Завтра я стану огнём

– Если я рухну на поле, это будет очень показательно… – Я горько усмехнулась, чувствуя себя выжатой до дна. – Но мне надо сказать тебе кое-что…

– Не бойся, – тихо выдохнул он. – На этот раз я среди судей. – Бьёрн говорил медленно и отчётливо, будто хотел поделиться со мной хоть крупицей своей силы. – Мне позволили следить за ходом событий.

Он взглянул на меня так, как только он умел – внимательно, мягко, но предупреждающе. И я поняла: не сейчас. Вопросы – потом. Здесь, среди стражи и чужих ушей, слишком опасно говорить и полслова.

Я напряжённо кивнула. Надеюсь, присутствия Бьёрна будет достаточно, чтобы никто из заговорщиков не сделал ничего опасного во время игры.

Гонг без всякой жалости возвестил начало новой игры. Я двинулась к своей команде медленно, как будто во сне, с трудом ощущая землю под ногами, и замерла, оглядывая знакомые лица. Упрямое лицо Ильхаса, сжатые губы, напряжённая челюсть. Взгляд Тьяры – недоверчивый, но в нём было то, что я особенно ценила сейчас: беспокойство. Арден кивнул с чуть поднятой бровью – подбадривающе, по-дружески, как будто мы готовились не к войне, а к сцене в спектакле.

Равенс и Аиша держались в стороне. В их жестах, лицах не было ни тени воспоминания о нашей недавней встрече в подземелье. Они были просто игроками. Просто членами команды. Просто… слишком хорошими лжецами.

Серьёзно?.. Типичное испытание дарханов в этом монастыре. Император превратил игру в поле сражения, где мы должны доказать, что достойны доверия, и Ойренахта перестала быть игрой. Особенно теперь, сразу после суда, будто так и должно быть – никакого времени на восстановление, на размышления, на дыхание. Только новый этап, и на нём я лишь одна из фигур, которую двигали по игровому полю Четверо богов.

Не стал ли этот ход способом заманить «короля» – императора – в ловушку и захватить, как захватывают зелёный камень в тафле, окружая его чёрными – тенями с четырёх сторон? Словно невидимые пальцы со знамёнами Покровителя уже скользят по полю, расставляя сеть тонких, почти незаметных, но смертельных капканов.

Действительность расплывалась. После бессонной ночи, дурманящей встречи с бородатым, суда, речи Сиркха, всего этого света, грома и тишины – я чувствовала себя, как героиня чужого сна.

– После… гибели Кьестена, – напряженно начал Ильхас, – я остаюсь капитаном и главой нашей команды. И я хочу, чтобы каждый из вас это понял: это перестало быть просто игрой. Ни шуточек, ни безопасных ходов. Каждый из нас должен идти до конца. Мы не имеем права проиграть – не после всего. Мы задолжали эту победу Кьестену де Торну. Да и император хочет увидеть сильнейших из магов!

Он говорил без привычного задора – ровно, тяжело, как человек, взваливший на себя больше, чем рассчитывал. Тот Ильхас, которого я знала до этого, мог фыркнуть, вставить шпильку или сделать вид, что всё происходящее – лишь очередная проверка дарханов. Но этот был другим, серьёзным до дрожи, говорил твёрдо, почти жёстко, и будто всё ещё не хотел верить, что Кьестена больше нет.

– Я хочу быть одним из защитников, – предложил Равенс, разминая плечи.

Хочет прижать меня к стене?

– Может быть, я могу пойти в тени? – тут же произнесла я. – Я не справляюсь с задачей защищать базу. Плохо вижу соперников.

Удивительно, но мысль быть рядом с Ильхасом и Тьярой сейчас казалась почти спасением. Эти двое, несмотря ни на что, точно стояли на стороне императора. А значит, хотя бы в этой партии никто из «своих» не воткнёт нож в спину. Хотя едва ли это сильно поможет в игре, где проверка границ и внедрение на территорию противника – основная задача!

Но вмешался Арден:

– Я буду защищать и базу, и тебя. Тем более, – он бросил взгляд куда-то вверх, в сторону, где за деревьями угадывались наблюдатели, – теперь обещали отследить каждое нарушение. Мы все под надзором.

Ильхас коротко кивнул и, ни у кого больше не спрашивая, расставил всё по местам:

– Равенс заменит Эрина в защитниках, Эрин, пойдешь в тенях рядом со мной, если что – просто помешай противникам пробежать мимо, благо ты у нас для этого достаточно внушительный. – В лёгкой поддёвке Ильхаса не было издевательства, и в этой шутке он даже умудрился заставить целителя фыркнуть. – Остальные – по местам.

Голос нашего капитана звенел от напряжения, хоть он был и одним из лучших на практиках по управлению словом. Но сейчас ставки были так высоки, что это чувствовали все. И играть в команде с той, которая едва доказала свою невиновность…

Ильхас заметил мой взгляд и, подойдя ближе, схватил в объятия и многообещающе прошептал:

– А после игры ты мне всё расскажешь – что случилось с Кьестеном и почему.

От него пахло жаром и потом, но не противно, а от тепла его тела шла живая, буйная энергия, которой я так и не научилась пользоваться. Я замерла, не зная, как дышать.

И ведь пыталась рассказать всё ещё Бьёрну! Но упрямые дарханы, к которым он принадлежал, похоже, считали, что им не нужны мои пустые слова и они разберутся со всем сами. Что ж, посмотрим. Вдруг я их недооцениваю?..

Не посмеет же Равенс сделать что-то прямо во время игры?

– Хорошо, – пробормотала я, чувствуя себя в объятиях Ильхаса так, словно он больше не враг.

Я горько усмехнулась сама себе. Как бы меня ни тянуло к Бьёрну, он казался с каждым мгновением всё более недосягаемым. Словно пропасть между нами ширилась, и раскол, вбитый Кодексом дарханов, их дурацкими правилами, отталкивал нас друг от друга.

А Ильхас – дерзкий, самоуверенный, но настоящий и упрямый, и как будто готов на большее ради меня, от которой едва не отвернулся весь Сеттеръянг.

Может быть, даже Бьёрну так было бы лучше?! Чтобы я оставила его в покое и не ломала судьбу, заставляя раз за разом спасать и преступать границу, которую нам очертили.

– Я обязательно всё расскажу, если останусь жива, – прошептала я Ильхасу едва слышно, чувствуя, как подкрадывается смертельная усталость. Можно ли ему верить?! Хоть кому-то сейчас можно?.. Я уже ни во что не верила. – Просто давай выиграем.

Мы разошлись по полю, и я цеплялась к Ардену, надеясь, что его хмурое молчание и тяжёлое дыхание – это лучшее укрытие от разговоров, которых я не хотела. Было страшно остаться с Равенсом наедине.

Обсудили, кто и где будет защищаться от врагов, проникающих на новую базу – на сей раз Искра тихо мерцала в расщелине между скал, а мы распластались за двумя валунами неподалёку.