Страница 45 из 127
Последнее слово он произносит почти шепотом, и оно обжигает, заставляя мурашки бежать по спине. Он провоцирует, пытается заставить отвлечься от вопроса, на который не хочет отвечать.
— Хватит игр, Бьерн, — я упираюсь ладонями в его грудь, чувствуя упругие мышцы под дорогим шелком рубашки. — Я хочу правду.
— Я не могу сказать тебе, кто я, Элиз, — его голос звучит глухо, он опирается плечом о косяк, снова превращаясь в того ироничного наемника, которого я, кажется, уже начинаю узнавать. — Я отвечу на три твоих вопроса. Любых. Но только на три. Они должны помочь тебе, как ты и хотела. А ты — на три моих.
Это вызов. Я принимаю его. Три вопроса. Всего три. Вопросы должны быть хитрыми.
Я судорожно перебираю в голове все, что знаю. Все, что видела. Карл, “слово гвардейца”, мои подозрения, его внезапные появления и исчезновения, странная осведомленность.
— Хорошо, — киваю я, собирая мысли в кучу. — Вопрос первый. Ты сказал Карлу, что у тебя есть “слово гвардейца герцога”, но ты сказал, что не гвардеец. Кто дал тебе право пользоваться этим словом и властью, которую оно дает?
Бьерн чуть заметно кивает, принимая вопрос.
— Тот, кто стоит выше. Тот, чье слово — закон в этом герцогстве.
Герцог. Сердце пропускает удар. Мои догадки обретают форму. Всесильный, невидимый дракон, которого я так боялась, и есть тот, кто стоит за Бьерном.
Его губы немного изгибаются в ироничной ухмылке. Теперь его ход.
— Почему Элиз Констанс? — тут же спрашивает он. — Тебя зовут иначе.
Прямолинейно. И он в более выигрышной позиции — Бьерн знает обо мне больше.
— Лизабет Левенс мертва, — отвечаю я, отводя взгляд в сторону. — Или как минимум пропала без вести. Пусть так и остается. Констанс — девичья фамилия моей матери. Мне бы хотелось продолжить свою жизнь без прошлого, которое меня чуть не убило.
Бьерн никак не комментирует, что нервирует еще больше. Как будто появляется ощущение, что он и так в курсе всех моих ответов.
— Вопрос второй, — я облизываю пересохшие губы. — Ленни. Она была твоей целью? Ты расследуешь исчезновение девушек с Искрой?
— М… она была неожиданностью, — цедит Бьерн сквозь зубы. — Но в твоем вопросе затерялась ошибка, Элиз. Я расследую убийства. Не исчезновения.
Жестко, но честно. Значит, все намного серьезнее, и герцог в курсе. Даже пытается выяснить все и остановить. Может ли быть Лидия как-то связана с убийцей?
— Теперь моя очередь, — голос Бьерна возвращает меня в реальность. — Что в твоем прошлом такого, что ты бежишь? Разве твой брак не был счастливым? Разве ты не сбежала сама?
Знает. Значит, я все же была права, и он все обо мне знает, в том числе то, как меня вышвырнули из семьи. Так зачем ему мои ответы? Но… Честность за честность.
— Я была наивной дурой, — фыркаю я, признавая вслух то, что мысленно уже успела проговорить не один раз. — Я сбежала от брака с драконом, потому что думала, что нашла любовь. А эта самая «любовь» несколько лет пользовался моими идеями, а потом решил выкинуть, забрав все. А его любовница, моя «подруга», подстроила мою смерть, чтобы я не смогла помешать прибрать все к рукам.
Закончив, я поднимаю голову, сталкиваясь взглядом со штормом в золоте глаз Бьерна. Удивительно, но я всегда жила с чувством, что эти глаза мне знакомы, но никогда не задумывалась, что они очень необычные своим цветом.
Голубые, зеленые, карие, даже синие… Каких я только не встречала. Но золотые… Только у него. И они завораживают каждый раз. Даже почти отвлекают сейчас от вопросов, но я не даю себе расслабиться.
Остается последний. Я смотрю Бьерну прямо в глаза, пытаясь разгадать его.
— Почему это дело так тебя волнует? Это больше, чем просто работа. Я это вижу.
Бьерн делает шаг ко мне. Всего один, но расстояние между нами сокращается почти до нуля. Он смотрит на меня сверху вниз, и в его взгляде больше нет ни злости, ни досады. Маска безразличия трескается, на долю секунды я замечаю настоящую боль и усталость.
— Почему меня волнуют смерти невинных девушек? — спрашивает Бьерн. — Или… почему я все еще остаюсь рядом с тобой?
Как я понимаю, ответ я получу только на один из этих вопросов. И каждый из них по-своему важен. Но… его личное отношение ко мне не прольет свет на то, кем является Бьерн.
— Почему тебе важны эти девушки?
Он криво усмехается, будто надеялся, что все же я выберу другой вопрос, вздыхает, словно подбирая слова.
— Тот, кто выбирает жертв, обладает опасной информацией и преследует те цели, которые могут стать проблемой не отдельно взятого города и герцогства, а гораздо… гораздо хуже, — отвечает Бьерн. — И это касается моей жизни и жизни моих близких.
— Тебя? Но как? — спрашиваю я.
— А это уже четвертый вопрос, маленькая баронесса, — произносит Бьерн, отходя от меня. — Спокойной ночи.
Он уже поднимается по лестнице, когда я кричу ему вслед:
— Ты не задал свой третий вопрос!
— Считай, что за тобой должок, — через плечо кидает Бьерн и скрывается в темноте второго этажа.
Вот так. Вроде и узнала что-то, а вроде… Так и не поняла, кем же он является. Не гвардеец, но близок к герцогу. Он знает обо мне почти все, даже то, что я сбежала от брака с драконом, но не ставит мне это в вину. И он действительно заинтересован в том, чтобы предотвратить новые убийства и выяснить, кто за этим стоит. Но не раскрывает причин.
Я пью чай, оставляю на утро томиться кашу и старательно пытаюсь заснуть. Но в голове слишком много мыслей, которые крутятся и никак не дают мне покоя.
Вновь и вновь повторяю про себя разговор с Бьерном. Мне никак не дает покоя вопрос: как долго он знает, кто я? Он не дал никаких намеков на то, как он сам относится к этому. Сбежавшая из-под венца невеста. Сбежавшая жена. Как-то нездорово звучит.
Бьерн сказал, что нашел Ленни у Теневого леса, но… Если так подумать, то до него не меньше восьми часов довольно быстрой езды верхом. А не было Бьерна гораздо меньше, даже если учесть, что он брал Грома. Еще и экипаж успел купить.
Где-то здесь обман. Может, не он нашел, а его люди? Это многое бы объяснило, но даже это с большой оговоркой.
Когда я понимаю, что крутиться в постели становится невыносимым, а подушка никак не укладывается так, чтобы мне было удобно, я все же встаю с кровати и решаю выйти на улицу. Свежий воздух в такие моменты хорошо успокаивает и прочищает голову.