выходит, что и Вард тоже?

— Вам, конечно, за чуткость спасибо, но не стоило идти на такие жертвы, — говорю я. — А теперь, раз уж вы меня разбудили, может, пойдем выпьем кофе? И поговорим.

— Благодарю за приглашение, нира Элиз. И за вчерашние потрясающие пирожные: “Сладкие булочки” — моя любимая пекарня. Раз наш общий друг решил все же прибыть сегодня, я, пожалуй, откланяюсь. Но если Гром будет скучать по компании, зовите! — Вард подмигивает, кивает и проходит мимо, скрываясь за углом дома.

Он намеренно избегает разговора?

Бьерн серьезно провожает Варда взглядом, как будто у него возникли какие-то вопросы. Но сейчас моя очередь спрашивать! Я и задаю один очень важный вопрос:

— У меня остались пирожные. Ты будешь?

Мы перемещаемся на кухню, где я достаю эклеры, а Бьерн разливает кофе по чашкам. Мы делаем все молча, понимая, что говорить нам еще много, и, возможно, разговор будет не из простых.

Но при этом все происходит так, будто мы проделывали это миллион раз. Как будто эти семь лет я прожила не с Францем, которому я относила кофе в кабинет, а с Бьерном, который все это время накрывал нам завтрак.

Бьерн придвигает мне стул, а потом садится напротив.

— Кто он? — первой задаю вопрос.

— Вард? М… Давний друг, — отвечает он.

— Я не про это. Но, видимо, подробнее ответ я не получу. Ты сделал все, что планировал?

— Не уверен.

Взгляд Бьерна падает на письмо от “Королевской Звезды”, которое я оставила на подоконнике, и лицо становится серьезнее.

— Полагаю, письмо ты прочитал, — произношу я, отпивая кофе. — Но я не особо скрывала.

— Ты же понимаешь, что идти туда рискованно. И не только из-за твоего мужа, который наверняка будет весьма заинтересован узнать, кто же перехватил у него очень выгодный договор.

Киваю, но жду, что он еще скажет.

— И я так понимаю, что отговаривать тебя бесполезно.

Снова киваю.