Страница 72 из 87
Доли быстро, как только могла, оторвала будто скованные льдом ноги от земли и засеменила к входной двери, потом – к стойке, за которой, склонившись над гостевой книгой, стояла Мэйвен. Её волосы выбились из неряшливого пучка, а одна из пуговиц на мятой рубашке болталась на нитке. Закончив с записью, она подняла на Доли уставшие глаза.
– Ох, – удивлённо вздохнула она. – Выглядите примерно так же, как я себя чувствую.
Доли провела пальцем по бугоркам шипов на голове Эвви и её рожкам, чтобы успокоиться.
– Я просто хотела навестить родителей. Не подскажете, где их комната?
– Вы там ещё не были? – Мэйвен в недоумении склонила голову.
Удивление с её стороны было понятно: это выглядело странно. Но за всё время пребывания родителей в Аденашире столько всего случилось, что как-то не представилось возможности.
– Загруженная была неделя, – прокашлялась Доли. Она заметила, что внимание Эвви привлекла стеклянная вазочка с мятными леденцами на стойке.
– Не поспоришь. – Хозяйка трактира понимающе кивнула. Она назвала Доли номер комнаты и указала дорогу.
– Спасибо! – Дварфийка взяла одну конфету, развернула фантик и протянула её Эвви со словами: – Не проси больше. Тебе найдётся чем перекусить, когда мы пойдём на обед.
Эвви энергично закивала, разгрызая леденец. В мыслях послышалось:
Ладно
.
Обогнув стойку, Доли вышла в коридор, повернула налево, затем, пройдя ещё немного, направо, и остановилась как раз перед дверью с табличкой «120». Ниже был вырезан такой же подмигивающий козёл, как и на входной двери. Доли постучала. Пару мгновений стояла тишина, затем раздались приглушённые шаги. Ручка повернулась, и дверь открыла Джингрилин.
– О… – В голосе прозвучало удивление, но в складках у рта пряталась досада. – Я думала, это сотрудник трактира.
Доли приподняла бровь и пожала плечами.
– Всего лишь я.
– Еду принесли? – послышался голос Ульдрика откуда-то из глубины комнаты.
Джингрилин, облачённая в тёмно-синее бархатное платье с золотой вышивкой на рукавах, распахнула дверь пошире, открывая взору Доли довольно уютную комнату.
– Нет, это наша дочь. Без завтрака.
В комнате стояла большая кровать с балдахином, застеленная белым пуховым одеялом. Солнечный свет струился через два больших окна, выходящих во внутренний дворик с садом, где выращивали некоторые продукты, которые после отправлялись на кухню трактира. Наступили прохладные месяцы, и поросль поредела, но кое-где цвет зелени оставался таким же сочно-зелёным.
Отец Доли сидел в большом кресле, обитом красной тканью, с резными деревянными ножками в виде львиных лап. Те были вырезаны с таким мастерством, что казалось, будто кресло вот-вот оживёт и начнёт расхаживать на этих лапах по комнате. Дварф как раз читал книгу, которую взял с книжного стеллажа у себя за спиной.
– Ох, заходи-заходи. – Отец отложил книгу на приставной столик и улыбнулся. – Решила навестить нас перед отъездом?
Пользуясь возможностью, Эвви вылезла из обвязки и облетела комнату, после чего приземлилась на одну из балок, на которой висел балдахин. После слов Ульдрика где-то в животе Доли ощутила лёгкий укол чувства вины. С её родителями было непросто поладить. Это факт. И Доли только усложнила себе задачу, поскольку не установила надлежащих границ в общении.
– Да, – ответила она, проходя в глубь комнаты. – Это ваш последний день здесь, и я пришла, чтобы пригласить вас пообедать со мной и моими друзьями в пекарне.
Мать закрыла за ней дверь и неуверенно протянула:
– Ну… после прошлого раза…
Однако Доли вытянула руку, жестом прося мать дай ей высказаться, и Джингрилин замолчала.
– Мама, нам нужно поговорить.
Глава семьи Баттербэкл упёрла руки в бока и бросила взгляд на мужа.
Тот лишь пожал плечами:
– Наверное, это хорошая идея.
Доли прикусила губу и подошла к кровати. Она присела на самый край и повернулась лицом к родителям. В какой-то момент ей захотелось спрятать свои истинные чувства поглубже, сказать, что всё в порядке. Солгать. Но это было бы ошибкой. Дварфийка посмотрела на Эвви, которая по-прежнему сидела на самом верху и облизывала свои лапки после кекса и леденца. Заметив её взгляд, драконица подмигнула Доли.
Я справлюсь
, сказала себе Доли и, наконец, заговорила.
– Мы очень разные, – начала она, а затем совершила ошибку, взглянув на свою мать, которая так и осталась стоять у двери, скрестив руки на груди и надменно надув щёки. Доли поспешила перевести взгляд на картину за спиной Джингрилин – пейзаж, изображавший безмятежное пастбище и пасущихся овец. По какой-то причине мать не стала её перебивать, и тогда Доли продолжила: – Я не знаю, как ты на самом деле к этому относишься… Но я с этим свыклась. Я это принимаю. Меня никогда не интересовало семейное дело, им могут заняться Бруделла и Вуригрет. Тем более им, кажется, правда нравится и сам процесс добычи камней, и драгоценности, и характерная для дварфов магия и всё такое. А мне нравится быть здесь, в Аденашире. Мне понравилось участвовать в Турнире пекарей. Я люблю шить и моду. Я люблю читать романы и не боюсь в этом признаться! – Доли нашла ободок чашки, пристёгнутой к поясу, и провела по нему пальцем, набираясь смелости говорить дальше. – Мне нравится моя чайная магия. Это часть меня… Часть той, кто я есть. И я устала притворяться той, кем я не являюсь. Я могу быть очень жизнерадостной и весёлой, но я не могу быть такой всегда. Иногда я расстраиваюсь и злюсь. И я не хочу притворяться, что меня нисколько не обижает, когда ты или кто-то другой унижает или недооценивает меня. – Она наконец перевела взгляд на родителей. – Я люблю вас такими, какие вы есть, – несовершенными, – и просто хочу того же в ответ.
Джингрилин спрятала руки в карманы платья с таким кротким выражением лица, какого Доли никогда у неё раньше не видела.
– Мы с твоей мамой как раз обсуждали кое-что с этим связанное, – подал голос Ульдрик, спрыгивая с кресла. – Что у тебя была и другая причина, по которой ты избегала общения с нами всю эту неделю, помимо забот об этой малышке. – Он посмотрел на Эвви.
– Как бы я ни хотела, чтобы ты пошла по нашим стопам и осталась в Дандес-Хайтс, – продолжила за мужем Джингрилин, – ты устроила свою жизнь здесь. И Сарсон кажется довольно приятным. Он не пожалел ни времени, ни сил, чтобы помочь тебе, когда Эвви пропала.
Доли сглотнула. Она никак не ожидала, что этот разговор пройдёт так гладко.