Страница 22 из 82
Глава 6. Часть 1
Следующее утро в офисе началось для Аяны не с кофе, а с резкого звука вибрирующего комма. Центральный медблок прислал уведомление, не терпящее отлагательств: в связи с обновлением протоколов биобезопасности и новыми медицинскими стандартами корпорации, она была обязана пройти ежегодную иммунизацию. Проигнорировать это было невозможно — система мгновенно пометила бы её как «не соответствующую стандартам допуска».
Аяна задержалась дома, чтобы привести себя в порядок после вчерашнего вечера, но судьба внесла свои коррективы. Отправив короткое сообщение заместителю и уведомив секретаря, она поспешила в медблок. Процедура прошла штатно, но вот последствия — привычная корпоративная «вакцинация» всегда оставляла неприятный след: легкое головокружение, тянущую боль в плече и общую слабость. Большинство сотрудников, как и Аяна, считали ниже своего достоинства брать полноценный отгул из-за такой мелочи, поэтому, проглотив капсулу с обезболивающим, она направилась в офис.
Она появилась на своем этаже спустя пару часов после начала дня. Вчерашнее сияние, подаренное спа-процедурами, уступило место нездоровой, матовой бледности. Кожа казалась почти фарфоровой, а под глазами залегли едва заметные тени. Радовало лишь то, что это продлится всего пару часов, после чего метаболизм переработает коктейль иммуномодуляторов, и всё вернётся на круги своя.
Едва Аяна переступила порог, как на неё обрушился поток внимания. Коллеги, привыкшие видеть её собранной и энергичной, тут же засуетились, заметив её медлительность.
— Аяна, ты в порядке? Выглядишь так, будто всю ночь провела в офисе, не сомкнув глаз, — раздался чей-то обеспокоенный голос из-за соседнего монитора.
— Нера Аяна, может, вам стоит присесть? У вас вид совсем неважный, — подхватил кто-то другой, пока она с трудом пробиралась через ряды столов.
Аяна натянуто улыбнулась, чувствуя, как в висках нарастает неприятная пульсация от каждого лишнего звука. Она остановилась, слегка опершись ладонью о край первой попавшейся перегородки, чтобы выровнять дыхание.
— Коллеги, спокойнее, — произнесла она чуть тише, чем обычно, стараясь придать голосу уверенности. — Это всего лишь ежегодная вакцинация по протоколу центрального медблока. Вы же знаете, как наш организм реагирует на новые стандарты иммунизации. Я в полном порядке, просто нужно немного времени, чтобы прийти в себя. В конце концов, мы все проходим через это каждый год и выглядим после уколов не лучше, — она обвела взглядом коллег, в чьих глазах тут же мелькнуло понимание.
Вопросы, к счастью, начали иссякать, но шум всё равно казался Аяне избыточным. Она лишь вежливо кивала в ответ на сочувственные реплики, отмахиваясь короткими фразами. Сейчас её единственным желанием было добраться до своего кресла, включить терминал и спрятаться за привычными мониторами, чтобы хоть на время стать невидимой для этого мира и восстановить силы в тишине рабочей зоны.
Устроившись в кресле, Аяна первым делом активировала интерфейс своего рабочего терминала. Просматривая входящую корреспонденцию, накопившуюся за эти пару часов, она с тихой радостью отметила, что их проектный план был утвержден без замечаний. Тщательно выверенная структура, над которой они с командой корпели три дня перед выходными, получила «зеленый свет» — уже через несколько дней можно было переходить к самому интересному: этапу практической реализации.
Следом она открыла отчеты по недавним апдейтам виртуального пространства. Аяна быстро пробежала глазами по логам, выуживая из массива данных самое важное. Сделав несколько пометок в личном блокноте, она сформулировала для себя ключевые тезисы для будущего обсуждения — идеи, которые могли бы оптимизировать взаимодействие пользователей с объектами среды и значительно повысить плавность рендеринга. Несмотря на физическое недомогание, её профессиональный мозг работал четко, выхватывая суть из потока технической информации.
Однако время в офисе тянулось невыносимо медленно. Эффект от таблетки, принятой в медблоке, стремительно испарялся, и реакция на внешние раздражители обострилась до предела. Опенспейс, обычно казавшийся Аяне привычным рабочим хабом, теперь превратился в пыточную камеру.
Каждый звук здесь приобретал гипертрофированную резкость. Кто-то слишком эмоционально обсуждал очередной баг в коде — и его голос бил по барабанным перепонкам, как удар молота. В другом конце зала кто-то проводил стресс-тест железа, и серия резких, ритмичных звуков сигнализации в сочетании с гулом мощных кулеров заставляла Аяну инстинктивно морщиться и прикрывать глаза. Она чувствовала себя оголенным проводом под напряжением: любой шорох, любой случайный возглас коллег отдавался в висках болезненным пульсирующим ритмом, делая невозможной глубокую концентрацию.
Приняв вторую таблетку обезболивающего, она с новыми силами принялась за работу. Но шум опенспейса по-прежнему раздражал слух, пульсировал в висках и мешал формулировать мысли, разрывая их на куски.
Аяна сжала зубы, понимая, что в таком состоянии она не напишет ни строчки стоящего кода. Решение пришло быстро: она подхватила свой терминал и, стараясь двигаться бесшумно, направилась к одной из малых переговорных комнат, спрятанных в глубине коридора.
Как только дверь переговорки с шипением закрылась, отрезая гул офиса, Аяна с облегчением выдохнула. Здесь было прохладно, тихо и пахло стерильной чистотой. Она активировала систему звукоизоляции на полную мощность, превращая комнату в изолированную капсулу тишины.
Утонув в мягком кресле, она позволила себе расслабиться. Обезболивающее, наконец, начало действовать, унося с собой острую боль, и оставило после себя лишь приятную, тягучую слабость. Она полностью ушла в работу. Проектирование архитектуры виртуальных пространств требовало предельной концентрации, и теперь, когда её никто не дергал, идеи одна за другой складывались в стройную систему.
Время перестало существовать. Цифры, логические цепочки, визуальные пресеты — всё это сплеталось в единый поток, который поглотил её целиком. Она не замечала, как за панорамным окном небо сменило оттенок с утреннего на закатный, как менялось освещение в комнате. Она работала, наслаждаясь тишиной и тем, как легко давались самые сложные решения.