Страница 57 из 71
В этот момент все заложники полностью осознали ситуацию, подскочили со своих мест и начали аплодировать. Кто-то радостно плакал. Кто-то улыбался во все… оставшиеся зубы… В общем, демонюг окружали далеко не те эмоции, на которые они рассчитывали.
— Чёрт! — выругался Тарзан: — Нас опять неправильно поняли… Что делать?
— Ну, не знаю… нашипи на них. — пожав плечами, порекомендовал Вернидад.
— Нашипеть? Хм-м… А это идея! — Тарзан скорчил жуткую гримасу и начал неистово шипеть, словно обиженный кот, которому хозяйка случайно наступила на лапку.
— Какая прелесть! — восхитилась женщина в красном костюме: — Можно с вами сфотографироваться?
— Да твою ж мать… — обречённо выругался демонюга: — Мы не фотографируемся!
Однако, никто не желал слушать. Ксеноферов окружили практически сразу после того, как Хома связал грабителей.
— Мы секретная служба! — попытался исправить ситуацию Коул, вытирая с лица кусочек капусты из пирожка: — Нас нельзя выкладывать в сеть!
— А мы для личного хранения! — подметил школьник, неистово щёлкая демонюг на коннектор.
Коул знал, что это не так. Школьник знал, что это не так. Все знали, что это не так.
— Донаказывались… — обречённо вздохнул Вернидад: — Вот, как жопой чуял, что он того не стоит…
* * *
Отец всегда говорил мне, что у рыженьких девчонок — проблемы с «чердаком». Есть в них, что-то таинственное, забористое и с маленькой долей долбанцы, которая может раскрыться в самый неожиданный момент.
По крайней мере, так было с теми, кого я встречал на своём пути.
Сперва мне не хотелось этого признавать… НО, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, Дерек — у тебя фетиш на рыжих девах. Вот хоть ты тресни! А ничего с этим поделать не могу.
Даже если вспомнить Марику… у неё красные волосы с рыжеватым оттенком. Повлияло ли это на выбор моей «цели»? Ну, конечно!
В общем, я чётко для себя решил, что Летти мне важнее. А значит, никаких внезапных «жохен-шпохенов» с этой высокой, длинноногой, рыжеволосой, лёгкой и веселой в общении красоткой у меня НЕ БУДЕТ!!!
— Ты чего такой задумчивый? — произнесла Каролина после того, как официант принял наш заказ.
— А… Нет. До сих пор вспоминаю сегодняшний выпуск.
— Было очень весело! Особенно тот мужик с рыбой… Ты бы видел свою моську со стороны. — мило улыбнувшись, рыжуля мягко ткнула меня в кончик носа.
«Она враг, Дерек!!!» — кричало моё сознание: — «ОНА ВРАГ!!! Не ведись!!!»
Нет, конечно. Я не поведусь! Ни за что. Момо сильный… Ой, в смысле — Дерек сильный! Его таким не возьмёшь.
Мы сидели за угловым столиком «Медной сковороды» — единственного заведения в двух кварталах от Харитоновки, где бармен умел отличить односолодовый виски от тройного «хвостатого» разочарования. Первокурснику вроде меня здесь, вообще-то, полагалось робеть. Однако я был ведущим «Повелителя Адской Кухни». Человеком, чьё лицо по пятницам кричало с экранов: «ЭТО. НЕ. ГОТОВО!» Причём с такой яростью, что где-то в глубине Империи нервно пересаливали суп даже те, кто меня не смотрел.
И всё же, когда мы с Каролиной приземлились в укромном уголке, я почувствовал себя не повелителем ада, а куском теста, который вот-вот раскатают.
— Знаешь, Дерек… — произнесла она моё имя так, будто попробовала его на вкус и осталась приятно удивлена: — Я боялась, что ты не согласишься.
— Я всегда соглашаюсь. — ответил я: — Особенно, когда меня зовут столь обольстительные барышни.
Каролина тут же рассмеялась. Боже, какая прелесть… Смех у неё был низкий и тёплый. Прямо, как карамель, доведённая до той самой опасной грани, за которой начинается горечь.
— Эм-м… Ты что, нервничаешь? — поинтересовалась она, подперев подбородок ладонью.
— Ни в коем случае! Знаешь, какое давление происходит в Харитоновке? Меня трудно смутить.
— И всё-таки ты дважды переставил свой бокал.
Взглянув на бокал, я заметил, что он действительно стоит не там. Предатель.
— Это случайность.
— Пускай будет так. — мило улыбнулась Каролина: — Но… на самом деле, я заметила тебя ещё во время первого выпуска. Ты показался мне таким ярким… Уверенным. И в тоже время, таким юным. Я была крайне заинтересована тобой.
— Кхм…
— О! Волноваться не стоит. Мы же взрослые люди? — игриво подмигнула она: — Давай уберём эти противные рамки. Зачем они нужны? Лучше, расскажи о себе.
— Меня зовут Дерек. Я сирота. Долгое время отбывал срок в приюте. Но потом меня усыновил один прекрасный повар. Который, кстати, и пристроил меня в Харитоновку. И вот… Теперь я первокурсник лучшей кулинарной академии мира. А заодно — ведущий кулинарного шоу.
— Звучит, как сказочная история!
— Да. Такое иногда случается. Знаешь, когда все звёзды сходятся. Но мне очень интересно услышать про тебя.
— Меня зовут Каролина. И я рядовая сотрудница модельного агентства при «Саншайн». Родилась в обычной семье. Занималась тачками. Спортом. Иногда литературой. А потом захотела чего-то большего. И вот… Я фотомодель.
— У тебя потрясающая внешность.
— Ох… — Каролина смущённо покраснела. Причём, сделала это очень искренне.
— Что такое?
— Конечно… Мне часто делают комплементы… На улице. На работе. В компании друзей. Но от тебя они звучат… крайне непривычно.
— Мне прекратить?
— Ни в коем случае!
— Понял. Но мне бы хотелось узнать, почему среди всех — именно я? Уверен, что ты не из-за рецепта ризотто меня позвала.
— За ризотто я бы позвала кого-нибудь попроще. — она вновь превратилась в жгучую красотку и наклонилась чуть ближе: — Просто я слишком долго была заперта в клетке чужого мнения.
— Это как?
— Всегда переживала, а что обо мне подумают? А что обо мне скажут? — Каролина элегантно отпила из бокала: — Но начав работать в «Саншайн», я твёрдо убедилась в одном. Жить нужно ТОЛЬКО для себя. Хочешь что-то сделать? Сделай! Не надо сомнений. Не надо всего этого вычурного ханжества. Поэтому, когда я смотрела на тебя, то невольно задумалась… А каково это — позвать на свидание человека, который мне понравился? Не ждать первых шагов от него. Не слать намёки в личку. Просто взять и пригласить его первой! Да… Я волновалась. Но сейчас… мне совсем не страшно.
— Красиво. — улыбнулся я, понимая, насколько Каролина на самом деле коварна. Да такое от роковой красотки мечтает услышать КАЖДЫЙ мужчина. Буквально каждый.
И от этого мне стало немного не по себе. Скажу больше — меня это даже отрезвило.