Страница 12 из 144
Личный сыск ему никто не запретит. Или, как шутят опера, личную сиську. Специальных средств, без которых детективы XXI века не представляют работы, здесь нет в помине. Элементарную прослушку помещения не организовать. Прослушку телефонных переговоров — проще, а толку? У фигурантов, коими интересуется милиция, телефонов нет, или чуть что: «Маня, зайди вечерком, это не телефонный разговор».
Столь же напряжённо с агентурной работой. Это в Минске хватает криминального контингента, хватай на компре и вербуй себе на радость. В Мядельском районе все судимые — почти сплошь за бытовуху или пьяную хулиганку. Если спёр что-то по дурости и сел, то по выходу пашет в колхозе от безысходности, беспаспортный и невыездной, потому что паспорта колхозникам вручать только начали, и то по личному распоряжению Гагарина, закончат, наверно, в 1970-х, до тех пор они — что крепостные. Агентура из них как из говна пуля.
Чуть лучше с доверенными лицами. Участковые дружат с бабками, чьё всевидящее око, пусть с ослабленным годами зрением, замечает многое. Порой эти вредные сущности, лузгающие семки на лавках у забора, работают лучше, чем электронные камеры наблюдения. Но в агенты их не запишешь. Так, наушничают на общественных началах и от избытка вредности.
К сожалению, ночь загоняет бабулек по домам. Кто входил к убитой Софье Львовне в ночь её кончины, не подсмотрели. Явно знакомый, кого впустила сама. Следов взлома нет. А уж кто более знаком, чем Кондратович! Теперь этот ночной гость решил расправиться и с лейтенантом, не найдя ничего более подходящего, чем поджог.
Леонид поделился соображениями с Игорем, когда его супруга окончательно отчалила хлопотать по хозяйству.
— Всё верно. Больше ничего интересного в Минске не стряслось?
— Кроме ма-аленького инцидента. Меня повязали орлы из КГБ, поставили ультиматум: служить в прокуратуре под их опекой или сесть в тюрьму. А в тюрьму я не хочу.
Он поведал о грядущем усилении отделов по борьбе с милицией.
Саевич аж за башку схватился.
— То есть будут следить за каждым нашим пердежом?
— Именно. Раньше это называлось «надзор за следствием и дознанием». Сейчас за любой деятельностью людей в милицейских погонах.
— Может, и правильно, — согласился капитан. — Давно пора прижать подобных Васечкину. Но поверь моему слову, самые ушлые и скользкие вывернутся как всегда. А отчёты надо писать, ментов сажать, об успехах рапортовать. Начнут хватать — кто под руку подвернётся. Таких как я или Силантьевич. Вовремя убегаешь.
Они попрощались, угроза отстегать в баньке веником улетучилась как-то сама собой. Дома Леонид достал и тщательно выгладил форменные синие китель, брюки и рубашку, начистил сапоги. Прибыв в Мядель, надевал их… примерно никогда. Опера получили привилегию болтаться в штатском, чем неизменно пользовались. Сейчас намеревался формой подчеркнуть: я вновь и по праву нахожусь в гордых рядах советской милиции.
Вечером забрался в уединённое местечко на берегу озера Мястро, в июне вода уже прогрелась на мелководье, искупался вдоволь, снимая стресс. Посадить или расстрелять ему больше не угрожают, а вот сжечь заживо — всегда пожалуйста. Какая интересная стезя!
Что приятно, в эти годы купальщикам Нарочанского края не угрожал церкариоз. Если бы окунулся в озеро в 2026 году, быстро покрылся бы пятнами словно леопард-мутант. У прошлого свои преимущества, а жизнь опасна и там, и там.
Еще больше бесплатных книг на https://www.litmir.club/