Страница 68 из 130
– Устроил мордобой и избил напарника, который «оскорбил честь его семьи», до потери сознания. Едва не убил, чудом спасли. Кьестен де Торн отправил Тавиана в карцер на пару месяцев. Смирение и одиночество – лучшие учителя. Особенно для таких неразумных самоучек…
Это было неудивительно. Тавиан, как и я, вполне мог вспылить: у нас на юге не были редкостью дуэли и драки между мужчинами, а уж оскорбить честь семьи и прилюдно унизить мать – это был более весомый повод ввязаться в бой.
Забавно, какой получается парадокс! Я прибыла сюда как дочь отверженной богами, слабой женщины, не наделённой магией – и могла бы считаться отбросом общества, но именно мне достался дар огня, выжигающий всё вокруг, и все тут теперь обязаны со мной считаться.
Ирония Четырёх богов – не иначе!
– Моя мать натерпелась немало от магов, что пришли двадцать лет назад на наши земли. И мой брат имел полное право защищать её честь. Ясно?
– О, ясно. – Глаза Ильхаса весело сощурились, предвкушая новую игру. – Разумеется. Как и то, что вы оба не умеете выбирать тех, кому стоит верить.
– Да неужели?
Ильхас приподнял кружку, изображая, что поднимает тост.
– В одном из заданий Тавиан выбрал в напарники некого сентара де Ларса, знаешь такого? Удивительно, что целитель стал причиной жестокой травмы.
– При чём тут Бьёрн?
– Скажем так, ходят слухи, кое-кто не терпит, чтобы его авторитет ставили под сомнение. Особенно тот, кто не боится говорить правду. Бьёрн… он умеет выглядеть образцом преданности и чести. Однако кто-то тогда явно был виноват.
Я напряжённо замерла, чувствуя, как огонь ползёт по венам и разгорается в очаге, рискуя опалить каждого, кто подойдёт слишком близко.
Мог ли Бьёрн и впрямь предать моего брата? Или подставить так, чтобы Тавиан пострадал. Словам Ильхаса верить не хотелось, но он быстро перевёл тему:
– Но тебе, в отличие от твоего брата, можно большее простить… – добавил вдруг Ильхас совсем другим тоном.
– Потому что мой дар связан со стихией?
– Потому что ты – красивая девочка, – широко улыбнулся Ильхас моей недогадливости. – И можешь найти себе защитника…
– Например, тебя?
– Например, меня.
Есть у меня уже один «защитник» родом с севера, такой же светловолосый и нахальный. Который обещает помощь и сводит с ума.
Я медленно выдохнула, чувствуя, как огонь, до этого момента держащий со мной тесную связь – такую тесную, словно часть моей руки уже принадлежала обжигающему пламени, – наконец отступил. Или я сумела вовремя восстановить контроль над границами своего тела и разума.
Пусть Ильхас считает себя моим защитником, если ему так угодно. Пусть только посмеет тронуть. А я хоть немного потяну время, чтобы выяснить всю правду о том, что происходило здесь несколько лет назад.
– Держи, это вкусно. – Ильхас протянул мне свою кружку.
– Что там? – подозрительно отстранилась я.
– Мы зовём это «Глоток вечности», – хмыкнул он. – То, что пил сам Сиркх в отшельничестве. По рецепту наставника, но мы сами варим. Это не просто напиток, это прикосновение к самому фундаменту бытия. – Несмотря на пафос, голос его звучал серьёзно, как он умел. – Пей. Не умрёшь.
Я готова была сдаться. Ещё и Мэй, остановившись неподалёку, жестами и взглядом дала мне понять, что стоит пойти навстречу. В конце концов, я же зачем-то пришла на этот вечер – не для того, чтобы драться и со всеми спорить?
Забрав из рук Ильхаса кружку, я сделала большой глоток обжигающе-горячего напитка, похожего на прогретый мёд со специями, ягодами и каким-то ещё травяным настоем. От обманчивой сладости, за которой пряталась горечь дурмана, повело голову.
– Кажется, будто мир замедляется, не так ли? – с любопытством смотрел на моё лицо Ильхас, и в полумраке огонь плясал на его лице со зловещей предопределённостью. – Всё становится… прочным, основательным. Как будто под ногами не каменный пол, а сама вечность.
Я осознала, что почти забыла вкус хорошего вина, которым меня, как уже взрослую, угощали в доме. Самую малость, чтобы разделить со всеми торжество. Вино, привезённое из Аркетара, было кисловатым, но терпким. А этот напиток казался простым, как крепкий травяной чай у ведуньи. Язык жгло, захотелось закашляться, но я сдержалась.
– За императора, – проговорила Тьяра, поднимая вверх свою кружку. – Во имя Четырёх богов!
– За императора. – Ильхас прихватил ещё одну кружку, которую ему передали от очага – от новой порции даже поднимался в воздух пар.
Он пригубил, глядя мне в глаза с ожиданием.
– За императора, – буркнула я, пытаясь, чтобы мой голос прозвучал как можно более вдохновлённо – но не удержалась от того, чтобы сощуриться в ответ.
Мэй, глядя на меня из полумрака, удовлетворённо кивнула, но какая-то быстрая тень промелькнула у неё на лице.
Письмо Тавиана № 4
Привет, Бьёрн.
Последние вести не радуют, волнения ширятся.
В Сел-Каре повесили стражника за то, что он прикрыл беглого преступника-дархана. Эмиссары императора пока молчат. Говорят, Его Величество занят Севером, но кажется, Юг сыплется быстрее. Что-то происходит повсюду. Если всё сдвинется, мы будем первой целью, говорю тебе.
Тавиан.
P.S.
Спасибо, что рассказываешь о Кейсаре. Сколько раз она уже пообещала тебя прибить? Думаю, скоро ты обойдёшь в этом даже меня, верно? Знаешь, у нас в роду с огнём не шутят, а ожоги долго заживают даже на целителях.
P.P.S.
Я не злорадствую, просто предупреждаю.
P.P.P.S.
Никогда не думал, что напишу это, но… знаешь, даже немного соскучился по кудрявой бестии.
Щёлкни её по носу за меня.