Страница 106 из 130
– Иногда я думаю… что, если моя магия – не дар богов?
– А что же? – Бьёрн приподнял брови.
– Если она так разрушительна. Даже по отношению ко мне. Стоит ли давать ей волю и доверять, учиться управлять. Вдруг это и правда вовсе не дар…
– Ты говоришь так, как думает твоя мать, верно? – Он повел плечами.
– Ты знаешь, что случилось между ней и генералом ди Арстоном? – спросила я прямо.
– Тавиан один раз упомянул его имя, но это не то, что он хотел мне рассказать. Я не знаю подробностей, но не хочу, чтобы ты говорила, если тебе больно об этом думать.
– Генерал ди Арстон пришёл в наш дом, в поместье моей матери, когда ей было двадцать. Отца похитили, забрали к себе маги во время переворота, потому что он пытался оказать им сопротивление, а маму оставили как единственную наследницу. Вальдер силой, по праву мага, заставил её выйти замуж… издевался и унижал, пытаясь сломить её дух и подчиниться воле Сиркха. – Я продолжала говорить на энарийском, будто это было безопаснее. – Это продолжалось до тех пор, пока мой отец не помог ей услышать собственный голос. Моя мать, Ясмин ди Корса, сожгла весь урожай тростника с плантаций, которые Вальдер был должен контролировать, и он ушёл.
– Так вот почему твой дух связан с огнём. – Бьёрн невесело хмыкнул. – Мне жаль, что это случилось. Но боги ни к чему не ведут напрасно, и в наших поражениях и испытаниях – истоки новой силы. Даже Сиркх пережил немало, прежде чем стать императором. Без лишений это невозможно, увы.
Бьёрн протянул мне ладонь, и я, поколебавшись всего мгновение, осторожно приняла её, ощущая, как его пальцы уверенно сжимаются вокруг моей руки, притягивая ближе, заставляя подняться и встать перед ним между разведённых ног. Мы снова оказались слишком близко, так, что его дыхание касалось моей щеки, а тепло его тела пульсировало совсем рядом.
Он опустил мою руку вниз, легко сжал пальцы, но я не отступила, подалась ближе, почти касаясь его грудью, и шепнула, ощущая, как голос дрожит от напряжённого ожидания:
– А ты… ты правда пойдёшь на всё ради императора, Бьёрн де Ларс?
Бьёрн сдавил мою ладонь сильнее, выдохнул, проводя носом вдоль моей щеки и чуть царапая короткой щетиной. Больше всего на свете хотелось снова ощутить на губах его поцелуй. Кажется, я самый плохой заговорщик – слишком легко поддаюсь этому ивварцу.
– Я хочу знать, с кем ты связалась.
Второй рукой он обхватил меня за поясницу и подвёл ещё ближе, не позволяя сбежать или свернуть разговор. Его ладони были горячие, жёсткие, хоть в голосе не было смертоносной угрозы. Ох, я плохо могла распознавать чужие эмоции, зато он мои – вполне.
– Если я скажу, – сглотнула я, – а ты примешь сторону Сиркха, ты уничтожишь и меня, и их?
Бьёрн не отстранился. Он держал меня крепко, уверенно, то ли как пленницу, то ли как… того, кого не хочет отпускать.
– Я не могу закрывать на это глаза, Кейсара. – Его голос звучал слишком близко, слишком властно. – Не хочу никого уничтожать. Но я должен знать.
Мои ладони легли ему на плечи. Бьёрн сильнее сжал меня за талию – со стороны это могло выглядеть так, словно мы двое влюблённых, что шепчут друг другу нежности, скрывшись от чужих глаз.
Знали бы они, какие «нежности» мы сейчас шепчем друг другу…
– Что будет дальше, Бьёрн?
Его пальцы чуть сильнее сжались на моей талии, и я знала – он чувствует, как быстро бьётся моё сердце.
– Со дня на день прибудет император. Возможно, не только он, но и король Энарии, и другие правители Ивварской империи. Я слышал, что грядёт большая и важная встреча. И я не хочу, чтобы полилась кровь.
– И что ты сделаешь? Я знаю только одно имя… Они звали меня. Но я не пошла. Потому что боюсь. Потому что не хочу… проблем моей семье. И даже если я не верю в императора… – Под руками Бьёрна, которыми он нежно, но ощутимо обхватил мою талию, поднимаясь ладонями выше, я сдавленно охнула. – Я тоже не хочу крови и не готова пойти против закона…
Бьёрн заставил меня взглянуть ему в глаза. Боги. Ему ничего не стоит вынудить меня говорить. Кажется, я сейчас скажу всё, что угодно, если он продолжит так смотреть, так дышать, так волнующе и уверенно сжимать в объятиях.
– Это Мэй, да? – полуутвердительно уточнил он и, дождавшись моего обречённого кивка, вкрадчиво продолжил: – Я уже видел, что она собирает вокруг себя странную компанию. Говоришь, звала тебя за собой?
– Пожалуйста, Бьёрн… – почти просипела я, не понимая, о чём, собственно, прошу.
Я попыталась оттолкнуться ладонями от его груди, но вышло слабо и неубедительно. На самом деле мне хотелось остаться так стоять, чувствовать, как ветер треплет мою длинную накидку, гладит шелковистой тканью его колени и бедра. Видеть его глаза и чувствовать глубокое, сильное дыхание и как бьётся сердце под моими руками.
Мне не надо было доверять дархану, но я уже попала в эту ловушку, и было поздно что-то менять. Слова о том, что он – друг моего брата, его тепло, его вызывающее поведение, хитрость вперемешку с лаской и заботой, всё это вскружило мою голову, и я потеряла остатки самоконтроля. Всё летело в бездну.
Бьёрн провёл ладонью по моему боку, чуть сильнее сжав талию, а потом наклонился ближе, почти касаясь губами виска.
– Лха сунаар, – проговорил он на даори.
– Что это значит? Я не понимаю, – подняла я голову, но в этот момент далеко внизу, со стороны города, раздался низкий протяжный удар гонга.
Мы оба замерли. Звон повторился – глухой, тревожный, зовущий.
Бьёрн в первый же миг изменился – тепло его тела осталось, но он стал другим, напряжённым. Я неосознанно сжала его плечи, и он только тогда заметил, что всё ещё держит меня слишком крепко.
– И хорошо. Нам пора возвращаться. – Вид Бьёрна стал серьёзным, вдумчивым. – После этой прогулки настоятель скорее всего запретит наше с тобой общение – он уже предупреждал, чтобы я не переходил границы разумного. Мне давно пора было остановиться, но… я не смог, моя принцесса. – Его губы дрогнули, а голос опустился до низкого хрипа: – Прости за это.
– Ты… серьёзно? – Его обращение заставило мои лёгкие судорожно сжаться, а в потемневшем взгляде проступила неведомая прежде болезненная нежность.
Моя принцесса?!
– Тогда зачем… зачем пришёл за мной и зачем повёл сюда?
– Потому что этого хотела ты.
– Но… не так же! Я не хочу так. Бьёрн…