Страница 101 из 130
Перед нами оказался высокий мужчина с проседью в волосах и в военной форме. Какой-то знатный командир? Какого демона ему тут надо? На вид, судя по морщинкам у глаз и губ, ему было сильно за пятьдесят, впрочем, все дарханы могут выглядеть не на свой возраст, а армейская выправка и стать делали моложе… и опаснее.
Под светом фонаря чётче проявились резкие черты его лица – высокие скулы, суровая линия челюсти, тонкие губы, которые едва дрогнули в насмешливой полуулыбке. Глубокие морщины у умных, цепких глаз выдавали не только годы, но и опыт в сражениях, бесконечные стратегические игры, долгие ночи размышлений, решения, от которых зависели судьбы городов и людей.
Но сильнее всего меня зацепили его глаза. Зелёные, с холодным блеском стали, с хищным прищуром человека, который привык просчитывать каждого, кто стоит перед ним. В них не было простого интереса, они исследовали, оценивающе, без жалости, без лишних эмоций.
Следующий за ним ивварский солдат опустил фонарь с зажжённым огнём, будто бы теперь им было достаточно света, чтобы разглядеть всех, кто шатается по улицам ночного монастыря.
Кто это? Дархан? Какой-то сильный маг?
– Генерал ди Арстон, – кивнул, приветствуя, Бьёрн, расправляя плечи и словно чуть загораживая меня от пробирающего до мурашек взгляда. – Чем обязаны?
– Хотим убедиться, что всё готово к приезду императора.
Генерал насмешливо, но привычным жестом коротко коснулся кулаком груди, приветствуя дархана как равного, однако я видела, что его внимание целиком привлекло моё лицо, в которое он вгляделся с испытующей пронзительностью.
Генерал ди Арстон. Ди Арстон. Я несколько раз мысленно повторила его имя, прежде чем до меня наконец дошло, кто именно стоит передо мной.
И как заворожённая я уставилась в его глаза снова.
Нет, не может быть.
Тот самый?!..
Тот самый ивварец, что однажды пришёл в мой дом. Дом моей матери, когда ей было всего двадцать. Тот самый Вальдер ди Арстон, маг, который во времена переворота и прихода к власти Сиркха силой заставил её выйти замуж, чтобы никто из наших не поднял мятеж, сопротивляясь захватчикам.
Мама мало говорила об этом, зато я знала случившееся от бабушки, папиной мамы. Именно мой отец, Риан ди Мори, стал тем камнем преткновения, о который разбились в пух и прах попытки этого ди Арстона подчинить себе наш Юг и продолжать издеваться над теми, кого он пытался принудить к послушанию силой.
– Историческая встреча, не правда ли? – проговорил генерал, разглядывая меня с издевательским вниманием.
Я смотрела ему в глаза – зелёные, насторожённые, пристальные, пугающе внимательные. Этот человек… Захватчик. Предатель. Тот, кто хотел сломить мою мать, и теперь он смотрит на меня. Как будто ждёт, что я сломаюсь.
Наверняка видит во мне мою маму, Ясмин ди Корса, какой она была, когда Вальдер пришёл в поместье со своей армией. Мы с мамой похожи как две капли воды, глаза у нас точно один в один.
– Не могу сказать, что я счастлива этому знакомству, – процедила я, приподнимая подбородок. – Конечно, я наслышана о вас,
генерал
ди Арстон. – Я нарочно сделала акцент на его звании, будто пробуя его на вкус – с лёгким сомнением.
Когда он пытался покорить наш Юг, он был всего лишь капитаном. И мама сожгла тростник и вышвырнула его прочь, отстояв себя, свои земли, своих людей… и свою любовь к отцу! Когда бабушка рассказала мне втайне эту историю, я возненавидела чужака всей душой, ещё даже не зная, жив он или нет. Думала, даже мечтала, чтобы кара богов упала на его голову и разнесла за все грехи, но…
Но он стоит передо мной. Жив. И даже стал генералом. Его губы дрогнули – почти улыбка, – но он промолчал.
– Ты – словно её точное повторение. – Вальдер качнул головой. – Даже пугает.
Кровь забурлила: его голос, его тон, его спокойствие – всё это выводило меня из себя. Я подняла голову, с трудом выдавливая из себя улыбку.
– О да. Буду приходить вам во снах вместе с моей матерью, – усмехнулась я, чувствуя, как растущая ярость придаёт мне отчаяния и смелости. – Я знаю, что было в прошлом.
Я знаю, что ты сделал.
Но Вальдер даже не вздрогнул, не смутился, лишь медленно качнул головой, словно разглядывал не просто меня, а саму судьбу, что снова столкнула нас.
– Как будто обучение у дарханов идёт не очень успешно, – усмехнулся генерал, обращая свой взгляд на Бьёрна. Он до этого момента молчал, но теперь я почувствовала, как его ладонь легко коснулась моей. – Что скажете, сентар де Ларс? Что-то ведь здесь говорят о контроле разума и духа, м? Думаю, этой ученице ещё предстоит большой путь…
– У меня есть имя, генерал ди Арстон, – не удержалась я, привычная к словесным поединкам на аристократических вечерах. – Меня зовут Кейсара ди Мори, и я хочу, чтобы вы его запомнили. – Я сделала паузу. – Думаю, вы запомните.
Вальдер уставился на меня в сгущающейся темноте, и только его глаза, казалось, зловеще мерцают во тьме. Я знала, что он один из сильнейших магов и верных псов императора, и переходить ему дорогу было неразумно! Но также я знала, что он уязвим, что не просто разглядывает меня, он вспоминает.
Прошлое и настоящее встретились во мне, такая вот ирония Четырёх богов! И я это чувствовала. И то, что я тоже могу стать одной из ордена дарханов, даёт мне не меньшие права заявлять о себе.
Бьёрн всё это время молчал, но теперь его лицо стало по-настоящему непроницаемым, и я почувствовала, как он выпрямился, как его присутствие наполнило пространство, словно разделяя нас с генералом невидимой границей.
Они оба стояли напротив друг друга – два мага, два воина, два человека, чья воля была закалена в войне и крови. Один служил императору, другой – ордену, но я не сомневалась, что в этом противостоянии их разделяли не только взгляды, но и что-то более глубокое, что сложно было выразить словами.
Но он не ответил сразу, словно нарочно хотел заставить генерала ждать, и когда он заговорил, его голос был низким, ровным, но в нём скользнула та ледяная усмешка, которую я уже начинала узнавать:
– Контроль – не в том, чтобы подавлять эмоции. Но думаю, генерал ди Арстон, что вы правы. И даже эта встреча – часть пути.
Бьёрн, предатель! Я резко повернула голову, намереваясь бросить ему взгляд, полный протеста, но Бьёрн уже чувствовал это – одно лёгкое прикосновение его пальцев к моей ладони, едва уловимое предупреждение, и холод пробежал по коже. Замолчи.
Я сжала губы, заставляя себя успокоиться.