Страница 54 из 153
— Отправь меня на «Мир-3»! — попросил Орлов.
— Это не я решаю, Гена, — сказал Владимир. — Приходи на следующее заседание ГКО — выработаем решение. Да и зачем тебе туда? Чихоткина уже не переплюнешь — его видел весь мир.
Трансляция велась также и по всем советским спутниковым каналам и официальным каналам союзных стран, с синхронным переводом — точно не известно, сколько у неё было зрителей, но ожидалось, что будет около сотни миллионов дополнительно.
— Да и бог с ним, с Чихоткиным, — ответил Орлов. — Посмотрев трансляцию, я понял, что скучаю по орбите.
— Ну, посмотрим, что получится сделать, — произнёс Жириновский. — Если ГКО одобрит и пройдёшь по здоровью — почему нет? Лично я не возражаю. А жена что об этом думает?
— С ней я уж как-нибудь договорюсь, — сказал Геннадий.
— Ладно, хорошо, — ответил на это Жириновский. — Ты где сейчас?
— Дома, — сообщил Орлов.
— Если не занят, то приезжай к Дому Правительства — я скоро выеду, — попросил Владимир. — Возможно, поймаем Штерна и обсудим с ним твою просьбу.
— Замётано! — обрадованно воскликнул Геннадий. — Я выезжаю! До встречи!
— До встречи, Гена, — сказал Жириновский и завершил вызов.
Стоило ему положить телефон на стол, как он снова начал исполнять гимн.
— Алло, — ответил он на вызов от маршала Язова. — Здравствуй, Дмитрий Тимофеевич…
*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 31 мая 2003 года*
— Так, они это серьёзно? — спросил Владимир. — Референдум?
— Организация выглядит очень серьёзно, — ответил Гаськов. — Они перешли от болтовни к делу.
— Вот подонки… — произнёс Жириновский и включил видеостену.
Первая программа ЦТ уже показывает кадры из Варшавы — на улицах польских городов митинги, собравшие сотни тысяч людей, а кое-где уже начались беспорядки.
— … требуют от властей проведение референдума о выходе из договора о нейтралитете, — продолжала Екатерина Андреева освещать происходящее. — Напоминаю, что договор был подписан польской и советской сторонами 11 февраля 1991-го года — он закрепляет нейтральный и внеблоковый статус Польской Республики. Наиболее ярыми противниками договора были сторонники и члены профсоюза «Солидарность», пытавшиеся организовать референдум…
Польские националисты говорят о необходимости выхода из договора о нейтралитете уже десятый год подряд, но дальше разговоров дело никогда не уходило. До прошлой недели.
Профсоюз «Солидарность», который уже давно наводнён националистами разного толка, обрёл особую популярность в последние три года, на фоне экономического спада Польши.
В 90-е годы он отметился серией массовых забастовок, призванных повлиять на правительство, но после перехода на рыночную экономику польские финансовые круги планомерно снижали влияние «Солидарности», так как это инструмент, которым не должен обладать никто.
Но дискурс сменился, поэтому «Солидарность» вновь на коне и теперь успешно раскачивает народ.
— Они всё так же рассказывают всем о наших экспансионистских планах? — уточнил Жириновский.
— Разумеется, — подтвердил Гаськов.
В Восточной Европе сейчас очень популярна теория, что СССР никуда не ушёл, а лишь взял время на передышку и всё указывает на то, что он уже передохнул.
Обоснование у этой теории интересное: за советской экономикой пристально следит весь мир, поэтому всем известно, что СССР активно индустриализирует союзные страны, которые потом экспортируют необходимые ему товары, что указывает на то, что он уже исчерпал пространство для интенсивного развития.
Это значит, что у него осталась только одна опция — экстенсивное развитие. А для экстенсивного развития нужны новые территории.
Согласно теории, Советский Союз вот-вот «доест» союзные страны, что практически гарантирует вторжение в страны Восточной Европы, так как они являются логичной и легкодоступной целью. А это возвращение коммунизма, плановой экономики, Маркса, Энгельса, Ленина и, возможно, Сталина — этим-то и стращают своё население местные элиты.
В Минобороны СССР, конечно, есть планы по вторжению в страны Восточной Европы, но реализовывать их никто не собирается, ведь теоретики-конспирологи, случайно или намеренно, упускают очень важный момент — экономика СССР, в этом году, обещает вырасти на 12,7%, то есть, потенциал интенсивного развития очень далёк от исчерпания. Это значит, что вторжение лишено какого-либо экономического и политического смысла.
А ещё они отказываются понимать, что именно Советский Союз делает в союзных странах и ради чего — индустриализация и перевод производства части товаров в союзные страны не являются признаками империализма, так как СССР делает это для высвобождения части своих производственных мощностей для более важных проектов. Будь это вывозом капитала, всё выглядело бы совершенно иначе — ни один капиталист не будет проводить полноценную индустриализацию стран, в которые вывозит свой капитал.
Но эта теория слишком выгодна правящим элитам Польши, Румынии, Чехословакии и прочих стран, так как очень красиво и почти непротиворечиво рисует картину неминуемого советского вторжения.
Профсоюз «Солидарность» ведёт свою агитацию, опираясь именно на эту теорию — этим он мотивирует жизненную необходимость присоединения Польши к НАТО.
— Нужно предупредить их, что вступление в НАТО будет иметь тяжёлые последствия, — сказал Жириновский и перевёл взгляд на министра внешних отношений. — Александр Александрович, нужно отправить Польше ноту. Они не понимают, насколько опасную игру затеяли.
— Отправим в течение часа, — ответил Бессмертных.
— У нас есть план действий на случай выхода Польши из договора? — спросил Виктор Штерн.
Жириновский перевёл изображение с компьютера на видеостену и открыл серверное хранилище документов. Он ввёл в поисковую строку ключевые слова «Польша» и «НАТО». Нашлись четыре документа, оказавшиеся редакциями одного плана. Владимир выбрал самый последний по дате — от 8 июля 1997 года.