Страница 57 из 87
– Нам пора. – Фенека решительно провела Доли мимо Джингрилин, которая, разинув рот, наблюдала за происходящим, и распахнула дверь. Джез втолкнула Доли внутрь и жестом поторопила озадаченных родителей подруги. Мужчина поднялся по ступенькам, собираясь последовать за ними, но Джез оскалила зубы и угрожающе зарычала.
– Это же простой интерес! – возмутился тот, прежде чем дверь захлопнулась у него перед носом.
Джингрилин фыркнула.
– Ну и наглость. Эвви должна остаться в семье.
Доли нахмурилась.
Что она имеет в виду?
Уточнить этот вопрос у матери она не успела, поскольку из-за книжного стеллажа показался Вердрет. Орк поправил очки на переносице.
– А, это вы. – Он присмотрелся к Доли. – Что-то не так?
Дварфийка крепко держала Эвви, которая уже более чем наполовину вылезла из обвязки. И молчала. У Доли скрутило живот от страха: не слишком ли рано она в открытую показалась с Эвви на улице?
Это определённо было ошибкой.
– Какой-то мужчина предлагал купить Эвви, – бросила Джез, прислонившись к дверному косяку и небрежно указывая большим пальцем в окно.
Вердрет внимательно окинул взглядом улицу.
– Кто? Я никого не вижу.
– А ведь мы так приятно проводили время… – проворчал Ульдрик и перевернул вверх дном сумку, с которой ходил на рынок. Та оказалась пустой.
Доли тяжело сглотнула и выпустила драконицу из хватки. Эвви мгновенно расправила крылья и взлетела. Она приземлилась на верхушку самого высокого книжного стеллажа, тут же подняла заднюю лапку и принялась её вылизывать.
– Я не видела его раньше, – сказала Доли. – Мне показалось, он откуда-то с юга.
Вердрет поджал губы:
– Ну… Кажется, он ушёл.
В горле Доли встал ком. Всё, чего ей сейчас хотелось, даже сильнее, чем раньше, – это побыть одной.
– Нет такой ситуации, которую не смог бы скрасить сытный обед. – Ульдрик приобнял дочь за плечи и повёл к лестнице.
Собравшись с духом, Доли махнула Эвви, чтобы та последовала за ней, и, к счастью, драконица послушалась. Дварфийка задержалась лишь для того, чтобы описать человека Вердрету:
– Он был высоким, худым, светловолосым и одет в синие льняные брюки. Если попытается войти…
Орк кивнул, продолжая внимательно смотреть в окно.
– Я не позволю ему пройти дальше.
Зная, что Вердрет сдержит своё слово, Доли поднялась по лестнице вместе с родителями и Джез.
– Здесь… уютно, – окинув убранство квартиры взглядом, сказала Джингрилин без особой уверенности в голосе. Доли скрипнула зубами. После омерзительного предложения незнакомца выкупить Эвви её нервы были на пределе.
Мать заметила уродливую вазу на столе:
– Это ваза Торраса?
Доли кивнула:
– Да, она из сундука с наследством.
– О, очень мило, – протянула Джингрилин. Она прошла прямо в центр гостиной и медленно покружилась на месте, осматриваясь. – Я полагаю, это всё?
– В тесноте, да ближе к кухне, – хмыкнула Доли, даже не стараясь спрятать саркастичные нотки. На деле ей очень хотелось сказать что-нибудь более колкое.
– Это сюда? – Отец либо не заметил иронии дочери, либо ему было всё равно, так как он уже подошёл к кухонному столу. – Ты говорила, у тебя есть холодильный ящик?
Эвви приземлилась неподалёку и издала протяжную трель. Видимо, она тоже была готова пообедать.
Джез молча достала буханку хлеба и нож, затем всучила их Ульдрику.
– Нарежьте. – Она ногой придвинула к столу табурет Доли. – Можете встать сюда.
Дварф в замешательстве склонил голову набок, но быстро пришёл в себя. Послушно забрался на табурет и принялся за работу, пока фенека открывала холодильный ящик и доставала оттуда мясо и сыр.
Доли повернулась к матери.
– Да, мама, квартира небольшая. Но я здесь счастлива. Честно говоря, я счастлива как никогда в жизни. – Но это утверждение было правдой лишь наполовину. В Аденашире Доли чувствовала себя свободнее, однако это не стёрло из её памяти годы, которые она прожила, скрывая себя настоящую. Ей до сих пор казалось, что если она покажет себя такой, какая она есть, без масок, то её истинное лицо не всем понравится.
Джингрилин наморщила нос.
– Я готова признать, что мы с твоим отцом сегодня хорошо провели время на рынке, – она снова огляделась, – но как
это место
должно сделать тебя счастливой в долгосрочной перспективе? Вот твои сёстры…
– Я не хочу ничего о них слышать! – резко перебила Доли. Эвви испуганно взвизгнула и взлетела под самый потолок.
– Долгрила!.. – Мать строго свела брови к переносице.
– Нет! – Доли топнула ногой. – Знаешь, мы так хорошо провели сегодня время, но вам обязательно было прийти сюда и всё испортить. Все, кроме меня, оправдали ожидания. Я устала изображать радость и притворяться, что меня не задевают чужие слова.
Её мать открыла рот, но Доли не дала ей возможности и слова вставить.
– Я не хочу возвращаться в Дандес-Хайтс. Мне всё равно, чем занимаются Бруделла и Вуригрет, как они идут по семейным стопам в ювелирном деле, мне всё равно, сколько золотых монет в год они зарабатывают и сколько внуков они подарили.
Краем глаза Доли заметила, что отец застыл на месте, не дорезав до конца хлеб. Джез, достав запечённого цыплёнка, тоже не двигалась.
Джиндгрилин упёрла руки в бока, надула щёки и в принципе выглядела так, словно вот-вот перейдёт на крик.
– Мы с твоим отцом просто пытаемся тебе помочь, – процедила Джингрилин, воспользовавшись сделанной дочерью паузой.
Но в ответ на её слова в груди Доли вспыхнул гнев. Она схватила со стола дедушкину уродливую вазу и перевернула её вверх дном – увядшие цветы тотчас выпали на пол, и остатки мутной воды растеклись по дереву. Доли подняла вазу над головой.
– Она же часть твоего наследства! – Ульдрик широко раскрыл глаза.
– Именно, – прорычала Доли, немного отведя руки назад.
– Ты не посмеешь, – зашипела Джингрилин. – Это семейное наследие.
– Хочешь проверить? – Доли лишь крепче сжала горлышко вазы.
Джез двигалась быстро, как молния. Она в одно мгновение обошла стол, по-прежнему держа цыплёнка в руках.
– С обедом покончено, – объявила она.
– Но мы же ничего не поели, – простонал Ульдрик, неловко проглотив последний слог, поскольку Джез вдруг схватила с доски пару ломтиков хлеба, которые он успел отрезать, и всучила ему их вместе с целым цыплёнком.
– Я думаю, вы за сегодня уже достаточно поели. – Доли вскипела от злости.