Две сестры

На секунду Алекс почувствовала себя свободной. Может быть, все не так уж и плохо? Может, удастся смириться и привыкнуть к жизни на ранчо?

Внезапно конь заржал. Он качнул корпусом, и Алекс едва удержалась в седле.

— Пегас, прууу.. прууу.. стой!

Алекс пыталась заставить коня остановиться, но он, будто напуганный чем-то, перешел на галоп.

Алекс не ожидала такого. Прежде проблем с конем не было.

Конь несся все быстрее, сворачивая с знакомых дорог. Алекс не успела среагировать, как вылетела из седла. Очки полетели в сторону.

Падение было болезненным. Она поежилась, чувствуя, как заныло все тело.

Алекс начала приподниматься, чувствуя, что не может ступить на ногу.

Она огляделась: кругом ни души, и конь убежал. Дед, точно, ее прибьет, если она не убьется сама, находясь в незнакомом лесу. Алекс начала искать очки. Без них она как слепой котенок. Как чувствовала, что лучше надеть линзы.

Послышался стук копыт. Из леса на лошади выехал мужчина.

Алекс приподнялась, опираясь о палку. Незнакомец затормозил, слезая.

Алекс смутно видела его черты. Мужчина протянул ей очки.

— Спасибо большое. — Алекс надела их.

Перед ней стоял молодой парень. Его темные волосы растрепались. Клетчатая рубашка была закатанной, открывая вид на подкачанные руки.

Но более всего Алекс поразили его глаза, лазурные, как небо.

— Я тебя тут раньше не видел. Я — Макс! — с приятной улыбкой проговорил парень.

— Алекс.. — смущенно проговорила она. — Я у бабушки с дедушкой гощу.. гостю.. живу, в общем.. — нервно засмеялась Алекс.

— Ясно. Я тоже к своим приехал. — сказал Макс.

Алекс почувствовала, как запылали щеки. Макс добродушно разглядывал ее, а затем вдруг сделался серьезным.

Алекс поняла, что выглядит ужасно: одежда в пыли и грязи, волосы растрепаны. Она начала отряхиваться.

— Я с коня упала. — сказала Алекс. — А он, зараза, убежал.

— Ничего, тут кони умные. Набегается и придет домой. — ответил Макс и шагнул к ней. — Покалечилась? — Макс кивнул на ее ногу.

Алекс кивнула, продолжая опираться на палку. Макс шагнул к ней.

От охватившего волнения Алекс едва не упала, но оказалась подхвачена им.

Она взирала в его глаза и не могла перестать разглядывать его. В нос ударил запах одеколона. Макс усмехнулся и осторожно усадил ее на бревно. Алекс смущенно отвела взгляд.

— Я посмотрю ногу?

Алекс лишь кивнула, пока Макс осторожно снял кроссовок, проводя рукой по синей костяшке. Алекс шикнула.

— Ушиб, видимо. Ничего, пройдет. Давай я тебя отвезу домой.

Сердце Алекс забилось чаще. Она не нашла в себе сил воспротивиться и, идя под руку с Максом, подошла к его коню.

Он похлопал коня, который заржал и немного присел.

Макс легко подхватил Алекс, усаживая в седло, а затем сел позади, обхватывая поводья.

Алекс чувствовала, как он прижимается грудью к ее спине, и дрожала от волнения.

Конь пошел, и Алекс начала указывать дорогу к ранчо.

— Ты откуда? — спросил Макс прямо ей на ухо.

— Я.. я..

Алекс закашлялась. Она и не заметила, как растерялась перед незнакомым парнем, что не могла и двух слов связать.

С ней всегда такое происходило, когда человек ей нравился.

Алекс не нравилась ее робость. Она ведь взрослая девушка, а ведет себя, как неуверенный в себе подросток.

— Я из Стенфилда. Приехала с сестрой.

— О, ясно. А я из Балтимора. Далеко же мы забрались.

Алекс не решалась больше говорить, боясь, что сморозит глупость, потому молчала.

Макс довез ее до ранчо, помогая слезть с лошади.

К ним недовольно ковылял дед. Он встретился взглядом с Максом и нахохлился.

— Работа не сделана, а ты прохлаждаешься. Шашни крутишь. — рявкнул Питер.

— Я ногу подвернула, а Макс мне помог. Я Пегаса потеряла. — Алекс потупила взгляд.

— Больше ни на одну лошадь не смей садиться, глупая девчонка. А ты.. — Питер выплюнул слова. — Иди отсюда.

— Дед, не груби! — разозлилась Алекс.

Питер ничего ей не ответил, только фыркнул и пошел в сторону конюшен.

Алекс виновато посмотрела на Макса. Но его будто и не задели слова деда.

— Прости, он нелюдимый, — сказала Алекс.

— Ничего страшного, я понимаю. Кстати, а ты не хотела бы встретиться еще раз? — Макс лукаво улыбнулся.

— Да, думаю, да.. — Алекс улыбнулась.

Они обменялись номерами телефонов. Все-таки, может, не так все и плохо будет этой в глуши.

— Тогда я напишу тебе. Пока! — с улыбкой проговорил Макс.

Он оседлал свою лошадь и поскакал прочь.

Алекс смотрела ему в след и не могла избавиться от глупой улыбки. Вот же вляпалась.

Еще одна неделя прошла без происшествий. Тяжелая работа изматывала, Алекс уставала. Одно радовало ее — переписки с Максом, который стал для нее путеводным лучом в чужом краю.

Солнце клонилось к закату, когда Алекс столкнулась с дедом в конюшне. Он проверял сбрую, а она кормила лошадей.

Алекс настойчиво игнорировала его, лишь коротко отвечая «да» или «нет» на его грубые вопросы.

— Ты опять витаешь в облаках? Корм рассыпаешь! — проворчал Питер, отнимая у Алекс ведро.

— Я случайно, — попыталась оправдаться Алекс.

— Ничего не можешь нормально сделать. — фыркнул дед, начав рассыпать корм в кормушки.

— Я делаю все, что вы говорите, — резко сказала Алекс, не скрывая раздражения.

— Плохо делаешь. — грубо брякнул Питер.

— Я учусь, я никогда этим не занималась! — повысила голос Алекс.

— Учись быстрее. Я не собираюсь вечно переделывать за тебя твою работу.

— Да вы бы хоть доброе слово сказали. Мы никогда не жили в таких условиях. Как мы можем знать, как все устроено, если вы только и делаете, что грубите, а не объясняете.

— Неблагодарная девчонка! — проскрипел дед, насупившись. — Пока вас тут не было, все шло как по маслу. Вы все перевернули вверх дном.

— Да мы бы и не приехали сюда, у нас выбора не было! — закричала Алекс. — Мы честно выполняем работу, а вы считаете нас нахлебницами и неумехами.

— А это не так? Ты совершенно не уважаешь старших, постоянно скандалишь.

— Я не конфликтная, вы сами меня изводите.

— Так уезжай, кто тебе не дает? Вас насильно не удерживают.

— Питер, Алекс, хватит!

За ссорой Алекс не услышала, как в конюшню вошла бабушка. Гвен выглядела огорченной и, неизвестно, на кого злилась больше: на нее или Питера.

Алекс почувствовала себя неуютно. Все-таки бабушка — единственный человек, который принимает ее с теплом и пытается понять, и огорчать ее совершенно не хотелось.

— Заканчивайте работу и идите ужинать.