Страница 24 из 777
«На первых порах Он мог лишь затаскивать наши духовные тела в чертоги над серым туманом… Спустя какое-то время — научился улавливать мольбы и посылать ответы… А теперь Ему под силу принимать подношения и совершать дарования… Неужто господин Шут и впрямь шаг за шагом сбрасывает с себя незримые оковы, дюйм за дюймом просачиваясь обратно в реальный мир?»
Эти смелые догадки и пугающие выводы породили в душе Элджера дикую смесь из первобытного страха и тревоги, к которым почему-то примешивалась толика радостного предвкушения.
«Как ни крути, а я — полноправный член Клуба Таро, причем стоявший у самых его истоков…» — с тяжелым, протяжным вздохом успокоил он сам себя.
…………
В монументальных чертогах над серым туманом Клейн задумчиво вертел в руках гипофиз семицветного ящеровидного дракона. На его лице причудливо играли отблески света, непрерывно сменяя друг друга во всем многообразии оттенков.
Кожу ладони слегка покалывало. Грудь юноши распирало от пьянящего, бьющего через край чувства триумфа, и на его губах наконец-то заиграла искренняя, ничем не прикрытая улыбка.
— Отныне Клуб Таро обретет воистину непостижимую, «чудотворную» мощь… — с чувством пробормотал он. Высвободив духовность, Клейн послал мысленный импульс прямо в сердцевину той самой темно-красной звезды, что символизировала мисс «Справедливость».
Тем временем Одри, благополучно вернувшись в свою спальню, не могла найти себе места. То присаживалась на край кровати, рассеянно перелистывая лежащую на подушке книгу, то принималась блуждающим, расфокусированным взглядом изучать собственное отражение в зеркале.
В ее душе боролись два жгучих чувства: она сгорала от предвкушения успеха ритуала жертвоприношения «Повешенного» и до смерти боялась, что затея обернется крахом.
«Великий император Рассел как-то изрек: сталкиваясь с судьбоносными решениями, надлежит сохранять абсолютный покой… Давай же, Одри, сделай пару глубоких вдохов… А может, пойти поиграть с собакой? Хотя нет, Сьюзи теперь умеет говорить и размышлять, она — мыслящее существо с чувством собственного достоинства, просто так ее не потискаешь…» — мысли девушки неслись вскачь, путаясь и блуждая, пока ее руки на автомате теребили искусно сшитую, разодетую в шелка мягкую игрушку.
Одному богу известно, сколько минуло времени, как вдруг прямо перед ее глазами из пустоты вынырнула густая, клубящаяся серая мгла, в самых недрах которой возвышалось величественное кресло.
Восседающий на нем «Шут» с легкой улыбкой произнес:
— Мисс Справедливость, эксперимент увенчался успехом. Вы уже подготовили материалы, наделенные духовностью?
«Просто потрясающе! Как и ожидалось от господина Шута!» — Одри мигом выкинула из головы все мысли о «Повешенном» и, титаническим усилием воли обуздав рвущийся наружу восторг, ответила:
— Да, подобные ингредиенты всегда находятся у меня под рукой.
И это было сущей правдой: даже до вступления в Клуб Таро у нее не было отбоя от подобных вещиц. Вот только в те беззаботные времена девушка понятия не имела, какие именно материалы таят в себе искру духовности, и просто горстями таскала из семейной сокровищницы всё подряд, слепо следуя рецептам благовоний и эфирных масел.
Клейн благосклонно, едва заметно кивнул:
— И когда же вы намерены провести ритуал?
— Главное условие — убедитесь, что поблизости нет ни единого Потустороннего.
«А Потусторонняя собака в этот список входит?..» — Одри с затаенным чувством вины покосилась на наглухо запертую дверь спальни и ответила:
— Я готова приступить прямо сейчас.
Клейн издал утвердительный звук:
— Алгоритм таинства ни на йоту не отличается от того, что я описывал ранее. Единственное — вам придется слегка изменить слова молитвы:
— Ваш преданный слуга молит о Вашем взоре;
— Молит распахнуть врата Вашего царства;
— Молит даровать ему силу.
— И еще одно: используйте бинарный метод ритуала.
Одри мысленно прокрутила наставления в голове и, титаническим усилием воли подавив порыв закивать словно болванчик, приступила к подготовке таинства.
Когда иллюзорные створки распахнулись настежь, явив взору картину, куда более фантастическую и чарующую, чем само звездное небо, девушка почувствовала, как ее тело и разум буквально пьянеют от восторга.
«Вот он, тот самый таинственный мир, который я так отчаянно искала! Вот оно, то самое чувство, о котором я так долго грезила!» — от всего сердца вознесла она хвалу господину Шуту.
«К Богине я испытываю веру, а вот к господину Шуту — истинное благоговение и трепет…» — мысленно, не без доли смущения, оправдалась Одри сама перед собой.
В следующую секунду она ошеломленно замерла: на импровизированном алтаре из ниоткуда возникла некая диковинная вещь. Мягкая, испещренная глубокими бороздами плоть непрерывно переливалась всеми мыслимыми цветами.
«Гипофиз семицветного ящеровидного дракона!» — сердце юной аристократки радостно екнуло. С горящими от предвкушения глазами она уже было рванулась вперед, чтобы схватить заветный трофей.
Однако вбитые с пеленок манеры и аристократическая выдержка мгновенно взяли верх. Осадив себя, Одри вновь искренне и горячо вознесла хвалу господину Шуту.
Лишь благополучно завершив ритуал, она с нетерпением бросилась к столу и принялась жадно, раз за разом, скрупулезно разглядывать этот невероятный Потусторонний материал.
«Наш Клуб Таро стоит на голову выше абсолютно любой тайной ложи…» — самодовольно проворковала девушка про себя.
Следом она бросила настороженный, полный подозрений взгляд на дверь, словно до смерти боясь, что Сьюзи может в любую секунду ворваться внутрь.
Откладывать дело в долгий ящик Одри не собиралась: она намеревалась немедленно сварить зелье и завершить свое возвышение!
Спустя несколько минут в ее руках уже покоился изящный флакон. Плещущаяся внутри жидкость безостановочно меняла оттенки, словно обладая способностью заглянуть в самые потаенные уголки человеческой души.
Не дрогнув ни на йоту, она уверенно проглотила эликсир «Телепата». Благополучно миновав стадию слияния с Потусторонней характеристикой, девушка успешно шагнула на следующую ступень.
Мир перед глазами внезапно обрел пугающую, кристальную ясность, наполнившись мириадами ранее недоступных деталей. Привычно скользнув в состояние медитации, Одри виртуозно обуздала бушующую, рвущуюся наружу духовность.