Страница 25 из 777
Дождавшись, пока сила Последовательности окончательно стабилизируется, она с легкой улыбкой на губах и пружинистой походкой направилась к двери. Впустив золотистую ретривершу, девушка тут же подметила на собачьей морде Сьюзи совершенно явное, нескрываемое подозрение.
— В этот раз ты провозилась куда дольше обычного, — прямолинейно заявила собака, совершенно не пытаясь утаить свои мысли.
Одри опустилась на мягкий пуфик, издала пару сухих смешков и поспешила перевести тему:
— Сьюзи, как думаешь, как мне втайне, не выдавая себя, передать Сио и Форс кое-какие сведения, да еще и так, чтобы они этим всерьез заинтересовались?
Не успев договорить, Одри и сама с головой погрузилась в раздумья над задачей, порученной ей господином Шутом.
И вот она уставилась на Сьюзи, Сьюзи уставилась на нее — и так, человек и собака, обе разом впали в глубочайшую задумчивость.
…………
Клейн же, благополучно достигнув всех намеченных целей и вернувшись в реальный мир, урвал себе жалкий час на сон, после чего в спешке покинул дом. Потратив ровно один полновесный фунт, он обзавелся очками в золотой оправе, качественным париком и целым арсеналом накладных усов и бород, которые можно было легко приклеить и снять — всем тем реквизитом, что был так необходим для его будущих маскировок.
Еще до того как пришло время ужина, юноша наведался в Восточный район — самую густонаселенную и криминальную клоаку столицы. Там он снял крошечную однокомнатную каморку за четыре суля и три пенни в неделю. Выложив сразу оплату за полмесяца вперед и приплюсовав к ней равный по сумме залог, он раскошелился в общей сложности на семнадцать сулей.
Лишь теперь Клейн мог с чистой совестью считать базовую подготовку завершенной. Сам же Восточный район оставил в его душе поистине неизгладимый след. По большей части местные трущобы до боли напоминали Нижнюю улицу в Тингене, вот только масштабы здешней нищеты превосходили ее в десятки, а то и сотни раз.
Здесь заношенные, ветхие вещи считались верхом приличия, ведь львиная доля местных обитателей куталась в откровенное рванье. Исхудавшие, с желтушными, изможденными лицами, они казались загнанными в угол хищниками, готовыми в любую секунду от голода и безысходности превратиться в диких зверей. Немудрено, что Восточный район был безраздельной вотчиной уличных банд и рассадником самого беспросветного криминала.
Когда парень наконец-то вернулся в район Джовуд, контраст был настолько разительным, словно он вынырнул из глубин преисподней прямиком в райские кущи.
Последующие два дня Клейн посвятил экспериментам. Он пытался проводить ритуалы и выковывать амулеты, опираясь исключительно на собственную духовность и полностью отказавшись от молитв Богине. А в свободные часы — терпеливо дожидался, пока сработает его скромное газетное объявление и в дверь постучит первый клиент.
И вот, в четверг поутру, тишину его жилища наконец-то разорвал долгожданный звон дверного колокольчика.